Андрей Кот – Крах Красински (страница 6)

Затем возвращалась к ним, рычала и глухо лаяла, умоляя довериться ей и бежать к выходу.

В какой-то момент она догадалась, что они не собираются уходить. Собака обреченно опустила морду и, прижимаясь к земле, вернулась к детям.

Овчарка улеглась у ног Стейси и положила голову на передние лапы.

“Человек заботился обо мной, и теперь я не брошу его детенышей ради спасения своей жизни. Ведь это обет нашей дружбы встречать беду вместе”, – казалось, говорили ее наполненные тоскливым смирением глаза.

Она показала свое равнодушие к грядущей опасности большим зевком и задумчиво уставилась в небо, стараясь разглядеть духов великих псов в очертаниях голубоватых облаков, пока дети гладили и почесывали ее тело.

Мэттью на бегу подхватил дочь и через несколько шагов закинул ее на заднее сиденье их автомобиля.

– Томми! Я не простилась с Томми, – запротестовала девочка.

– У тебя было достаточно времени, а сейчас нам некогда.

Не дожидаясь, пока остальные пристегнут ремни, он резко развернул машину и выехал за ворота.

Не сбавляя скорости, он вылетел на ближайший перекресток, где едва не столкнулся с серым пикапом с чикагскими номерами и яркой наклейкой на багажнике ”Америка – круче всех!” Резко засвистели тормоза.

 Пикап перепрыгнул через бордюр, зацепил по касательной пожарный край и снес мусорную урну на тротуаре. Его водитель вырулил на дорогу и проорал матом все, что он думал о езде “придурка в белом БМВ”.

Меган укоризненно посмотрела на мужа.

– Думал, успею проскочить на желтый, – пробормотал он и помахал обиженному водителю.

Тот высунулся в окно и швырнул бутылку пива в дверь Мэттью, после чего умчался с перекрестка, на прощание показав обидный жест рукой.

Мэттью выдохнул и медленно поехал дальше. Внимательно следя за движением, он поделился разговором с губернатором.

– Надо успеть к двум в аэропорт. Позвони твоим родителям, пусть выезжают в Сан-Диего. Часов за десять доберутся из Сакраменто.

Он молчал, пока она бледная и со слезами на глазах разговаривала по громкой связи с матерью, которая наотрез отказывалась ехать.

– Бабушка, а я играла с овчаркой Томми сегодня, – похвасталась Стейси.

– Стейси, не лезь, – грубо оборвала ее Меган. – Мама, прошу тебя!

Мать вздохнула.

– Милая, ну, куда нам уезжать? Твой папа уже давно принимает нашего чистильщика бассейна за своего усопшего дедушку. Я останусь с ним. Помнишь: “И в горе, и радости”.

– Я вызову вам Убер такси.

– Не надо, Мэг. Прошу тебя! А вот, кстати, и папа. Джон, Мэг звонит…

– Кто? – раздался ворчливый голос отца.

– Мэгги.

– Не знаю, никакой Мэгги. Почему опять не приходил молочник?

– Он не приходит уже лет десять, дорогой. В общем, доченька, удачи вам всем. Стейси, Мэттью.

– Да, я здесь. Привет, Барбара, – осипшим голосом пробормотал зять.

– Мы любим вас.

– Мы тоже!

Телефон умолк.

Меган закрыла лицо руками и разревелась.

Сенатор погладил жену по голове и задумался:

“А что я делал бы, если бы мои родители были живы?“

У самого дома, когда Меган немного успокоилась, он спросил:

– Мэг, нам нужно прихватить побольше наличных. Сколько у нас денег дома?

Она постаралась припомнить.

– Около пары тысяч.

– Мало. Я подброшу вас домой. Вы начнете собираться, а я съезжу и сниму наличные.

– Рядом с нами есть банкомат. В магазине 7-11.

– А, точно.

На подъезде к дому их поджидал сосед Барни со своей женой.

– Я говорил, что она похожа на пуделя, который постоянно выпрашивает еду? – едва слышно прошептал сенатор, натягивая благодушную улыбку и паркуясь у ворот гаража.

– И не раз, – ответила в тон ему Меган. – В принципе, она милая женщина. Ну, может быть, излишне болтливая.

Меган поцеловала мужа в щеку и вместе со Стейси скрылась в доме, коротко махнув соседям.

– А мы ждем вас, – подбежал Барни, преданно заглядывая в глаза и улыбаясь. – По телику никакой информации. Дружище, ты же обещал!

– Барни, я помню. Но пока ничего не известно. В 2 часа выступит губернатор. Видишь, мы вернулись домой. Будем ждать новостей. Ты прости, я хочу заскочить сейчас в 7-11. Голова раскалывается – куплю ибупрофен.

– Мы можем поделиться.

– Ничего, мне не трудно!

Он включил заднюю передачу, но Барни успел схватить его за руку через окно.

– Но люди созваниваются и рассказывают ужасы.

– Ты же адвокат. Сам знаешь, как людям свойственно преувеличивать… Хорошего мало, скажу тебе честно. Но вроде все стабилизировалось.

Позади них по дороге с воем пронеслась большая стая домашних собак. В красивых ошейниках и с ухоженными стрижками. Последней бежала белая миниатюрная собачонка в розовой курточке, за которой волочился блестевший стразами поводок.

– Стабилизировалось, говоришь?

– Жди обращения губернатора, – сухо сказал сенатор и сдал назад.

– Да пошел ты, Мэтт, – зло выкрикнул ему вслед Барни и стукнул в сердцах по капоту.

“Второй раз за день мне суют неприличный жест в лицо. Что творится с этими людьми?” – Мэттью раздраженно стукнул по рулю.

Резче чем следовало, он вывернул на грязную парковку.

У дверей магазина, раскидав свои грязные пожитки, прямо на тротуаре сидел бездомный и вяло орал что-то о конце света, прихлебывая из банки “Гиннеса”. Заметив нового посетителя, он оживился и достал картонку с описанием его беды.

– Пару баксов, сэр! На еду!

– Найди работу! – брезгливо огрызнулся Мэттью.

Осторожно миновав подозрительные лужи на асфальте, он пропустил беременную девушку вперед и зашел в магазин следом за ней.

Он мельком отметил время на часах. 12:40.

“До аэропорта меньше 15 минут езды. Значит, на сборы дома около получаса, чтобы приехать с запасом.”

Внутри пахло прогорклым кофе и несвежими хот-догами. Он осмотрелся кругом.