Андрей Кот – Крах Красински (страница 3)
Охранник у ворот молча кивнул и велел напарнику пропустить их машину.
Первой их встретила Томми. Собака, повиляв хвостом, радостно повалила Стейси, и они долго обнимались, а потом принялись бегать по лужайке.
Губернатор с женой уже поджидали на крыльце.
– Мэттью, Меган. Мы уже заждались вас! – приветственно помахал хозяин и обернулся с улыбкой к своей жене. – Девочки у вас свой клуб, а у нас – свой.
Сибилла, супруга губернатора, с улыбкой протянула Меган бокал мартини и увлекла ее по дорожке в сторону сада.
Жена бросила на сенатора взгляд, в котором явно читалась беспокойство. Мэттью ободряюще ей кивнул, но не смог скрыть собственную тревогу.
Губернатор крепко пожал руку молодому сенатору, которого считал своим протеже, и заглянул ему в глаза.
Эти двое были похожи друг на друга. Высокие белые американцы с крепким загаром. Про таких в Миссури говорят: соль земли. Оба с молоком матерей впитали первое правило штата: “мы на слово не верим!”
Губернатору Биллу Рамзи в прошлом месяце исполнилось 70 лет. Если бы не седая голова, выглядел он лет на десять моложе. Заканчивался его второй срок, и он начал присматриваться к замене. И его глаза все чаще поглядывали в сторону Мэттью Красински, выходца из семьи богатых пивоваров.
Оба тайно поддерживали некоторые идеи ку-клукс-клана, но старались не афишировать. Впрочем, с последней сокрушительной победой президента-республиканца, связи с союзами белых супрематистов стали положительно сказываться на продвижении по карьерной лестнице.
Мэттью припомнил их последнюю встречу в офисе губернатора, где они все собрались отпраздновать его победу на выборах в Сенат.
– Белые сделали эту страну, – довольно разглагольствовал хозяин, вышагивая по кабинету. – Немецкая точность, британская уверенность, польская красота, ирландская вера и итальянская страсть. А все эти желтые, черные, коричневые приехали на все готовое. Черт возьми, они слишком бестолковы для создания чего-то стоящего.
Судья штата Тони Мендоцци, сын “коричневых” нелегальных иммигрантов Мендес из Кубы, угодливо поддакнул, радуясь своему включению в кружок избранных:
– Это точно! Поручи им что-то, и если не будешь контролировать – обязательно все испортят!
Губернатор выпустил клуб дыма вверх и одобрительно ткнул сигарой в сторону судьи.
– Вот она итальянская страсть нашей страны. Теперь Босс Дони наведет порядок. А кому не нравится – могут убираться. Народ устал от сюсюкания. Чем больше мы даем этим отбросам, тем больше они требуют. Хватит. Демократам давно пора определиться: они со страной или…
Он разгорячился и так хлопнул стаканом о стол, что тот буквально раскрошился тогда в его руке…
– Мэтт!
Сенатор вздрогнул.
– Простите, сэр. Задумался.
– Ничего, – Билл подтолкнул его ко входу в дом. – Подумать нам точно придется сегодня.
В дверях появился секретарь и, нервно сглатывая окончания слов, доложил:
– Сэр! Только что получили сообщение из Вашингтона по секретной связи. Вам надо это видеть!
Губернатор обреченно вздохнул и похлопал Мэттью по спине.
– Ну, ты видишь? Пойдем, сынок.
Пока они петляли по коридору, хозяин успел шепнуть гостю, что федералы нагрянули рано утром.
– Буквально вытащили нас с Сибиллой из кровати!
– И что говорят?
Они проходили большой зал, в котором, не обращая ни на кого внимания, несколько человек, похожих на хипстеров из “Старбакса”, рассматривали карту на столе.
Губернатор махнул головой в их сторону.
– Группа ученых из столицы. Посмотри на их растерянные лица. Сдается мне, что они сами ничего не знают. Надувают щеки, держат ореол таинственности. Во главе у них заика-индус. Честно говоря, совсем не могу разобрать, что он там лепечет со своим жутким акцентом. Тьфу.
Мэтт хмыкнул.
– Ну, а вы сами что думаете?
Они подошли к резной дубовой двери кабинета Рамзи. Хозяин резко остановился, положив руку на ручку.
– Пусть меня повесят, если я знаю, сынок. Природа сходит с ума.
– Это связано с птицами? Сегодня несколько залетело в мой дом.
– Уже все гораздо хуже, – губернатор натянул бодрую маску и вошел первым.
В кабинете стояли шесть-семь человек и напряженно смотрели в орущий на полную громкость телевизор. От их согнутых спин и замерших фигур исходило ощущение беды.
– … ждем официальную информацию от властей Канады. Густая облачность не позволяет сделать оценку ситуации из космоса. Если наши добрые соседи слышат нас, знайте, вся Америка молится за вас!
– Что? – хриплый голос разорвал повисшую тишину в комнате.
Все обернулись к губернатору. Незнакомый Мэттью лысоватый, низенький человек, не веря самому себе, произнес:
– Сэр, Канады больше нет… – и повалился на ближайший стул.
Страх в помещении стал осязаем. Люди озирались друг на друга, не в силах что-то вымолвить.
Кадык губернатора затрепыхался, будто его хозяин захлебывался.
Наконец глава штата нервно сглотнул и полез в карман за сигарой. Он долго не мог совладать с зажигалкой, но все же справился и обвел присутствующих тяжелым взглядом, выпустив густую струю дыма.
Странное дело, наблюдение за процессом раскуривания сняло оцепенение. Все, как по команде, разом загалдели, зазвонили телефоны.
Рамзи поманил секретаря и громко, чтобы остальные слышали, велел тому подготовить коммюнике для прессы.
– Пиши, мол, скорбим вместе с родными… Сердца Миссури с… Ну, в общем, ты понимаешь… Да, и обязательно, что нашему штату ничего не грозит! – помощник кивал и непослушными руками записывал за начальником. – Затем срочно вешайте на наш сайт и во все эти фейсбуки.
Губернатор выпустил клубы дыма, прищурив левый глаз.
– Там у ворот ошиваются репортеры, давай-ка их живо сюда. Быстро выступлю, а то сейчас начнется.
– Майк! – Подозвал он комиссара полиции. – Пойдешь со мной. Скажешь на камеру, что твои ребята продолжают обеспечивать порядок, как и всегда.
Грузный мужчина с внешностью бывшего боксера молча кивнул и залпом допил свой бурбон.
Губернатор умолк, почесывая подбородок.
– Да, а потом отправляйся к себе. Вызывай всех из отпусков. Надо пресечь панику, а то наша молодежь начнет с ума…
Он прервался из-за шума за дверью.
– Что там еще?
В комнату ввалились ученые, которых Мэттью встретил по дороге сюда. Руководил ими тощий индиец, весь какой-то дерганый и неопрятный.
Сенатор торопливо отступил в сторону, чтобы пропустить их. Они сбились в кучу в центре комнаты.
– Мы сделали р-расчет с-скорости! – с жутким акцентом сказал их лидер. – Движение на юг составляет один градус за 90 минут.
– Что ты, черт побери, там бормочешь? – подавился дымом и закашлялся губернатор.
Ученый весь сжался, как пружина, и обиженно выкрикнул, давясь словами:
– Один градус – сто одиннадцать километров.
– И?
– Что и? – вытаращил глаза руководитель и обернулся на свою группу, в поисках поддержки.
– Вот же, что вы за люди, да объясни ты толком, – хозяин побагровел от ярости.