Андрей Кощиенко – Студентус вульгарис (страница 84)
— А мы? Нам тоже ведь нужно…
— Ну и куда ты сейчас пойдешь с таким красным носом и опухшими глазами? Единственное разумное — это к себе, пока не приведешь себя в порядок.
— Я… страшная?
— Если Диний тебя сейчас увидит — ужаснется.
На лице Стефи появилось тревожное выражение.
— Ну… я тогда… пойду? Хорошо?
— Иди.
— Ой… а у меня сумка осталась в аудитории…
— Ладно, заберу. Иди. Умойся хотя бы…
В общем, поговорили. На следующий день Стефи пришла на занятия в гораздо лучшем состоянии, чем была. Похоже, эту ночь она спала. Но все равно — заторможенная.
По-моему, требуется закрепить результат, подумал я и, выбрав время, подвалил к Стефи.
— Слушай, — сказал я ей, — тебе не кажется, что как-то вокруг серовато? Все ходят скучные, вялые, бледные… Нет? Не кажется? А?
— Н-нет… — неуверенно ответила та, выныривая из своих мыслей.
Опять о Динии думала. Это мы сейчас исправим…
— А мне кажется! Ты мне не поможешь?
— В чем?
— Хочу навестить целительниц старших курсов. Они сейчас зелья варят. А их магесса пошла чай пить. Традиции у преподов старших курсов такие. Дают задание, а сами на полчаса — фють! Я знаю. Одиннадцатичасовой чай по средам. Так поможешь?
— Чем?
— Массовку изобразить.
— Массу… что?
— Толпу. Короче, врываемся в двери и шумно дышим, словно быстро бежали. И все.
— Зачем?
— Ты можешь помочь своему другу? Помочь, не задавая вопросов?
— Да… но… только я…
— Никаких «но»! Даже не обсуждается! Пошли!
Небольшое помещение лаборатории. Пахнет травами, химикалиями и горелым. За длинными узкими столами, поставленными рядом, лицом друг к другу сидят девушки в зеленых мантиях и косынках, под которые убраны волосы. На столах между ними узкие высокие деревянные полочки, уставленные пробирками, колбами, колбочками и всякими стеклянными трубочками. Перед каждой — небольшой медный котелок, под которым горит масляная горелка. Девушки, внимательно поглядывая на песочные часы, стоящие на каждом столе, аккуратно помешивают кипящее содержимое длинными стеклянными палочками. В лаборатории царит академическая атмосфера трудолюбия, сосредоточенности и служения знаниям. Ну… может быть, она немного портится тем, что девушки слегка болтают. Но это такая ерунда, что про нее и упоминать не стоит!
Бах!
Внезапно с шумом распахиваются обе створки входной двери, ударяясь о стену.
Все вздрагивают и оборачиваются. В проеме — две фигуры в черных мантиях. Обе тяжело дышат, как после быстрого бега. В лаборатории — немая пауза.
— Девчонки, — совладав с дыханием, запанибратски обращается ко всем Эриадор, — тут пара зомби не пробегала? Не видали?
Раздается звук удара о стол стеклянной палочки, выпавшей у кого-то из руки.
— Ну так что? — переспрашивает Эриадор. — Пробегали или нет? Чего молчите?
— Э… э-э… нет… — наконец неуверенно раздается справа.
— Ну вот видишь? — услышав ответ, говорит Эриадор, поворачиваясь и обращаясь к Стефании. — Я же тебе говорил, что они не сюда побежали! А ты уперлась: «К толстым побежали, к толстым побежали! Они жирных любят!» — тонким голосом, передразнивая, произносит Эриадор и командует стоящей с обалделым видом Стефании: — Побежали отсюда! Их тут нет!
И ко всем в лаборатории:
— Дамы, мы вас покидаем! Тысяча извинений!
Трах!
Захлопнулись половинки двери. Быстрый топот убегающих ног, и стало тихо.
— Что это было? — наконец озадаченно спросил кто-то пару минут спустя, и все разом заговорили, обмениваясь впечатлениями.
— У них что… Зомби сбежали?
— Они с ума сошли! Некромантия запрещена!
— Может, у них и скелеты есть?
Стройная девушка с красивой фигурой, держа над своим котелком замершую палочку, медленно наклонила голову к плечу и обвела взглядом всех присутствующих.
— Это кого она тут жирными назвала? — с искренним недоумением произнесла она.
Летящий под ноги паркет. Свист воздуха в ушах. Рвущийся из груди хохот. Дробный стук каблучков сзади.
— Стой! Стой, я тебе сказала! Поймаю — убью!
В развевающейся черной хламиде сзади меня черным призраком мщения несется Стефания, пытаясь догнать. Догнать и убить за только что учиненную ей подставу.
— Стой, я тебе сказала!
Ага, щас! Что я, дурак, что ли? Поворот! Коридор! Лестница! Прыжок!
— Стой!
Поворот. Закуток. Гардина. Дверь. Заперто! Тупик! А-а-а! У-у-убийцы!
— Ага! Попался!
— Ха-ха-ха! — Не выдерживаю, начинаю хохотать во весь голос. Сзади по спине что есть силы барабанят Стефины кулачки.
— Как ты… мог… такое… сказать! Они… же… меня… теперь…
И отвешивает мне по спине кулачками — тум, тум, тум!
— Ха-ха-ха! Ха-ха!
Выворачиваюсь, перехватываю ее руки и притискиваю к стене.
— Я… тебя… щас… — вырывается она. Я не выпускаю.
Борясь, возимся несколько секунд. Какая она мягкая! И гибкая…
— Гм… Гм! — раздается неожиданно рядом.
Оборачиваюсь. Рядом, непонятно откуда взявшийся, магистр в голубой мантии воздушников. Седые волосы, густые брови и аккуратная бородка. Серые, цепкие глаза. Руки сложены за спиной, лицо строгое, с порицанием. Но в ментале чувствую иронию.
— Гм… — еще раз прочищает он горло. — Молодые люди, я вполне понимаю вашу молодость и восторг. Но все же напомню вам, что у нас здесь университет. Прошу вас вести себя… потише. Господа, идут занятия…
— Да, магистр. Прошу простить, — ответил я, выпуская Стефанию и одергивая на себе одежду, — мы несколько увлеклись, обсуждая одну тему… Понимаете, возникли некоторые разногласия…
— Разногласия? — с иронией прищурился магистр. — Да, разногласия даже среди опытных магов — это сплошь и рядом. Однако, как позволяет судить опыт моих прожитых лет, выбранный вами путь к консенсусу, пожалуй, наиболее правильный… Но прошу вас — потише. Не шумите…
Магистр сделал кивок и, дождавшись от меня ответного знака уважения, солидно двинулся по коридору, все так же держа руки за спиной.