Андрей Кощиенко – Сакура-ян (огрызок 18 глав) (страница 78)

[*.*] — Агдан получила наказание не за награды!

[*.*] — Я не слышала, чтобы она кого-нибудь убила. Непонятно, зачем было давать такой срок несовершеннолетней девушке?

[*.*] — Закон один для всех!

[*.*] — Правда, что ли? Уверена, с учётом её заслуг, можно было назначить условное наказание. Никто бы такому не возмутился. А сейчас япошки прикалываются над тем, что мы вначале мобилизуем школьниц, а после сажаем их за дезертирство. Спрашивают: «у вас, что оппа закончились? Приезжайте к нам!»

[*.*] — Это где такое они пишут?

[*.*] — В чатах, где ещё? А теперь Агдан возьмёт и умрёт! После этого хангук сарам вообще будут выглядеть последними идиотами, своими же руками, уничтожающие собственные таланты!

[*.*] — Действительно, стрёмно как-то, если подумать. Может она не умрёт?

[*.*] — Почему это? У неё наверняка все ДНК в клетках повреждены после разрывов снарядов.

[*.*] — Почему они у других солдат тогда не повреждены? У тех, которые в этот момент были рядом с ней?

[*.*] — А самой подумать — никак? Они же взрослые мужчины! А ЮнМи — девочка, вообще школьница.

[*.*] — Ну, возможно…

[*.*] — Жалко, что так получилась. Может, можно чем-нибудь помочь?

[*.*] — Например?

[*.*] — Кровь сдать…

[*.*] — Зачем умирающей от рака кровь?

[*.*] — Пусть врачи промывают. Отрава будет из организма выводиться. При подобном заболевании много токсинов образуется. Если их удалять, то становится гораздо лучше.

[*.*] — Что за бред?!

[*.*] — Ну, а чего ещё сделать?

[*.*] — Венки принести?

[*.*] — Зачем? Она же ещё не умерла?

[*.*] — Не похоронные, праздничные. В качестве поддержки.

[*.*] — Как она их увидит, находясь в коме? А если очнётся, то может решить, что все радуются её скорой смерти.

[*.*] — С Агдан всегда непросто…

[*.*] — Кома — это уже всё. Последние моменты в этом мире. В такой ситуации разумнее скидываться на поминальные венки. Здесь есть кто-нибудь из «RedAlert»? Упоротые, чего делать собираетесь?

[*.*] — Будем сдавать кровь.

[*.*] — Если начнёте собирать пожертвования, сообщите об этом на сайте своего фэндома. Для других людей.

[*.*] — До этого не дойдёт.

[*.*] — Я не возражаю.

[*.*] — Сообщите, где сдавать кровь? Может, я тоже пойду.

[*.*] — Щибаль, какая мерзкая новость…

Время действия: двадцать пятое марта, вторая половина дня

Место действия: Сеул, телефонный звонок

Мама — Доченька, дорогая, мне нужно сказать тебе важную вещь. Ты можешь меня выслушать?

СунОк — Да, мама. Говори.

Мама — Я только что разговаривала по телефону с адвокатом ЮнМи. Он очень просил меня и просил передать тебе, чтобы мы вдвоём, ни в коем случае ничего не рассказывали о состоянии здоровья ЮнМи. Никому. Он сказал: «чтобы вы не услышали или прочитали». Ты поняла?

СунОк — А почему?

Мама — Это должно помочь твоей сестре получить помилование.

СунОк — Не понимаю, как это должно сработать. Адвокат рассказал тебе?

Мама — Он сказал, что «это не телефонный разговор». И всё объяснит при личной встрече.

СунОк — Хм, странно…

Мама — Доченька, я ему пообещала. Сделай так же.

СунОк — Хорошо мама. Надеюсь, он знает, что делает.

Мама — Пусть так будет.

Время действия: двадцать шестое марта, утро

Место действия: общежитие группы «Корона»

— ЮнМи умирает от рака! — выглядывая из-за планшета, испуганно выпаливает новость КюРи.

Её онни, в это момент вяло завтракавшие в начале рабочего дня, замирают от неожиданной новости.

«… по сообщению неназванного источника, экс-участница группы «Корона», Пак ЮнМи, известная под сценическим именем Агдан, находится в тяжёлом состоянии в одном из медицинских учреждений Сеула, — вернувшись к планшету, КюРи быстро читает текст сообщения, — …куда была доставлена после того, как потеряла сознание прямо в зале суда во время слушанья дела против своей бывшей компании «FAN Enterthament». Девушка до сегодняшнего дня находится в коме, предположительно возникшей в результате последней стадии онкологического заболевания. Косвенным доказательством действительности происходящего, является видеозапись у здания суда, на которой бывшая айдол выглядит измождённой…»

Закончив читать, КюРи поднимает голову и смотрит на подруг, ожидая реакции.

— Какой ужас! — искренне ужасаясь, произносит СонЁн, выражая общее мнение.

— ЮнМи слишком молода для такого заболевания, — нахмурившись, говорит ИнЧжон. — Чья это новость? Какого агентства?

— Электронная газета «Sport step», — посмотрев, сообщает КюРи.

— «Жёлтая пресса», — пренебрежительно морщит нос ИнЧжон. — Они почти всегда врут. Помните, как они и про нас гадости писали?

— К новостному сообщению приложено видео, на котором показано, как ЮнМи увозят на машине скорой помощи, — говорит КюРи. — И наша бывшая макнэ, действительно, худая.

— Том-бой, — поправляет её БоРам.

— Бывшая том-бой, — пытается оставить за собой последнее слово КюРи.

— Может, можно как-нибудь помочь ЮнМи? — не обращая внимания на начинающуюся ссору, говорит СонЁн.

— Чем? — удивляется КюРи.

— Хотя бы сходить, повидать.

— С ума сошла? Мы только закончили подготовку к камбэку, а ты собираешься всем напомнить о том, что в нашей группе была зечка? Хочешь, чтобы мы флопнулись?

— Почему мы должны — флопнуться? — недовольно надувшись, спрашивает БоРам.

— Из-за того, что во всех шоу одну ЮнМи станут обсуждать, а не то, как мы выступили! Не понимаешь, что ли, РамБо?

КюРи с откровенным удивлением смотрит на свою онни.

— И в итоге скажут, что мы — это она! — добавляет спустя пару секунд она. — Или, что она — это мы! Или ещё какою-нибудь подобную глупость, после которой фанаты не захотят нас поддерживать! И всё! «Корона» совершит самый большой флоп в истории кей-попа! Этого хотите?

— В общем, да, — нехотя произносит ХёМин. — КюРи права. У нас скоро презентация новой песни, поэтому не стоит делать ничего, способного превратиться в скандал. Если мы пойдём к ЮнМи, то это он и будет. Незаметно проделать это не получится, а всякие агентства вроде «Sport step» обязательно об этом напишут. И мы попадём в ситуацию, в которой придётся извиняться и объясняться. Нужно нам сейчас такое?