Андрей Кощиенко – Сакура-ян (Книга 6-2) (страница 52)

— Ээ… Она не вмешивалась в политику. — с толикой недовольства в голосе отвечает Акиро, — Просто нашлись желающие воспользоваться ситуацией.

— И, тем не менее, всё происходит если не с прямым её участием, то с её косвенным присутствием. Так вот, Хидэо решил возглавить собственный союз. Считает, что его шанс стать премьер — министром весьма высок…

— У него? — удивляется Акиро, — Действительно?

— Я тоже отчасти озадачен, но это так. Я внимательно изучил отчёты аналитиков. Но для союза требуется объединяющая идея. Хидэо считает, что если предложить участникам некую долю или процент от налоговых льгот твоей невесты, то это станет тем самым скрепляющим фактором.

— Мадзи дэ⁈ — поражается Акиро, — Он пальцем не пошевелил, чтобы что — нибудь сделать, а теперь просто решил воспользоваться результатом моих усилий⁈ Здорово!

— Если ты успокоишься и подумаешь, то поймёшь, что твой старший брат ничего и не должен был делать. Или ты хотел конкурировать с ним за ЮнМи?

Пфф… — выдыхает Акиро и напоминает, — У него есть семья.

— Да, — соглашается отец, поняв, что его аргумент оказался неудачным и уводит разговор в другую плоскость. — Неужели ты действительно хотел распоряжаться императорской милостью исключительно самостоятельно?

— Почему бы и нет? — заявляет Акиро, решив проявить здоровую наглость.

Отец выражением лица демонстрирует недовольство.

— Получить, — да, — нравоучительно произносит он, — но вот единолично владеть вряд ли. — Ты ведь прекрасно знаешь, что одиночки не выживают. Вообще, что за проблемы у тебя с ЮнМи?

— Никаких проблем, отец.

— Почему она тогда не хочет выйти за тебя замуж?

— Комплекс причин. Прежде всего, она из бедной семьи. Её мечта — стать богатой. И она к ней идёт.

— Разве она её не осуществит, став твоей женой?

— Это ещё одна причина. Она рано потеряла отца и, её мать, обучила своих дочерей, что они могут рассчитывать только на себя, ну, или только друг на друга. ЮнМи намерена осуществить свою мечту «сама».

Отец, понимающе качает головой.

— Она самостоятельная девушка с сильным характером, — добавляет Акиро ещё один штрих к психологическому портрету ЮнМи. — Поэтому простым путём к ней не пройти. Нужно не забывать, что ко всему она творческая личность, возможно, гений. Ещё одна цель, которую она хочет достичь параллельно с обретением богатства, — «мировое музыкальное господство», она так это называет. Понятно, что замужество и дети в исполнении замысла, являются для ЮнМи угрозой собственной красоте и ограничением самостоятельности. Ещё следует добавить к этому низкий интерес к мужчинам. То ли она ещё слишком молода для подобного, то ли вся её энергия уходит в творчество — я до сих пор не разобрался. Плюс есть ещё её вторая ипостась — «Мяу Каннон». Не уверен, насколько это соответствует действительности, но игнорировать такую возможность тоже было бы неразумно.

Отец кивает с задумчивым выражением на лице.

— Действительно, она отнюдь не простушка, — соглашается он с сыном. — Но тебе именно такая и подходит. А семье — Хидэо в роли премьер — министра. Поэтому ЮнМи, подобно драгоценному камню, не может позволить себе блуждать по жизни, опираясь лишь на собственные представления о ней. Артистической натуре, такой, как она, особенно необходима твёрдая, направляющая мужская рука. Такие женщины — как редкие бриллианты: их не только нужно беречь, но и охранять. Сам понимаешь — вокруг всегда найдутся охотники подобрать подобное сокровище даром, особенно когда оно уже получило столь безупречную огранку.

— Хай! — кивает Акиро.

— Будь настойчивым, — продолжает развивать свою мысль отец, — Это пойдёт во благо вам обоим. Нужно, чтобы на тенёк дзюбин объявили о вашей помолвке.

Вопросительно приподняв брови, Акиро, смотрит в ответ.

— Ты говорил с ней о брачном контракте? — спрашивает отец.

— Да, я сказал, что существует такая возможность. Она её… не вдохновила.

— Какие конкретные пункты её не устроили?

— Ну… Собственно, их ещё нет. Я объяснил на словах, что может быть в договоре и какие преимущества он даёт. Это вызвало восхищение моими возможностями, но… Желания их использования, у ЮнМи не возникло.

— Ты пришёл на переговоры с пустыми руками, без оформленного документа, прекрасно зная о наличии шанса подписать его в момент возникновения положительной эмоциональной реакции?

— Да, отец.

— Почему?

— Во — первых, мне всё же хотелось бы, чтобы ЮнМи согласилась не только из — за денег…

— Ага, стало быть, из — за чувств?

— Не только. Во — вторых, во время нашей беседы я понял: моё предложение для неё — не нечто из ряда вон выходящего. Да, она девушка из семьи со скромным достатком и поначалу восхищается тем, что раньше было ей недоступно. Но при этом она мыслит крайне прагматично и твёрдо стоит на ногах. Она чётко осознаёт: лет через пять — семь сама выйдет на тот уровень, который я предлагаю сейчас. И ей больше ничего не нужно.

Она не стремится в высшее общество, не гонится за статусом или положением в нём. Её цель — стать мировой музыкальной звездой, и шансы у неё на это очень высоки. Какой бы щадящий брачный контракт мы ни подписали, семья для неё в итоге станет лишь помехой…

Акиро замолкает, пристально смотря на отца, чьи брови нахмурены — тот размышляет о том, что его мечта о голубоглазых внучках, возможно, так и останется красивой иллюзией.

— А ей неинтересна финансовая и интеллектуальная поддержка? — уточняет глава семьи. — Или, может, связи?

— С её талантом, внешностью и владением языками всё это она получит в любом уголке мира — будь то Азия, Европа или Америка. И без обязательств перед семьёй. Моё предложение для неё — не уникальная возможность, а один из многих вариантов.

— Теперь я яснее вижу суть сложности, — признаёт отец, ещё раз взвешивая всё сказанное. — У тебя есть решение?

— Мне нужно предложить ей нечто большее, чем сейчас, — отвечает Акиро. — Если она становится мировой звездой, то и я должен соответствовать её масштабу. Просто богатый, успешный бизнесмен из уважаемого рода — этого уже недостаточно. Ей нужен статус, равный или превосходящий её собственный.

Отец молча смотрит на сына, явно ожидая продолжения. Тот делает глубокий вдох, как бы собираясь с решимостью, и чётко произносит:

— Уверен, ЮнМи — сама без колебаний согласится выйти замуж за первого наследника корпорации Такаси!

Глава семьи не проявляет ни удивления, ни эмоций — будто давно ждал именно этого поворота в разговоре.

— Ты в этом совершенно уверен? — спрашивает он после паузы.

— Абсолютно.

— Значит, ты хочешь стать первым наследником?

— Хочу, отец!

— И не страшно тебе будет вступить в борьбу со старшими братьями?

— Нисколько!

— Почему?

— Уверен, мы найдём общий язык.

— Любопытно, как именно?

— Я позволю им воспользоваться налоговой льготой, положенной моей жене.

Глава корпорации медленно кивает — он всё понял.

— Разве не слишком много уже желающих поживиться императорской милостью? — спрашивает он.

— Уникальный шанс — никто не откажется.

— Не так — то просто… Первый наследник — это не только состояние, но и реальная власть. Среди твоих братьев найдутся те, кто готов ради этого драться.

— В таком случае, — спокойно отвечает Акиро, — у меня больше нет идей, как заинтересовать ЮнМи.

Отец пристально смотрит на него, словно взвешивая каждое слово.

— Хорошо, — наконец произносит он, и несколько секунд молчания кажутся вечностью для сына, — но я хочу убедиться, что ты справишься. Мои условия таковы: публичная помолвка, затем свадьба — и только после этого я официально назову тебя своим наследником.

— Спасибо, отец! Вы не пожалеете!

— Я буду доволен — в тот самый момент, когда состоится твоя свадьба с ЮнМи. Если этого не случится, наследником ты не станешь. Понял меня, сын?

— Хай!

— Тогда жду результата.

— Хай!

— Ступай. Расскажешь потом, как всё прошло.