Андрей Кощиенко – Айдол-ян - 4. Смерть айдола (страница 76)
Он снова качает головой и повторяет: Серьёзные проблемы.
- Возможно, исправить ситуацию поможет брифинг? - предлагает подполковник вариант смягчения последствий.
- Оставим это на крайний случай. – подумав, отвечает генерал. – Будет выглядеть, словно мы оправдываемся. Невыгодно занимать заранее слабую позицию. Будем ждать. Действия станем предпринимать исходя из развития ситуации.
- Вас понял, господин генерал.
- Да! Как она объяснила, почему ездила без прав?
- Сказала, - захотела покататься.
- «Захотела покататься»? Именно так и сказала?
- Так точно, господин генерал.
- Потрясающе. – произносит Им ХеМу. – Два слова и куча проблем.
- В сети, в одном из комментариев кто-то написал, что Агдан создаёт проблемы так же легко, как и музыку. – поддакивая, сообщает подполковник.
Генерал без особого удовольствия смотрит на юмориста.
- Похоже на то. – выдержав паузу, соглашается он с мнением неизвестного комментатора. – И проблемы она создаёт уровня, соответствующего своей музыке…
На несколько секунд в кабинете повисает тишина.
- И ещё, господин генерал, есть информация, что семья Ким ЧжуВона сообщила о расставании их младшего сына с Пак ЮнМи. – нарушая молчание, сообщает подполковник. – Она больше не невеста младшего наследника.
- Вот как? – ровным тоном произносит генерал. – И давно это случилось?
Время действия: двадцать пятое сентября, девять часов утра
- Какого чёрта ты это сделала?! - возмущённо восклицает ЧжуВон.
- Что из того, что я сделала, я сделала? – интересуюсь я, глядя на разгневанного парня.
- Я говорю про историю с аджумой и её кошельком! – объясняет он, что конкретно имеет в виду.
- Хочешь сказать, согласен с тем, что я способна обокрасть пожилого человека? – холодным тоном спрашиваю я.
Продолжения воплей внезапно не последовало. Заткнувшись, ЧжуВон удивлённо смотрит на меня.
- Нет. – помолчав и подумав, спокойно говорит он. – Ты на такое не способна.
- Чего тогда орёшь?
- «Чего я ору»? – снова повышая голос, повторяет он. – А какая должна быть у меня реакция, когда мне говорят, что тебя судили по подозрению в воровстве?
- А какая у тебя была реакция?
- Да я охренел! – опять возмущённо восклицает ЧжуВон. – Это вообще …. Получается, моя девушка – воровка!
- Я не воровка. И я не твоя девушка
- Я имел в виду, что раз я с тобой общаюсь, то считается, что ты моя девушка.
- Кем считается?
- Всеми, кто видит нас вдвоём.
- Скажи им, пусть пересчитают. Я – своя собственная, а не чья-то!
- Да? – заинтересованно смотря, произносит ЧжуВон. – Кто тогда для тебя я?
Прежде, чем отвечать, окидываю его оценивающим взглядом.
- Нас с тобой связывает прошлое. – говорю я. – И дурацкие затеи, которые мы в нём творили. Ещё ты несколько раз спас меня от очень больших неприятностей, может, даже от смерти. Думаю, - сказать, что мы с тобой хорошие знакомые, будет наиболее правильно.
- Даже не считаешь другом. – констатирует ЧжуВон.
- Для дружбы у нас нет общего. – объясняю я, почему так сказал. - Нет никаких совместных целей, интересов. Мы не ходим с тобой по барам, не собираемся поступать в один университет, не планируем вместе что-либо достичь…
- Даже по девчонкам вместе не бегаем, оппа. – с улыбкой добавляю я, желая пошутить.
ЧжуВон несколько секунд переваривает услышанное.
- Никогда в голову не приходило, что с девчонкой можно бегать по девчонкам. – хмыкнув, признаётся он.
- Не напрягайся. Это шутка.
- Странная, я бы сказал.
- Я вообще, - особенная.
- Но, постой! – восклицает ЧжуВон, не желая заканчивать разговор. – Мы же с тобой собирались открыть агентство? Разве это не совместная деятельность?
- Агентство хотел открыть ты. Мне в нём предлагалась роль наёмного работника.
- Ты могла потребовать изменения условий.
- Это всё так же был бы разговор с владельцем за улучшение условий найма. – отвечаю я. - Где здесь дружба?
- Как тогда это должно было правильно выглядеть в твоих глазах? – спрашивает ЧжуВон.
- Если бы ты пришёл и сказал, - «давай, будем мутить вместе!» – объясняю я, как это вижу. – Тебе потом половина и мне половина. Вот это было бы похоже на равные отношения.
- Ты не понимаешь, потому что никогда не занималась бизнесом. – помолчав, говорит ЧжуВон. – В бизнесе нет дружбы. Обязательно предварительно нужно оговорить все условия и зафиксировать в документах достигнутую договорённость. Если этого не сделать, будут гарантированные проблемы в партнёрстве.
- Возможно, это так. – не споря, соглашаюсь я. – Но, заметь, ты сам только что пришёл к выводу, что затея с агентством под дружеские отношения не попадает…
ЧжуВон молчит, глядя на меня.
- Почему не рассказала мне про суд? – спрашивает он.
- Считала, ты знаешь. – объясняю я, пожав плечами.
- Откуда мне об этом знать, если молчишь?
- Твоя нуна, ХёБин, знает об этом. Я думала, она сказала тебе.
- А она откуда знает?
- Я в тот момент работала в гостинице. Кажется, из комиссии по делам несовершеннолетних сообщили на моё место работы.
- Нуна ничего мне не говорила. – отрицательно покачав головой, признаётся ЧжуВон.
Снова молча пожимаю плечами в ответ, показывая, что это не мой вопрос.
- Хорошо. – произносит ЧжуВон, отодвигая в сторону тему «кто и что знал, но не сказал?» и требует. – Тогда расскажи мне сейчас.
- Зачем?
- Хочу знать, что было на самом деле.