Андрей Кощиенко – Айдол-ян - 4. Смерть айдола (страница 140)
- На кого? – поднимая голову, удивлённо спрашивает КюРи.
- На хейтеров! – гневно сверкнув глазами, обещает ХёМин.
- Слава, - она такая. – БоРам ехидным голоском бубнит в постель. – Непредсказуемая.
- Сегодня, я провёл, пожалуй, самые неприятные минуты своей жизни. – недовольно произносит министр, глядя на Им ЧхеМу. – Госпожа президент была в курсе истинной причины происшедшего. Ей уже успели доложить. Она сразу была негативно настроена ко мне! Сразу! И исключительно по вине вашей Агдан!
Генерал стоит молча, с бесстрастным лицом ожидая продолжения. Выплеснув возмущённым спичем своё негодование, министр успокаивается.
- Президент
- Я сожалею о том, что госпожа президент была расстроена. – отвечает тот.
- Она была не только расстроена, но ещё была возмущена глубиной той бездны, в которую вы ввергли репутацию армии страны!
- Я сожалею.
- Если бы не возникшая уникальная ситуация, в которой невозможно вас привлечь к ответственности, то уже был бы подписан приказ о вашей отставке, генерал!
- Я искренне сожалею.
- Больше всего
- Я понимаю. Но каков итог вашего разговора, господин министр?
-
- Благодарю госпожу президента за великодушие.
- Ещё,
- Слушаюсь!
- В текст внесены небольшие изменения, вы их увидите. Если коротко пересказать содержание – то это вы проводили расследование происшествия и на основе его результатов подготовили информацию для СМИ. В случае раскрытия истинных причин - вы ответите за введение в заблуждение и президента, и всей нации. Что будет дальше с вашей карьерой, вы понимаете?
- Так точно, господин министр.
- Замечательно. И теперь, - ваша Агдан. Президент требует, чтобы она понесла максимально возможное наказание за своё хулиганство. Единственно, с учётом её предстоящего участия в церемонии «Грэмми» и в японских гастролях.
Им ЧхеМу задумчиво смотрит на собеседника.
- Госпожа президент в воспитательных целях захотела, чтобы сангса Пак ЮнМи почувствовала недовольство соотечественников, которым она доставила беспокойство. А конкретно, -
Генерал некоторое время обдумывает требование, высказанное рассерженной женщиной.
- Армия всегда поддерживала своих. – произносит он.
- Тех, кто этого достоин. – делает ремарку министр.
- Не всегда. Порой поддержка оказывалась только потому, что нуждающийся в ней, - военный. В Корее все знают, что если ты на службе, то ты не один. Принятие подобного решения создаёт достаточно неблаговидный прецедент для будущих призывников.
- Вы что, - хотели, чтобы Агдан вообще осталась без наказания?
- Отчего же? Совсем нет.
- Тогда почему вы выказываете недовольство?
- Потому, что мне кажется, - госпожа президент имеет несколько неверное представление о психотипе личности Агдан.
- У
- И всё же, - я позволю себе остаться при своём мнении. Сангса – лидер-одиночка с выраженным эгоистическим поведением. У меня есть сомнения в том, что выбранный вид наказания будет эффективным в отношении неё.
- Какое же наказание, на ваш взгляд, следует применить?
- Если честно, господин министр, то я - не знаю.
- Генерал, госпожа президент сегодня намеревалась требовать вашей отставки. И вы сейчас, не имея своего варианта решения, выражаете сомнение в правильности выбранного ею пути? Вы уверены в дальновидности своего поступка?
- Не совсем, но тем не менее считаю, что всякая операция должна быть спланирована с учётом всех возможных факторов, способных помешать достижению победы.
- Прошу оставить ваши желания при себе. Напомню, - это решение президента страны, которое вам, как военному, следует выполнять беспрекословно.
- Я не отказываюсь выполнить приказ, просто считаю необходимым предупредить, что реализация предложенного плана, на мой взгляд, может не достичь ожидаемого результата.
- Вы можете записаться на приём к госпоже президенту и в личной аудиенции объяснить, - как нужно правильно поступать.
- Всё понял, господин министр. Больше замечаний и предложений не имею.
- Замечательно. Я рад достигнутому взаимопониманию. Прошу вас приступить к выполнению полученных указаний.
- Будет исполнено!
- Боже мой! – восклицает мама, прижав к груди руку и смотря на СунОк испуганными круглыми глазами. – Северяне хотели похитить мою дочь!
СунОк хмурится, обдумывая услышанное.
- Я же говорю, - гады они. – говорит она и успокаивающе ободряет маму. – Не бойся. Ничего они ей не сделают, когда она в армии. Видишь, вся страна поднялась на её защиту. Даже Америка флот прислала!
Мамины глаза наполняются слезами.
- Доченька моя… - слабым голосом произносит она. – Как мне тебе помочь?