Андрей Коробейщиков – Пустенье (страница 9)

по-прежнему создавало внутри живота избыточное напряжение мышц пресса, которое подгоняло лесника к месту его странной охоты. Но Сомову казалось, что в его походке нет и намека на страх, только охотничий азарт и отчаянная решительность человека, бросившего вызов неизвестности. *** Новосибирск

– Максим, познакомься, это Виталий Олегович Филатов, начальник нашей службы безопасности. – Средних лет широкоплечий мужчина с атлетической фигурой и открытым, располагающим к общению лицом улыбнулся Коврову и протянул ему руку. Независимый консультант тоже улыбнулся и ответил на рукопожатие.

Они сидели у Воронцова в кабинете, по-прежнему погруженному в полумрак, создаваемый светофильтрами на окнах. Генеральный директор закончил процедуру представления и теперь молчал, предоставляя инициативу разговора Филатову. Начальник СБ внимательно и с интересом разглядывал барнаульского эксперта.

– Максим Анатольевич, Евгений Алексеевич много рассказывал о вас, в частности, о вашем интригующем мировоззрении. Видите ли, я в некотором смысле тоже большой знаток ряда восточных религиозных течений, так что, вполне возможно, наше знакомство будет полезно и интересно нам обоим. В частности, он рассказывал про ваше увлечение эгрегориальными воздействиями и о вашей весьма эффектной демонстрации возможностей в области внушения. Я тоже уже давно занимаюсь чем-то подобным, и мне бы хотелось, чтобы вы поделились со мной своим исключи тельным опытом. Это возможно?

Ковров вопросительно посмотрел на директора. Воронцов энергично наклонился вперед и увлеченно проговорил:

– Макс, покажи ему что-нибудь… ну подобное. Ковров улыбнулся и робко пожал плечами:

– Евгений Алексеевич, я же не артист… Воронцов смущенно переглянулся с Филатовым.

– Да не, Макс, я же не в этом смысле. Мы не хотели тебя выставить клоуном. Просто понимаешь, то, что ты говорил, ну про эгрегоры, про внушение, про безопасность, для нас является актуальной темой. Ну, а Виталий Олегович как раз курирует подобные сферы наших интересов. К тому

же вы некоторым образом коллеги, и, если твои разработки по психоинформационной безопасности впишутся в стратегию деятельности «СИУСа», работать в этом направлении вам придется вдвоем.

– Максим, – Филатов, улыбаясь, тоже подался вперед своим мощным корпусом, – Евгений Алексеевич и я, мы оба считаем, что твоя деятельность будет крайне полезна для «СИУСа». Мало кто сейчас занимается подобными вещами. Раньше да и в общем-то сейчас чему-то подобному обучали и обучают в засекреченных спецшколах, но фактически вся информация преподается под подписку о неразглашении, и поэтому сейчас очень мало специалистов, которые могут позволить себе открыто применять свои познания в этой области в обычной жизни. Кроме того, насколько я знаю эту специфику, здесь необходимо самому обладать определенными способностями. Что касается тебя, то, как я понимаю, ты не связан какими-либо обязательствами со спецслужбами и в основе твоих возможностей лежат совершенно иные источники, нежели закрытые спецшколы? Но самое главное, на мой взгляд, что на фоне неких языческих практик ты прекрасно ориентируешься в психологии и современном бизнесе. А подобный синтез в наше время является крайне редким и невероятно эффективным сочетанием двух взаимодополняющих систем знаний. И в этой связи вполне закономерен наш интерес к твоей персоне. Я хочу, чтобы ты правильно понял наши намерения относительно демонстрации твоих возможностей. Если нам предстоит работать вместе, я думаю, тебе тоже будет небезынтересно познакомиться, например, с моими скромными достижениями в этой области.

Ковров неподвижно сидел и слушал его, рассеянно разглядывая своих собеседников расфокусированным взглядом, отчего создавалось впечатление, что одним глазом он смотрит на Воронцова, а другим на начальника СБ. Эта странность в его поведении не осталась незамеченной Филатовым, который внимательно следил за выражением его лица.

– Я вас понял, – Ковров согласно кивнул, возвращаясь к привычному способу восприятия. – На самом деле это даже приятный сюрприз: мало кто из бизнесменов в наше время задумывается о психофизической безопасности – своей, своих близких, своего коллектива. А между тем это основа основ любого бизнеса, любой семьи, любого коллектива. И то, что вы проявляете интерес к этой области знаний, безусловно, говорит о вашей исключительной прозорливости. Хорошо, чтобы не отвлекаться на разговоры, я вам покажу кое-что интересное. А после этого мы сможем обсудить

лить наши дальнейшие действия в этом направлении. Если не возражаете, предлагаю вам зайти в какой-нибудь из отделов «СИУСа».

Воронцов встал и, взяв со стола крошечный пенал мобильного телефона, молча направился к двери. За ним, негромко переговариваясь друг с другом, последовали Филатов и Ковров.

*** Горный Алтай Утренний лес просыпался от удушливо жаркой ночи, наполняясь криками птиц и стрекотом кузнечиков, прячущихся в высокой траве на небольших таежных полянках. Сомов осмотрелся по сторонам и решительно направился к высокому кедру, покрытому развесистыми мохнатыми ветвями. Именно в этом сплетении хвойной растительности можно было устроить себе идеальную засаду. В двухстах метрах от намеченного дерева стояли, на границе леса и цветочного луга, домики дуэнергов. Где-то здесь должен обнаружить себя рано или поздно загадочный объект охоты, появляющийся в непосредственной близости с домиками практически каждый день. Он придет сюда, как тщательно выслеживаемая на живца жертва, управляемая своими притупляющими осторожность желаниями добычи, предсказуемая и ожидаемая. Цепляясь за узловатые ветви и сучки, Сомов преодолел две трети длины ствола и, сделав предварительную рекогносцировку, зацепил за ствол широкий фиксирующий ремень комбинезона. Через пятнадцать минут его невозможно было рассмотреть в густой хвое, спецкомбинезон превратил человека в неотъемлемую частичку окружающего его ландшафта: маскировочная ткань сплела воедино древесный ствол, охотника и колкую зелень сосновых игл. Сомов прислонил к шероховатой коре свой карабин, тоже предварительно зафиксировав его в специальном крепежном кронштейне, и принялся тщательно изучать окрестности, рассматривая их через многократно усиливающую визуальный обзор оптику армейского бинокля. Согласно расчетам лесника незнакомец должен был появиться неподалеку от поселка во второй половине дня, сразу после начала падения солнца к линии горизонта. *** Новосибирск

– Вот здесь, – Ковров остановился перед дверями, табличка на которых информировала о том, что за ними находится одно из подразделений финансовой службы. Он повернул дверную ручку и вошел в офис. Реакцией на его появление были удивленные и вопрошающие лица трех девушек, что-то увлеченно обсуждавших у одной из этажерок, заполненных специальной литературой и техдокументацией.

– Добрый день, – произнес Максим, отходя в сторону и пропуская в кабинет начальника службы безопасности и директора ТПК. Метаморфозы, происходившие на лицах девушек, могли послужить наглядной демонстрацией практически всех мимических состояний лицевых мышц, отвечающих за ту или иную эмоциональную реакцию: удивление и ожидание сменилось легким неуловимым испугом, затем озадаченностью, подобострастием, наносной радостью и наконец деловой сосредоточенностью, демонстрируемой высокому руководству.

– Здравствуйте, – Филатов подмигнул девушкам, которые тут же разошлись по своим рабочим местам. Воронцов, уже заходивший в финансовую службу, ограничился легким кивком. Оба выжидательно посмотрели на Максима. А тот вышел на середину комнаты и, обращаясь к начальнику СБ, произнес, осматривая кабинет.

– В этом офисе проводятся мероприятия по поиску и локализации каналов утечки информации?

Филатов утвердительно кивнул:

– Да, стандартные процедуры технической диагностики. Ковров прошелся по помещению.

– То есть помещение защищено от утечки информации? Филатов улыбнулся.

– Специальных защитных мероприятий в данном помещении мы не осуществляли. Но поиск технических средств съема информации проводится нами раз в три дня.

Ковров кивнул и, посмотрев на Воронцова, веско произнес:

– Демонстрация первая: «Информационная безопасность – мифы и реальность, или скрытые возможности человека». Использование сложной высокотехнологичной аппаратуры для промышленного шпионажа – это один из путей получения перспективной информации. Второй путь – работа с персоналом, вот с этими тремя очаровательными девушками: лесть,

подкуп, шантаж, запугивание – то есть все методы целенаправленного воздействия на потенциальный источник информации. Минусы первого пути – исключительная дороговизна спецтехники, сложность в се установке и реальная возможность потери спецтехники и обнаружения своей инициативы и своего присутствия сотрудниками отдела информационной безопасности. Верно? – он повернулся к Филатову, у которого не сходила с лица доброжелательная улыбка.

– Все точно.

– Минусы второго – работа с информаторами обусловлена целым комплексом проводимых мероприятий: выявление кандидата, его разработка, изучение, установление контакта, вербовка, определение эффективных способов связи. То есть целая цепь последовательных действий, каждое звено которой может оказаться слабым. Помимо этого, работа с посредниками чревата неправильной интерпретацией получаемой информации. Я имею в виду искажение исходной информации, достоверность и надежность получаемых данных, переменчивый характер личных мотивов выдачи информации. Все это порождает единственный вопрос: существует ли механизм, пользуясь которым человек может получать желаемую информацию в обход посредничества с другими людьми и в обход использования сложных технических средств?