Андрей Коробейщиков – Камкурт. Хроники Тай-Шин (страница 32)

— Открою вам небольшую тайну. В качестве гарантий наших доверительных отношений. Сейчас об этом уже можно упоминать, потому что срок давности вышел, да и государства, которое обязало меня к неразглашению, уже не существует. Я сам занимался в свое время нетрадиционными методами дистанционного воздействия на человека. Поэтому, как Вы выражаетесь, я подготовлен.

— Пресловутые исследования КГБ? — прищурившись, спросил Мальцев.

— Об этом лучше не упоминать, — улыбаясь, мягко произнес Скоков, — лучше не ворошить историю. Она скрывает в себе множество призраков, которых не следует будить.

Мальцев кивнул. Он вспомнил, что ему встречалась информация о разработках КГБ в области биоинформационных технологий. Однажды ему попался любопытный материал, представленный неким Фроловым, президентом одной эниологической организации. Согласно источнику, в 1987 году в Совмин СССР был представлен пакет документов, озаглавленный следующим образом — «О необходимости использования методов биоэнергетики в интересах народного хозяйства и обороны страны». В последнем разделе, четвертый пункт гласил: «Разработка методов и макетов средств дистанционного управления психологическим и физическим состоянием человека, воздействие на механизм принятия решений». Разработкой этой тематики тогда занимались Военно-промышленная комиссия ГКНТ СССР и Академия наук.

— Понятно, — пробормотал он, — изучали возможности колдунов и экстрасенсов?

Скоков сделал неопределенное движение рукой, словно подчеркивая свое нежелание углубляться в эту тему. Если бы только Мальцев мог предположить, что ему пришлось пережить там, в Японии, он не стал бы тратить время на свой вполне закономерный скепсис.

— Ну, тогда, Вы меня поймете, я надеюсь, — Мальцев обернулся и, потянувшись вглубь салона, достал с заднего сидения объемистую кожаную папку, протянув ее полковнику.

— Здесь все.

Он облегченно вздохнул, когда Скоков взял папку в руки.

— Мы называем их «инки»…

Для многих людей детство воспринималось как время зависимости и ограничений, поэтому многие дети мечтали поскорее стать взрослыми. Десятилетний Алик Рубальский обладал редким для подросткового возраста самоощущением взрослого человека и обликом ребенка. В свои десять лет он уже овладел своеобразной профессией, работал в солидной организации и использовал свои внешние данные для наиболее эффективного решения производственных вопросов. Правда и род деятельности и сфера ее применения были совершенно далеки от всего того, чем жили его ровесники. Алик убивал людей. Более того, в свои десять лет он имел послужной список равный списку какого-нибудь наемника, ни один год воевавшего в активной «горячей точке». Алика очень ценили на его работе, потому что он был профессиональным ликвидатором, владеющим уникальным даром останавливать на расстоянии работу сердечно-сосудистой системы. Поэтому его детство закончилось очень рано, а взрослая жизнь была пропитана насквозь духом смерти. Своего отца Алик не знал, а его мама, Виолетта Рубальская, пропала при весьма загадочных обстоятельствах. Когда мальчика забрали к себе его работодатели, они не объяснили ему, что произошло с его родителями. Они сказали лишь, что его дар является очень редким, передается по наследству, и если не проявляется и не используется до шестнадцати лет, то исчезает. Со своей стороны, они приложили максимум усилий, чтобы эта способность в юном даровании не погасла.

Мастер спорта по вольной борьбе Протасов Александр Михайлович прошел сложный путь от заслуженного спортсмена до участника ОПГ — организованной преступной группировки. Это был огромных размеров тяжеловес, который после ухода из профессионального спорта начал стремительно набирать килограммы. За свою специфическую внешность он получил прозвище Портос, которое приклеилось к нему крепче, чем собственное имя. Но самой отличительной особенностью человека-горы была невероятная способность к убеждению. Портос обладал то ли необыкновенной харизмой, то ли даром внушения, но результат любых переговоров всегда складывался в его пользу. Этим активно пользовались его криминальные коллеги, привозя с собой на «стрелки» внушительную фигуру профессионального борца, который помимо «убалтывания» любого, даже самого разговорчивого оппонента, отлично владел исконным древним оружием — кистенем. Портос был незаменимым человеком в бригаде, но после того, как он столкнулся с невзрачным невысоким человеком полуазиатской внешности, по прозвищу Директор, его жизнь круто изменила свое течение. Все лидеры ОПГ погибли при весьма странных обстоятельствах, а остальные члены группировки были рассеяны несколькими грандиозными акциями, проведенными силовыми структурами. Кого-то посадили, кто-то подался в бега, кто-то стал законопослушным гражданином, дав подписку о негласном сотрудничестве. В общем, ОПГ развалилась как карточный домик, а Портосу предложили интересную и высокооплачиваемую работу в организации под скромной вывеской — «ИНИС». Так начался новый этап в жизни мастера убеждений.

Человека по прозвищу Север не знал никто, зато он мог узнать практически все о любом человеке. Большую часть своей жизни он провел в специальных психоневрологических клиниках, пытаясь излечиться от целого сонма различных психических расстройств, сопровождающихся странными видениями. Он был еще не стар, но его недуги истощили здоровье, и выглядел Север гораздо старше своих лет. Для него все закончилось пасмурным мартовским утром 1995 года, когда к нему в палату зашел скромно одетый человек в аккуратном костюме серого цвета. Они встретились взглядами, и этого было достаточно, чтобы у обоих сложилось впечатление друг о друге, и оба человека поняли, что могли бы быть очень полезны друг другу. Человек в сером костюме каким-то непостижимым образом организовал выписку хронического пациента из клиники и стал впоследствии его непосредственным начальником. А Север, настоящее имя которого забыл даже он сам, получил очень странную должность, которая целиком отражала суть того, чем ему теперь предстояло заниматься — Ловец. Его «заболевания», от которых его безрезультатно пытались излечить на протяжении многих лет врачи, стали трепетно развиваться и активно использоваться. Охота на людей стала приоритетным видом деятельности экс-психобольного Ловца Севера.

Скоков очень внимательно слушал собеседника, задумчиво потирая кончик носа указательным пальцем, иногда перебивая, чтобы уточнить ту или иную информацию. А Мальцев выговаривался, чувствуя, как ему становится все легче и легче:

— Объем работы колоссальный. Они используют многие исполнительные организации «в темную». Например, ту же милицию. Поэтому их штат вряд ли многочисленен. На информационном уровне все это вполне могут осуществить всего лишь несколько человек. Все что для этого нужно — это хорошая служба по сбору информации. А вот уже с этой информацией профессиональные «инки» могут творить чудеса. Причем вычислить их можно только лишь в одном случае.

— Как? — Скоков подался вперед, словно гончий пес, приготовившийся к броску.

Мальцев развел руками.

— Только аналогичными методами. Больше никак!

Скоков, прищурившись, посмотрел Мальцеву прямо в глаза.

— Вы их нашли?

Аргус взгляда не отвел и кивнул головой на папку лежавшую на коленях полковника.

— Да, нашли. Здесь все, что нам удалось накопать. Это небольшая контора, которая скрывается под неброским названием «ИНИС» — «Информационные Исследования». Но те исследования, которыми там занимаются… — он сделал паузу, — Вы должны очень четко отдавать себе отчет — это очень опасные люди. Они профессиональные убийцы, но убийцы нетрадиционные. Можно без всякой иронии назвать их современными колдунами, невидимками. Поэтому, наша информация не послужит основанием для официальных санкций. Вам придется действовать неофициально и быстро. Боюсь, времени у Вас действительно осталось очень мало.

— В чем заключается стратегия «инков», делающая их неуловимыми? — Скоков внес какие-то пометки в портативную электронную книжку, которую достал из внутреннего кармана пиджака.

— В том, что они действуют дистанционно, — Мальцев выразительно посмотрел на собеседника. — Они не нарушают законов, их никто никогда не увидит. Они вообще могут находиться в другой стране, за тысячи километров от своей жертвы. Они работают на информационном уровне, вот в чем их безоговорочное преимущество.

— Эти «инки» значит, что-то вроде информационных снайперов? Интересно. А что они используют в качестве исходной информационной матрицы? Ведь и снайперу нужна четкая цель. Если они находятся далеко от объекта своего воздействия, как они фокусируются на нем? Представляют его в своем воображении?

Мальцев молча достал из чехла мобильный телефон, словно намереваясь кому-то позвонить. Несколько мгновений манипуляций с клавишами, и он, передумав звонить, убрал телефон обратно.

— Все, — сказал он и развел руками.

— Что, все? — удивленно спросил Скоков, а затем вдруг понимающе кивнул, — Цифровая камера?

Мальцев улыбнулся.

— Совершенно верно. Я сфотографировал вас на встроенную в телефон камеру. Качество, конечно, не ахти, но и этого может быть достаточно. Фото является достаточно четкой информационной матрицей. Правда, не цифровое. Цифровое фото очень сильно уступает пленке. Вот на пленку ложиться практически полный электромагнитный пакет вашей личности. Поэтому профессионалы предпочитают работать с профессиональной фототехникой, в большинстве случаев снабженной очень мощной увеличивающей оптикой.