"Один, один, я всегда один…". Воланд не случайно повторяет это слово несколько раз. Один, или как его еще называли – Вотан (Wotan) –верховный бог северных народов унаследовавших древнюю магию ариев и скифов. "Од" – "Ветер"… Одними из его тотемных животных являются волки. Древний шаман, или, как его еще называли, "священ-ный обманщик", заставляющий своими магическими выходками, изум-ляться людей собственной глупости. Покровитель мудрости и кол-довства. Воин, пожертвовавший собой ради обретения тайного зна-ния для людей. Согласно легендам Один отдал один глаз за обрете-ние мудрости, испив из Колодца Мудрости. Консультант по магии Воланд смотрит на современную Москву лишь одним, левым, "совер-шенно безумным" глазом. На месте второго зияет черная пустота… Орден ИТУ-ТАЙ не случайно начал проявлять свою активность в начале века на территории России. Два Колодца нужно было привес-ти к таинственному состоянию, именуемому Равновесие… И, следо-вательно, появление тайшинов в Москве было вполне закономерным явлением. Князь Тишины, Вершитель Общества Серого Будды… Это необходимо продумать более тщательно. Если, конечно, останется время….
В "Мастере", общество людей устроило настоящую "Черную Охо-ту" за Воландом и его попутчиками. В романе все заканчивается, как и в жизни – Ситаны не позволили привести Колодцы к Равнове-сию. И существа гораздо более жуткие, чем пресловутый князь Тьмы, будут все дальше и дальше уводить человечество от его великого предназначения, к краю ужасной пропасти…
Волны гасят Ветер. Людены тоже уходят, непонятые человече-ством. Тема Прогрессорства у Стругацких раскрывает множество проблем, обусловленных этим непониманием.
"Трудно быть богом", "Жук в муравейнике", "Волны гасят ветер", "Обитаемый остров"…
Проблема Института (НИИЧАВО) и взаимоотношений людей и чародеев – "Понедельник начинается в субботу" и "Сказка о Тройке". А пресловутый Институт Чудаков?
"Полдень, XXII век", "Пикник на обочине", "Улитка на склоне",
"Гадкие лебеди", "За миллиард лет…", "Хромая судьба"… необходимо перечитать эти книги заново, чтобы понять одно – Стругацкие тоже "в курсе проблемы"… Та ли это проблема, которую я пытаюсь выта-щить из прошлого, ухватившись за постоянно ускользающую нить? Читаю…
"Перед смертью Ефремов передает через жену Стругацким "кое-какие, интересные им материалы"… через 12 лет появляется "Хро-мая судьба". Как и у Булгакова, это "роман в романе": некий писа-тель создает свою главную книгу жизни, и сюжет этой книги – вто-рая линия повести. В конце, повести появляется лично Михаил Афа-насьевич Булгаков и говорит писателю: "…Единственное, что меня интересует, это ваша Синяя Папка, чтобы роман ваш был написан и закончен. А как вы сделаете, какой ценой – это, право же, мне не интересно…". Далее Булгаков диктует писателю окончание его ро-мана".
Синяя Папка… Это напоминает информацию о неких синих пап-ках, содержащих в себе секреты "азиатских культов", найденных в личном сейфе Дзержинского.
Раса разумных киноцефалов – "Голованы". Я полагаю, что эта про-блема сотрудничества двух цивилизаций основана на знании писате-лей о Каркамасах – "Небесных Псах". Голованы появляются сразу в нескольких романах, причем в "Волнах…", которые все-таки гасят "Ветер", упоминание, о голованах приводится в связи с метагомами-люденами.
"Людены", "Чужаки", "Иные"… Уже не люди, но и не нелюди… Вы-держать это осознание можно только в одном случае – относившись к нему как к Игре…
Они именуют себя "метагомы", "мизиты" – "за-человеки". А слово "люден" произошло от "Homo ludens" – "человек играющий". В одной из восточных религий имя ночи – Лила, "игра" на санскрите. "Дети ночи", тайшины, дуэнерги, "людены". "…им больше нечего делать на Земле"?..
"Они уходят, мой Капитан. Собственно говоря, они ушли. Совсем… Никто из нас не понял"….
* * *
Максим сидел в темной комнате, не включая свет, и прислушивал-ся к звукам в Доме. Здесь все было пропитано тайной, здесь все на-поминало о той жизни, которая минула и растаяла, словно дым, с уходом тайшинов. Находиться в этом Доме сейчас было просто не-выносимо. Пустовали жилые комнаты, пустовали Залы Четырех Направлений. А может, этот внутренний дискомфорт объяснялся из-лучением Силы, которая струилась из Аркола – Скважины, нахо-дившейся прямо под этим зданием. Ток энергии был настолько ин-тенсивным, что казалось, сам воздух заряжен здесь невидимым элек-тричеством. Только сейчас Максим понял, почему всегда, когда он находился в Усадьбе, у него возникало ощущение многомерности, глубины пространства – это Сила, бьющая из-под земли, вышибала его АРС с привычного месторасположения. Именно поэтому сейчас он ощущал эту нервозность. Невозможно было собраться с мыслями под действием мощных волн, излучаемых Скважиной, внимание стре-милось унестись в неведомые дали, подобно стае дельфином, уплы-вающих к горизонту. Этой причиной, скорее всего, объяснялась и та смутная тревога, и невероятная печаль, разлившаяся в груди холод-ной лужицей жидкого льда. Одиночество. Безысходность…
Максим подумал, что это состояние сродни Чистилищу, месту меж-ду Раем и Адом. Его отвергли сейчас оба мира, он завис между двумя вселенными, не зная которую предпочесть. С одной стороны – семья, родители, Карина, Ника. Их невозможно вот так, запросто выки-нуть из своей жизни, забыть. Их невозможно бросить, так же, впро-чем, как и невозможно взять с собой…
С другой стороны – таинственный мир тайшинов – ИТУ-ТАЙ. Он разрушил прежнего Коврова, разбил его на мелкие кусочки, чтобы затем собрать заново. И этот "новый" Ковров – Адучи – уже не смо-жет жить без ИТУ-ТАЙ, который дал ему свои глаза и сердце, заме-нил воздух в легких на что-то иное. Он отобрал у него все вздорные мысли и поместил на их место тишину. Он дал ему знания об Одержании и "одержателях". Он открыл в нем "зуб Волка", который уже невозможно вернуть в прежнее латентное состояние. Он дал ему знания об АКСИР…
"Однажды прикоснувшись к нему, ты уже никогда не будешь пре-жним".
Максим выгнулся, словно от разряда, пронзившего тело, и развел в стороны руки, сразу став похожим на огромную черную птицу, при-готовившуюся вспорхнуть с земли в безграничное освобождающее небо. Это было движение, облегчающее невыносимое давление из-нутри, которое часто испытывают тайшины, чувствуя, как мощная Сила разрывает их на две части. Если бы это было возможно, Мак-сим, не раздумывая, отдался бы этому раздвоению, решая, таким образом, эту дилемму. "Тело Зверя" осталось бы там, куда влечет его человеческая привязанность и любовь. А "тело Шамана" полетело бы с темным ветром к далеким незнакомым землям, куда влечет его привязанность и любовь к Свободе – нечеловеческая страсть вечно-го Странника.
– А-а-а-а… – Максим закричал, надрываясь, вспугивая этим кри-ком тишину, господствующую в Доме, исторгая из себя эту боль, взрывая акустическим ударом окутавшее его поле безысходности и тоски.
Нужно бежать отсюда, из этого пустынного Дома, пока он оконча-тельно не свел его с ума, не похитил остатки теплоты и нежности, испытываемой к своим родным, не увел АРС в невозвратимые пози-ции. Максим вскочил на ноги и затравленно осмотрелся. Именно поэтому он и стал создавать Мироформизм, чтобы попытаться со-единить в себе эти две расходящиеся вселенные. Он создавал Мост, но не было сил и времени достроить его до конца – в самый ответ-ственный момент кто-нибудь обязательно вышибал из-под этого Моста опоры, лишая его устойчивости. Черные охотники, замершие в ожидании, когда одинокий зверь отобьется от стаи…
Максим быстро пошел к выходу, чувствуя, что не может больше находиться в этом Доме. Эта Усадьба создана для магических целей, в ней жили шаманы, такие настроения, как сомнения и жалость к себе, в ней неуместны, они лишь ослабляют энергетическое поле, всту-пая в диссонанс с созидательной Силой Аркола. Максим сделал еще несколько шагов и замер, уткнувшись во тьму всем телом, отскочив и изумленно вглядываясь во мрак. Перед ним стоял тайшин, заку-танный во все черное. Помимо камуфляжа, он еще и экранировал свою ауру, не позволяя обнаружить себя, поэтому Максим и не за-метил чужого присутствия. Теперь он стоял и вглядывался в рас-плывчатый темный силуэт. Это был тайшин. сомнений быть не мог-ло. "Волк-оборотень", Темный Мастер… Или все-таки это порожде-ние его фантазии, проекция его эмоциональной сферы, вызвавшая к жизни фантом одного из обитателей этого загадочного жилища? В этом Доме возможно и не такое. Максим направил луч своего вни-мания на незнакомца, пытаясь уловить его ауру, но тщетно, тот плот-но экранировал свое излучение. Полина как-то назвала этот прием "кольчугой", объясняя, что за счет избыточной энергии, тайшин может создавать вокруг своего естественного поля своеобразный кокон, который обладает возможностью отражать чужое внимание.
– Кто ты? – гулкий голос Коврова прозвучал напряженно и сдав-ленно.
В ответ молчание. Максим понял, что незнакомец сам изучает его, сканирует своим щекочущим лучом волокна, из которых сплетена аура. В одно мгновение в руке Коврова появился обнаженный клинок, но в этот момент что-то изменилось, хотя человек в черном не сделал ни единого движения. По комнате прошла невидимая волна – это тайшин погасил свои щиты, открывая Коврову свою истинную сущность.
