Андрей Коробейщиков – ИТУ-ТАЙ (страница 17)

Н: Проводника? К: Да. Проводник – "Дух смерти". Он уводит человека в подзем-ный мир, когда наступает его время и проводит его через Ворота ино-го мира. А ваш художник явно ассоциирует себя с чем-то подобным. Да и эти знаки: Солнце, вписанное в темный круг с неполной Луной, и Свастика, они действительно отождествляют собой запретную об-ласть. И то, что этот человек использует их в своих ритуалах, говорит о многом. Он может быть опасен, очень опасен. Согласно догматам розенкрейцеров, "Свет и Тьма сами по себе тождественны, они раз-делены лишь в человеческом уме". Понимаете? Вот что он пытается вам объяснить. Красный и синий цвет. Солнце и Луна… И если Кры-латый Бог Солнца – светлое божество, то обычно упоминается и его вторая половина, неотъемлемая часть его сущности – Великая Тень – темный бог-разрушитель… * * * Николаев устало откинулся на спинку кресла и, закрыв глаза, по-массировал пальцами виски. В кабинете было темно. Свет зажигать не хотелось, хотя ослепительный фон монитора многократно усили-вал давление на глаза за счет контраста с окружающей темнотой. "Домой ехать поздно уже…" – подумал подполковник и посмотрел на часы, – "половина третьего". За окном ночь – время тишины, са-мое удобное для работы, требующей концентрации и отсутствия по-стороннего внимания. Внезапно Николаев понял, что провел эту ана-логию не столько применительно к себе, сколько к Духу, так опера-тивники условно назвали ритуального убийцу. Он был где-то по-близости, в том же городе… Возможно даже, что эта ночь принесет новые хлопоты. "Тьфу-тьфу-тьфу. Этого еще только не хватало. Как это утомитель-но, сидеть и ждать, пока пот мистический киллер умертвит очередную жертву, вполне вероятно, что тоже с физиологическими анома-лиями. И правда, мистика какая-то. Предугадать его поведение невоз-можно, хотя, как выяснилось, оно имеет определенную системность и последовательность. Интересно, сколько их в Москве, этих "аномальщиков"? И почему этот убийца их так ненавидит? Каменский назвал его мастером. Возможно. Людей он мочит действительно мастерски. Но зачем ему весь этот балаган с рисунками? Демин считает, что весь этот ритуальный антураж – блеф, нагнетание страха. Что ж, это тоже версия. Но Каменский, похоже, придерживается иной точки зрения. Его сильно увлекли эти проклятые рисунки. Посмотрим, может, он предложит что-нибудь действительно стоящее. Наверное, лучше него с этой "визитной карточкой карающего бога" не справится никто. Мощный мужик! У него в голове невероятное количество информа-ции: аналогии, ассоциации, гипотезы, мифы… Рисунки-то он сразу по полочкам разложил: там – свет, там – тьма, там – добрый светоносец, там – его зеркальное отражение, дух-убийца. Жуть!". Николаев посмотрел на экран монитора, где высвечивались дан-ные по обеим жертвам этого темного бога или его жреца. Фамилии, имена, места работы, адреса и так далее. Уже более четырех часов подполковник сидел вот так перед компьютером и всматривался в этот список, пытаясь все-таки понять, разобраться, что же объеди-няло этих двух несчастных в их прошедшей жизни и что могло послу-жить причиной того интереса, который проявил к ним убийца? Ох-ранники господина Перова в данном случае в расчет не идут, так как, вероятнее всего, они оказались втянутыми в этот ужас случай-но. У них-то с физиологией оказалось все в порядке. А вот у этой парочки… Кто они? В какой клинике получили эти загадочные люди свое идеальное здоровье? Ответ на этот вопрос мог бы послужить ключевым звеном в разгадке всей головоломки. Согласно докумен-там, подлинность которых, кстати, поставлена сейчас под сомнение, этим людям было уже около сорока. А состояние внутренних орга-нов – как у двадцатилетнего юноши, все двадцать лет проведшего в идеальных условиях обитания: все органы без признаков каких-либо дефектов. Согласно анализу ДНК – вероятна способность к повы-шенной регенерации, т. е. восстановлению любых органических повреждений, за исключением разве что, смертельных, как показала практика. Прямо – "Homo super"… Николаев встал и прошелся по кабинету, разминая затекшие ноги и спину. Подошел к шкафчику в углу кабинета и. достав из него пакет с кофе, насыпал в кофеварку двойную порцию. Домой ехать хотело лишь уставшее тело, возбужденный разум нетерпеливо жаждал продолже-ния изысканий. Подполковник сел обратно за стол, отпив обжигаю-щий кофе. На столе короткими сигналами зазвонил аппарат транковой спецсвязи. Николаев взял в руки изящную трубку "ТС":

– Слушаю.

-Алло, Александр Васильевич, вы где? – это был капитан Демин.

– Я у себя, в кабинете. Ты где, Паша?

– Я в управлении, в БОИ. У нас новости.

"Началось", – мрачно подумал Николаев и пробормотал, чувствуя, как опять нехорошо заныло сердце. Похоже, недавние опасения все же начали сбываться.

– Что, еще?

– Не совсем, хотя и возможно, – Демин был, как всегда, бодр в любое время суток и по его голосу невозможно было определить сте-пень его волнения или озабоченности. – Нужно разобраться…

– Сколько их? – сухо спросил подполковник, откидываясь на спин-ку кресла и расстегивая верхнюю пуговицу сорочки.

-Трое…

"Вот дерьмо. Значит, их уже семеро…".

-Как трое?

– Александр Васильевич, тут нужно выяснить некоторые обстоя-тельства. Может это и не наши вовсе. Дело почти месячной давнос-ти. Я отрабатывал все ЧП за последнее время по Москве и наткнулся на них. Кое-что мне показалось странным. И хотя общая картина несколько иная, чем в наших случаях, некоторые моменты заставля-ют насторожиться. Вы еще долго у себя будете? Я бы прямо сейчас подъехал.

– Я тебя жду.

– Буду через двадцать минут.

Сигнал отбоя дал отсчет долгим двадцати минутам, в течение ко-торых. Эксперт это знал, зловещие домыслы будут терзать его вооб-ражение новыми видениями, исполненными очередными ужасами.

– Вот они. – На стол легла папка с подколотыми к уголовному делу стандартными фотографиями, на которых в нелепых позах застыли трупы.

Николаев мрачно рассматривал их, пытаясь увидеть почерк Духа, затем перевел взгляд на капитана:

– В чем схожесть ЧП?

Демин склонился над полом и, взял в руки глянцевые фотоснимки с жутким содержанием, принялся объяснять:

– Месяц назад, десятого мая, в лесополосе, окаймляющей Каширское шоссе, были обнаружены трупы трех мужчин. Все трое установле-ны. Вот этот – Пеньковекий Григорий Дмитриевич, этот – дважды судимый Кутаев Олег Васильевич, этот – тоже судимый Гурзовский Виктор Степанович. Рядом с трупами находился автомобиль "Жигу-ли" девятой модели, принадлежавший одному из убитых – Пеньковскому. По факту убийства возбуждено уголовное дело и выдвинуты две рабочие версии: одна – сведение личных счетов, другая – передел влияния в криминальном бизнесе. Версия – убийство с целью грабе-жа или угона транспортного средства – сразу отпадала: все деньги и автомобиль были нетронутыми. По сведениям оперативников РОВД, которые занимались этим делом, все трое занимались "черным изво-зом" – "кидали" гостей столицы, предлагая им автомобиль до города по бросовой цене. Может, не поделили что-нибудь, может, дорогу кому-то переехали, а может, "кинули" кого-нибудь не того. В общем, все трое со следами насильственной смерти – в темном лесочке, куда на-верняка сами лохов возили "побриться".

Николаев еще раз внимательно изучил изображения трупов, дей-ствительно отмечая что-то непривычное в их позах. Хотя, какая может быть привычность в расположении мертвых тел. Смерть редко прихо-дит к людям подобного образа жизни безмятежно, во всяком случае, таковыми занимаются другие инстанции. "Клиенты" УСО с жизнью расстаются обычно мучительно и тяжело. Столько уже подполковник пересмотрел этих искореженных смертью тел, что, казалось бы, дей-ствительно должен был бы уже привыкнуть. Но оказывается, к этому привыкнуть невозможно. Смерть ведь тоже мастер на все руки. Ее окоченелые "скульптуры" постоянно бьют по подсознанию, обдавая могильным холодом даже с листа фотографии. А в этих трупах есть что-то еще, что-то…

– Паша, я не хочу читать описание и заключение. В двух словах… Демин хмыкнул и, кивнув на принесенные им материалы дела, про-изнес:

– Интересный нужно отметить случай. Автомобиль был один. Тру-пов – три. Значит, пассажиров было максимум двое, перегруженную машину тормознули бы на КП. Все трое – здоровые молодые мужики. Один в прошлом – мастер спорта по боксу. И что мы имеем? Все трое – трупы. У всех троих почти вескости сломаны, словно их через дробил-ку прогнали. Причем характер повреждений дает основания предпо-лагать, что все участки костной структуры были нарушены точными сильными ударами. Я консультировался у спецов, они разводят рука-ми. Маловероятно, говорят, хотя, конечно, возможно. Но мастера та-кого класса у них – но пальцам. Причем все – сотрудники силовых спецподразделений. Спортсмен не сможет действовать столь эффек-тивно и… эффектно. Однозначно лишь одно – здесь поработал насто-ящий костолом. Профи высшего класса. Представляете, с какой ско-ростью он должен двигаться, чтобы обработать всех троих, и с какой силой должен лупить, чтобы кости в нескольких местах просто взры-вались? Да, вот еще что, он разложил их как-то странно. Словно нам послание оставил. Мол, и эти "огарки" – тоже моих рук дело. Правда, никаких рисунков шизоидных, но…