Андрей Константинов – Живая вода (страница 40)
Трошки припозднилися, доктор. Кабы знала, что прыдете, так я бы для вас добавок оставила.
ИВАН
Но, увы, — добавок уже схарчили.
АЛЕКСАНДР ГРИГОРЬЕВИЧ
Ничего страшного… Алесь Петрович, переговорить бы?
Агата поспешно встаёт.
АГАТА
Спасибо, люди добрые, на добром слове за мою стряпню. Пойду я.
ИВАН
Я тебя провожу.
4.8.1. ГАНЬКИН БОР. СТОЯНКА ЛАГЕРЯ. НАТ. ВЕЧЕР
Иван (он несёт судки) и Агата неспешно идут через лес в сторону поляны, где возле костра кашеварят и кучкуются бойцы. Оттуда доносятся оживлённый гомон, смех.
АГАТА
Чуешь? Смеются.
ИВАН
И правильно делают. Будут ещё… и время, и поводы… наплакаться. (Останавливается, пристально всматривается в девушку) Тебя и не узнать, Агата.
Девушка смущённо улыбается.
АГАТА
Так и вас не узнать, Иван Трофимович. (Осторожно дотрагивается до его лица, переходит на полушёпот) Я тебя, вот точно так, там, на болоте, трогала. Ты мёртвый был.
Сглотнув подступивший ком, Иван кивает.
ИВАН
Был.
Агата осторожно, не без страха, уточняет, переходя на шёпот.
АГАТА
И что ж — там?
ИВАН
Где?
АГАТА
На утом свити?
Иван, застыв на месте, молчит. На него вдруг обрушивается странное видение.
Иллюстрация Максима Ляпунова
4.9. ИВАН. ВИДЕНИЕ. НАТ. НОЧЬ
Ночь, Иван лежит на земле, запрокинув голову, глаза раскрыты, уставлены в раскиданные в черном небе яркие звёзды. Их слишком, их невероятно, фантастически много. Они действуют на Ивана успокаивающе, ему хорошо и спокойно вот так вот лежать без движения, без мыслей и просто смотреть на звёзды. Но вдруг он чувствует, как кто-то дотрагивается до него. Это раздражает Ивана, даже злит — он не желает, чтобы его тревожили, отвлекали от завораживающей картинки. Но он всё-таки скашивает глаза посмотреть, кто ж это домогается, и видит, как через его тело медленно, очень медленно переползает огромная, невиданных размеров змея. Но Ивану почему-то не страшно. В какой-то момент змея слегка замирает на нём, а потом опять продолжает движение. Иван снова возвращает глаза к небу и видит, что звёзды стремительно гаснут. Словно бы кто-то выключает их — одну за другой… Внезапно раздаётся далёкий взволнованный девичий голос: «Ваня! Ванюша!..»
4.8.2. ГАНЬКИН БОР. СТОЯНКА ЛАГЕРЯ. НАТ. ВЕЧЕР
Агата тревожно теребит парня.
АГАТА
Ваня, шо ты?! Шо с тобой?!
Иван выныривает из видения.
ИВАН
А?.. Не-не, это я так… Всё хорошо. (Смотрит девушке в глаза) Ничего там нет, Агата. Просто чернота.
Иван медленно идёт дальше. Немного поразмыслив над его словами, Агата нагоняет парня и по-свойски берёт за руку. Так они и бредут дальше, проходя мимо «лазарета». А там Володя по-прежнему копошится со станциями, следуя инструкциям лежащего в телеге Свешникова. Спустились сумерки, зажжён фонарь «летучая мышь». Лена, сидящая здесь же с томиком Пушкина, откладывает книгу и ревниво наблюдает за этой парочкой. В свою очередь Володя, у которого ещё не было пересечений с Агатой, с мужским интересом рассматривает неизвестную ему симпатичную девушку.
ВОЛОДЯ
Лен! Это кто ж такая будет? С Иваном?
ЛЕНА
Агата. Селянка с хутора. Она теперь у нас в отряде.
ВОЛОДЯ
С ума сойти! Надо же, какая красотка!
ЛЕНА
Ничего особенного.
И в этом её «ничего особенного» отчётливо слышатся нотки ревности.
ВОЛОДЯ
Не, не скажи. Красавица.
С телеги раздаётся ворчание Свешникова.
СВЕШНИКОВ
Эй, красавЕц! Мы работаем или как?
Провожая взглядом Агату, Володя вздыхает.
ВОЛОДЯ
Работаем.
4.7.1. ГАНЬКИН БОР. СТОЯНКА ЛАГЕРЯ. КОМАНДИРСКИЙ ШАЛАШ. НАТ. ВЕЧЕР
Тем временем в шалаше продолжается непростой по всему разговор Командира и доктора. Примечательно, что в речи Александра Григорьевича нет и намёка на интонации, условно говоря, земского доктора. Он говорит с Командиром на равных, временно сбросив маску москвича-докторишки, волею судеб в какой-то момент прицепившегося к отряду.
КОМАНДИР
Александр Григорьевич, кончай кружева плести! Излагай прямо. Без этих твоих полунамёков.
АЛЕКСАНДР ГРИГОРЬЕВИЧ
Хорошо. Прямо так прямо. Я пытаюсь понять, что из себя представляет наш товарищ майор НКВД и в какой степени ему можно доверять?
КОМАНДИР