Андрей Колокольников – Ночь, когда погасли звезды (страница 21)

«Вернулся? – подумал волшебник. – Слишком рано…»

– Медитация, – тихо произнес он, возвращая шкатулку на место. – Да, там я найду ответы.

Проснувшись Ная обнаружила рядом с собой записку, в которой коротко, но четко говорилось, что Тилозир вернется с приближением темноты. Сказав, что еда для нее оплачена, он просил ее: «Будь умницей и дождись меня».

– Опять… – вздохнула она. – Как же это в твоем стиле.

Эта его «очаровательная» привычка исчезать, ничего не объяснив, снова дала о себе знать. Как советовал дедушка Амброзиус, за много лет она научилась не задавать ему вопросов. Хотя иногда казалось, что сопротивляться этому порыву невозможно.

Было странно, что в этот раз учитель не только предупредил о своем уходе, что само по себе удивительно, но и указал, когда вернется. Это было нечто более конкретное, чем его привычное: «Скоро». Подобное уже случалось, когда он бесследно пропал на несколько лет, и это вселяло надежду.

Девушка повела бровями, словно пожала плечами, а затем сожгла листок, сотворенный магией. Его куски, взмыв над ее головой, растворились, словно соль в кипящей воде. Вздохнув еще от негодования, Ная закрыла глаза и направила на голову мягкий и теплый поток воздуха. Растрепанные волосы пришли в порядок. «А почему он ушел? – вдруг подумала она. – То чувство вернулось?»

Любопытство вывело ее из комнаты. Едва выйдя за дверь, она увидела, как Дотран ворвался в соседнюю комнату и громко заговорил. Разобрать, что он говорил, было невозможно, да и подслушивать ей не хотелось. Сейчас у волшебницы были дела поважнее.

Когда-то эта комната была уютной и светлой, но сейчас выглядит уныло и неухоженно. Две кровати и пара потрепанных временем стульев, на которых как попало лежат части доспехов. В углу у входа есть небольшой стол, где можно перекусить или выпить кружку пива, о которой втайне мечтал Дотран. Воздух в комнате затхлый – постоянное напоминание о том, что в отсутствие владельца об уборке тут забывают.

Узнай хозяин, что эта комната досталась рыцарям Заката, он бы от стыда повырывал себе все волосы, а потом придушил полуэльфа. Только непривередливость братьев-рыцарей спасала полукровку от кары.

Вернувшись с завтрака, Дотран с удивлением обнаружил, что Аркан так и не поднялся, хотя проснулся даже раньше него. Великан внимательно посмотрел на друга: тот неподвижно глядел на болтающуюся взад-вперед паутину под потолком, иногда сжимая от непроходящей боли в груди мышцы лица.

– Ты как? – беспокойно спросил рыцарь.

– В порядке, – на выдохе ответил друг.

– Да что ты говоришь! За последние дни ты проклял меня… – великан стал пересчитывать пальцы. – Один раз. Один! И даже не грозился мне язык отрезать. Это по-твоему в порядке?

– Иди к черту, – сквозь зубы прозвучал ответ.

Дотран почесал нос.

– Неубедительно. Из-за тебя скоро меня лихорадка свалит.

– Из-за меня? – удивился Аркан.

– Ну а как же? Сил моих нет издеваться над дважды убогим, никакого удовольствия. Так вот и слягу от хандры.

Аркан попробовал встать, но поняв, что не может, лег обратно и тихонько ахнул.

– Ладно, – глядя на это произнес Дотран. – Пойду попрошу волшебника глянуть на тебя. И еды принесу, а то взгляд у тебя хуже, чем у протухшей рыбы, аж тошнит, – рыцарь громко посмеялся. – Помнишь?

Брат медлил с ответом. Сделав глубокий вдох, он с усилием поднялся, опираясь на руки. Наконец выдохнув с таким облегчением, будто с него сняли лошадь, он с одышкой сказал:

– Я не просил твоей помощи.

– Не помню, чтобы мне было нужно твое разрешение, – с усмешкой ответил великан громче обычного и хлопнул дверью так, что с потолка посыпалась пыль.

Ная не без проблем забрала завтрак у полуэльфа. Они смотрели друг на друга с взаимным презрением. «Неприятный тип, свободный только усложнять жизнь другим», – думала она. Впрочем, с детства она знала одного столь напыщенного, невыносимо самовлюбленного эльфа, что в сравнении с ним этот полукровка казался даже любезным.

В главном зале было немноголюдно. Однако по сравнению с моментом их прихода людей стало больше, и ожидалось, что их количество еще значительно возрастет.

На завтрак ей дали немного подгоревшее, но ароматное мясо блеарской курицы, щедро сдобренное зеленью и овощами. Запах сочетал в себе пикантность специй и дым от огня. Даже в этом небогатом местечке достать специи не составляло труда, что лишний раз говорило о важности имперских торговых путей. Еще было что-то похожее на лечебные травы, которые в своих зельях и странных обрядах использовал Амброзиус. Пытаясь вспомнить, девушка поймала смутное воспоминание о том, как он попросил ее подать ему лепестки анге́лики. Наверное, пахло именно ими, но запах специй перебивал, вытеснял их на дальний план.

По заветам Тилозира Ная решила попытаться убедить работника дать ей полную кружку прохладного молока. Однако после короткой ссоры тот вручил ей лишь немного воды.

Девушка не унывала. С самого начала она втайне пыталась освоить навык превращения воды во что-то иное. Часто, когда работника не было рядом, этот навык мог бы оказаться невероятно полезным, но каждый раз попытки Наи оборачивались неудачей. Теперь, когда ей снова удалось лишь немного подогреть содержимое кружки, очередной провал не сильно ее огорчил. Она понимала, что для освоения навыка превращения воды потребуется еще много времени и усилий.

Вкус курицы был насыщенным и сложным. В нем чувствовались сладкие нотки с легкой горчинкой. К удивлению девушки мясо имело долгое послевкусие целебных трав и цветов, хотя их аромат был едва уловим. Едва она распробовала блюдо, как из-за спины раздался громкий голос:

– Доброго утра. Не поможешь мне?

Дотран подкрался незаметно, как тень. От неожиданности Ная выронила ложку. Испугавшись, она ударила большим пальцем об указательный и выбила несколько искр. Почти сразу, не раздумывая, она резким движением погасила их. Страх поджечь все вокруг оказался сильнее страха привлечь к себе внимание после Охоты на ведьм. А когда рыцарь потянулся поднять ложку, умело скрывая беспокойство, Ная попросила его отойти.

Гигант растерялся, скорчив забавное лицо, будто Алген застал его за мухлежом на ставках, и, обойдя стол, переспросил:

– Не поможешь?

«Госпожа была бы недовольна», – вздохнув, мысленно проговорила девушка. Она опустила взгляд и кивнула.

Стул скрипнул под весом опершегося руками Дотрана. Его льняная рубаха была велика даже такому здоровяку, как он. На шее был узкий, но длинный шрам.

– Арку не здоровится. Не знаешь, где твой учитель? А то ни я, ни старик не можем найти его.

– Он… не вернется до вечера.

Великан прикусил нижнюю губу.

– Вот как… – расстроено произнес он, подперев большим пальцем подбородок. – А может ты сможешь нам помочь?

– Я? – удивилась Ная.

Девушка подняла голову. Обычно радостное лицо рыцаря было беспокойным. Казалось, он готов покорно ожидать ответ, но вдруг заговорил:

– Он сам на себя не похож, и вообще, ржавый гвоздь выглядит приятнее, чем его нынешняя рожа. Хотя он всегда такой, но сейчас еще хуже, – с небольшой усмешкой произнес Дотран.

Ная слегка улыбнулась.

«Учитель бы попробовал помочь… – подумала она, не отрывая взгляд от больших холодно-голубых глаз рыцаря. – Раз его нет, может, я могла бы? И госпожа Азура была бы недовольна отказом…»

– Я не сильна в исцелении, но подумаю, что можно сделать, – наконец ответила она.

Дотран выпрямился. Его настроение сменилось словно по щелчку пальцев.

– Вот спасибо! – воскликнул он. – Даже если не получится – все равно хорошо. Знаешь, старик все талдычит, что намерение важнее результата, если, конечно, не помереть в итоге. Ну ладно, надо ему хотя бы еды отнести, а то с голодухи того и гляди в слюне утопнет.

Расправившись с едой, Ная вышла на улицу. Трава после дождя приобрела сочный зеленый оттенок. Каждая травинка блестела от застывших капель, переливающихся на утреннем солнце, словно драгоценные камни в императорской короне. Вокруг царил запах свежести и чистоты, ярко контрастируя с запахами таверны.

На противоположной стороне дороги раскинулся лес, в который ушел Тилозир. Деревья были необычайно красивы. Их листья, словно маленькие огоньки, наполняли лес жизнью. При легком дуновении ветра они начинали шелестеть и подниматься, создавая впечатление, что деревья дышат полной грудью. Это напомнило Нае Волшебную Рощу, созданную Азоном, и вызвало у нее улыбку.

Переходя дорогу, она заметила, как за трактиром на холме Гослин и Алген оба в полном боевом облачении сошлись в поединке. К удивлению Наи, старик, несмотря на хромоту, ничуть не уступал своему сопернику ни в силе, ни в ловкости, а иногда даже превосходил его. Удивительное зрелище.

Каждый удар был силен и точен, но даже будь это настоящая битва – никто из них не смог бы победить. И все же их поединок не шел ни в какое сравнение с тем, что показывали старшие волшебники в Волшебной Роще.

Выбрав место, откуда удобно наблюдать за рыцарями, Ная вспомнила свое знакомство с Тилозиром и хлопнула в ладоши. Ветви и трава взволновались, теплый воздух мигом осушил все вокруг девушки. Хотя одна холодная капля с листка дерева предательски рухнула ей за воротник, заставив вздрогнуть всем телом.

Волшебница открыла свою сумку и начала искать среди склянок, содержимое которых было зачаровано Азоном на долгое хранение. Наконец, она нашла то, что искала – небольшую плотную бумажку, легко поместившуюся в ее ладони. Ная провела над ней второй рукой, и та стала большой увесистой книгой, которую с трудом удавалось удержать.