Андрей Колганов – Ветер перемен (страница 60)

Льва Давидовича, как с ним частенько бывало, занесло в академическое теоретизирование (что может быть полезно в статье, но не всегда уместно в выступлении на партийном съезде). Он начал рассуждать о том, что если в Советской республике действительно недостаточен уровень развития производительных сил для движения к социализму, то из этого верного в принципе тезиса часто делаются неверные выводы. У нас и в самом деле недостаточная промышленная база, и только своими силами этой проблемы не решить. Для того чтобы прочно встать на собственные промышленные ноги, СССР некоторое время будет вынужден за счет строжайшей экономии ввозить оборудование для новых фабрик и заводов из-за рубежа. Но те, кто помнит об этом, подчас забывают, что главным материальным элементом производительных сил является человек, труженик. И вот эту сторону наших производительных сил мы во многом можем улучшить своими силами, сказал Троцкий. Мы можем развернуть широкомасштабную подготовку квалифицированных кадров. Фактически мы должны воспитать армию технических революционеров, которым будет по плечу задача подлинной промышленной революции. Эта революция заложит самый прочный камень в фундамент победы социализма в СССР и самым решительным образом повлияет на перспективы мировой революции.

Надежда Константиновна была гораздо более практична. Она, сославшись на далеко еще не решенную задачу преодоления неграмотности и на необходимость политического воспитания всего подрастающего поколения, обратилась к делегатам с просьбой поддержать решение о переходе с нового учебного года ко всеобщему бесплатному начальному образованию. Как она сообщила мне в телефонном разговоре, состоявшемся еще до конференции, ей удалось договориться о том, что этот вопрос будет поставлен в повестку дня Пленума ЦК и вынесен на сессию ЦИК СССР в мае.

В выступлении Иосифа Виссарионовича проблема подготовки кадров — неожиданно для меня — тоже всплыла. По существу, он говорил о том же, о чем и Троцкий, но гораздо более простыми и доступными для партийных работников словами:

— Некоторые товарищи думают, что необходимость ввозить машины и оборудование из-за границы ставит нас в кабалу к Западу, — заявил Сталин. — Такая опасность есть, и существует только один путь от нее избавиться: самим начать производить машины и оборудование. Однако станок есть всего лишь мертвая железяка без человека, который может пустить этот станок в ход и добиться от него наивысшей отдачи. Значит, нам не меньше станков нужны обученные на них работать кадры. А чтобы производить такие станки самим, нам нужны специалисты, способные самостоятельно сконструировать нужное оборудование и наладить его выпуск. Новую технику можно купить, но вот людей, способных ее использовать, надо выучить и воспитать самим. — И тут Сталин на много лет раньше сформулировал свой известный афоризм. — Без массы кадров, способных овладеть новой техникой и, более того, двинуть ее вперед, мы не сможем обеспечить социалистической реконструкции нашего хозяйства. Поэтому теперь для нас не техника, а именно кадры, можно сказать, решают все. Значит, нашей ближайшей первоочередной задачей должна стать возможно более широкая подготовка грамотных, квалифицированных кадров рабочих и специалистов. — И добавил: — Теперь овладение техническими знаниями становится партийным долгом каждого руководителя, каждого хозяйственника, да и каждого рабочего. Коммунисты должны доказать, что они не только должны, но и могут стать специалистами не хуже, а лучше буржуазных. И особенно важно обратить на это внимание нашей коммунистической молодежи. Нашей молодежи предстоит своими руками строить социалистическое будущее, а без знаний в это будущее не войдешь. Поэтому уместно еще раз напомнить наказ Владимира Ильича из его речи «О задачах союзов молодежи» — учиться, учиться и еще раз учиться! — по-своему перефразировал он слова Ленина.

В вопросе об аграрной политике не было ничего неожиданного: установка на содействие хозяйственному развитию всех слоев деревни; признание растущей на базе зажиточных слоев деревни опасности укрепления кулачества; указание на поддержку сельскохозяйственной кооперации как магистрального пути социалистического преобразования сельской экономики. Зиновьев пытался заикаться о чрезмерных уступках зажиточному крестьянству и о недооценке кулацкой опасности, малость зацепив Бухарина с его недавно брошенным лозунгом «Обогащайтесь!». Эта тема, надо сказать, нашла осторожную поддержку в выступлениях некоторых делегатов. Однако Григорий Евсеевич не решился слишком нажимать на этот пункт. Не хочет раскрывать карты сразу, однако прощупывает настроения?

Ладно, что-то мои мысли утекли куда-то далеко в сторону. Моя задача — превратить политические установки партии в рекомендации по составлению перспективного плана социалистической реконструкции и указать в этих рекомендациях конкретные пути преодоления или хотя бы смягчения неизбежных на этом пути объективных трудностей.

Глава 21

Ну что, затеем пятилетку?

Прошли майские праздники, и в печати появились материалы очередного Пленума ЦК РКП(б). Вопрос о кадрах, в отличие от известной мне раньше реальности, оказался, как и обещала Надежда Константиновна, в повестке дня. Какие уж там были дебаты, я не знаю — надо будет потом либо у нее, либо у Троцкого поинтересоваться, — но кое-что из наших предложений прошло. Что касается моих первоначальных соображений, то обкорнали их довольно заметно. По высшей школе никаких решений вообще пока не принято. Хорошо хотя бы то, что в постановление записали пункт: «Наркомпросу СССР (тов. Луначарский) разработать предложения по совершенствованию системы высшего образования применительно к предстоящим задачам социалистического строительства». Значит, тут еще можно побарахтаться.

Вот принципиальная директива о переходе ко всеобщему бесплатному начальному образованию была дана, и теперь на майской сессии ЦИК СССР это решение должно принять силу закона. Были одобрены и предложения по расширению каналов финансирования системы подготовки трудовых резервов, в дополнение к принятому решению (в моей реальности это произошло полугодом позже) об отчислении 1 % фонда заработной платы на финансирование производственного обучения. Моя идея о создании всесоюзного органа по профессиональному образованию так и не прошла, — удовлетворились уже принятым решением о преобразовании Главпрофобра Наркомпроса СССР в Комитет трудовых резервов при Наркомпросе. Однако и такое повышение статуса, пусть и небольшое, было шагом вперед. Да и тот факт, что вместо начальника Главпрофобра Е. И. Преображенского во главе комитета встал член Политбюро Л. Д. Троцкий (пусть и подутративший свой былой политический вес), несколько добавлял авторитета этому новому учреждению.

Пассажи о кадрах из речи Сталина на прошедшей партконференции также не остались втуне, и в резолюции Пленума значился пункт о расширении системы технического и экономического образования хозяйственных кадров как с отрывом, так и без отрыва от производства, и были повторены слова председателя Совнаркома о том, что это партийный долг наших хозяйственников. Было также указано на необходимость создать систему персонального прикрепления групп молодых выпускников вузов, направленных на стажировку, к старым специалистам для передачи практического опыта. К моему удивлению, Пленум не прошел и мимо моих собственных инициатив — резолюция о подготовке кадров содержала слова: «Смелее направлять молодых рабочих от станка, проявивших себя в работе производственных совещаний, рабочих комиссий качества и рационализации производства и хозрасчетных бригад, на учебу в высшие и средние специальные учебные заведения по соответствующему профилю». Так, раз хозрасчетные бригады упомянуты в резолюции Пленума ЦК в позитивном ключе, это снимает часть беспокойства за их судьбу.

Что пока осталось в совершенной неприкосновенности — так это дурацкие педагогические эксперименты в области школьного образования. Идея покончить хотя бы с самыми одиозными и непродуманными из этих экспериментов была встречена в штыки еще на уровне Наркомпроса и дальше не пошла. Не натешились еще…

Итак, кадровый вопрос, пусть и не с таким размахом и не такими темпами, как хотелось, все же немного двинулся вперед. Никакого пороха я, собственно, тут не выдумал, а лишь немного ускорил и расширил те решения, которые и без того были бы приняты, как это случилось в моей реальности. Но тут именно такая ситуация, когда поспешать медленно не годится. Нужно подойти к исчерпанию резервов прежней нэповской хозяйственной политики и к неизбежному крутому повороту хотя бы немного, как говорится, подстелив соломки. Тогда и поворот будет не столь крут, и дров таких, надеюсь, не наломаем.

Тот документ, над которым я начал работать перед майскими праздниками, подключив к делу своего нового помощника, как раз и должен был обеспечить подход к резкому перелому уже с более или менее ясным представлением о том, что именно потребуется сделать. Теперь черновой проект готов, и нужно в который раз напрашиваться на прием к Дзержинскому. Со своим непосредственным начальником Манцевым я уже поговорил. Василий Никитович, конечно, мужик хороший и палок в колеса мне не ставит, но вот влезать в существо тех моих предложений, которые замахиваются на большую экономическую политику, и определяться по отношению к ним — поддержать или отвергнуть — совсем не горит желанием. Пройти же мимо Дзержинского, во-первых, не позволяет мой служебный статус, и, во-вторых, что более важно, Феликс Эдмундович хотя и не теоретик (вроде Бухарина или Преображенского, способных выдвигать любопытные концепции), но обладает немалым практическим чутьем в хозяйственных вопросах. Вот и надо мои теоретические соображения испытать на оселке его хозяйственного опыта. Если пройду этот фильтр — значит, можно двигать родившиеся идеи дальше, на самый верх.