Андрей Колганов – Ветер перемен (страница 59)
Где-то через четверть часа Лида негромко произнесла:
— Ты вправду не врешь, что больше не будешь лезть в большую политику?
— Все мои дела так или иначе задевают большую политику, — не считаю нужным приукрашивать положение для ее спокойствия. — Но напрямую в политическую борьбу в партийном руководстве я сам лезть точно не собираюсь. Твой муж вообще не политик. Специалист я и именно в таком качестве гораздо больше буду полезен.
Еще через четверть часа, собравшись с духом, мы все-таки решили утолить все громче заявлявший о себе голод. Расположившись все на том же клеенчатом плаще, мы с Лидой быстро умяли всю свою провизию и, еще немного передохнув, отправились в обратный путь. Мои новые (ну, пускай не новые, а подержанные, но только что купленные) мозеровские часы показывали, что надо торопиться, чтобы успеть на обратный поезд…
Неделя перед майскими праздниками пролетела незаметно. В последний рабочий день, в четверг, тридцатого апреля, мой свежеиспеченный помощник Сергей Илюхов принес заказанный ему материал. Сработал пунктуально. Уже ему плюсик. А теперь посмотрим, что же он там накропал.
После прочтения нескольких страничек рукописного текста (машбюро напрягать моему помощнику не по чину, ибо официально он пока числится студентом-стажером), откладываю листки в сторону и ненадолго задумываюсь. Работа, конечно, выполнена не без серьезных пробелов, в которые моего помощника надо будет непременно ткнуть носом, но главное из нее все же прорисовывается. Поскольку Сергей теперь делит со мной кабинет, окликаю его и начинаю воспитывать:
— Так, Сергей Константинович, первое и главное — похоже, мы с вами будем работать и дальше. Помощник из вас должен получиться. Но… — тут к месту краткая пауза, — теперь второе, и не менее важное. Чтобы наше сотрудничество продолжилось и приносило пользу нам обоим, вам следует еще серьезно над собой поработать.
Беру в руки исписанные его почерком листочки и поясняю:
— Описательную часть, касающуюся работы ОСВОК, вы, Сережа, исполнили совсем неплохо. А вот анализ страдает серьезными упущениями. Вам удалось схватить общий замысел того, что можно назвать «пятилетним планом ОСВОК», но в то же время вы не дали оценки этого замысла и не смогли показать, какое экономическое обоснование специалисты ОСВОК подвели под свои плановые наметки.
— Но, Виктор Валентинович! — вспыхивает мой новый помощник. — Кто я такой, чтобы давать оценку работе ОСВОК?
— Так, Сергей. — В голосе моем сразу прорезались весьма строгие нотки. Заразу эту надо драть с корнем: на хрена, простите за выражение, мне нужен сотрудник, готовый стать в позу «чего изволите?». — Ты эти замашки брось, а то не сработаемся. Ишь, чем вздумал прикрываться! Кто ты такой? Для начала достаточно, что ты гражданин СССР, не лишенный ума и получивший довольно приличное экономическое образование. Ты ведь член РКСМ?
— Конечно! — с некоторым даже вызовом откликается Илюхов.
— Тогда должен понимать задачи социалистического строительства, стоящие перед СССР. На только вчера завершившейся партийной конференции об этом было сказано достаточно ясно! И нечего тут намекать на чинопочитание и тащить в наши советские учреждения худшие привычки царской бюрократии! — Политическая демагогия, скажете вы? Она и есть, но без нее мозгов моему помощнику не прочистить. — Я что, должен тебе в пример ставить наших беспартийных спецов, бывших меньшевиков, кадетов, а то и монархистов? Они вон не стесняются перед самыми нашими грозными партийными деятелями свою точку зрения отстаивать, хотя знают, что это может обернуться для них самыми жесткими политическими выводами. Этих спецов Дзержинский с Пятаковым не пугают, несмотря на всю репутацию последних. А член коммунистического союза молодежи на их фоне собирается демонстрировать политическую трусость?! Если ты даже во внутреннем служебном документе боишься свое мнение иметь, что будет, если в открытую выступать придется?
Сергей под моим напором совсем стушевался и поторопился перевести разговор на другую тему:
— А почему вы говорите, будто я не рассмотрел, что спецы из ОСВОК в основу плановых установок положили? Я же там указываю, как они свои цифры рассчитывали…
— То, на что ссылается твоя записка, — это в большей мере техническое, нежели экономическое обоснование, — прерываю его оправдания. — Но где тут анализ доходности государственной промышленности, динамики себестоимости и прибыли, возможностей повысить норму накопления, изменения бюджетных и кредитных ресурсов? Где анализ динамики заработной платы и вообще доходов городского и сельского населения и, соответственно, динамики и структуры спроса городского и сельского рынков?
— Но, Виктор Валентинович, такого специального анализа в материалах ОСВОК и нету! — поясняет мой помощник. — Так, кое-какие данные они из статистики берут за прошлые годы, набавляют несколько процентов — и все на этом. А по зарплате вовсе никаких цифр у них не приводится, кроме предположения о ее ежегодном пятипроцентном росте. Потому, наверно, и по себестоимости плановых расчетов нет, что без зарплаты ее не посчитаешь. Ну а без себестоимости и прибыль нельзя вычислить, и все прочее.
— Хорошо, что ты это понимаешь, — отзываюсь я. — Так что же тогда, друг мой ситный, ты эти обстоятельства в своем документике не отметил? Вопросы-то донельзя серьезные. Коренные, если хочешь, для обоснования наших планов. Поэтому садись, переделывай свою записку. И чтобы пятого мая, аккурат ко дню рождения Карла Маркса, она лежала у меня на столе.
Закончив разбираться с Сергеем Константиновичем, возвращаюсь к обдумыванию своей записки, вынув незаконченный черновик из сейфа и проверив наличие чернил в Паркере.
Итак, в настоящий момент у нас есть три группы расчетов для составления перспективного плана социалистической реконструкции народного хозяйства СССР. Во-первых, это подготовленный еще в двадцатом году план ГОЭЛРО, в котором работы по электрификации увязаны с развитием промышленности, транспорта и сельского хозяйства, а также с территориальным размещением производства на десятилетнюю перспективу. Однако в настоящее время стало очевидным, что для коренной реконструкции народного хозяйства на современной технической основе заданий плана ГОЭЛРО уже совершенно недостаточно. Кроме того, хозяйственные условия как внутри страны, так и на внешнем рынке существенно изменились по сравнению с двадцатым годом.
Во-вторых, это расчеты баланса народного хозяйства СССР, проведенные под руководством Президиума Госплана для составления контрольных цифр на следующий хозяйственный год. Расчеты весьма укрупненные и сделаны лишь на годовую перспективу, однако при этом отработана определенная методология планирования, основанная на прогнозировании взаимосвязанной динамики основных элементов баланса народного хозяйства. Вот методологию как раз можно развить, детализировать и использовать для составления среднесрочных (пятилетних) планов.
И наконец, это уже упоминавшиеся расчеты ОСВОК при ВСНХ СССР, которые сделаны гораздо более детально, чем расчеты Госплана, но охватывают в основном лишь промышленность, очень мало касаясь сельского хозяйства, бюджетно-финансовых возможностей и совершенно упуская из виду динамику спроса населения и такой важнейший элемент себестоимости продукции, как заработная плата. Посему и серьезного перспективного анализа внутрипромышленных накоплений там, по существу, нет.
Но что же могу предложить я, что могло бы стать значительным шагом вперед, по сравнению с этими разработками? Речь ведь идет в данном случае не о деталях методов планирования и прогнозирования производства, хотя как раз тут у меня есть что подсказать, несмотря на то что на данных вопросах я никогда не специализировался. Речь идет о том, что перспективные хозяйственные замыслы стоят в прямой зависимости от избранной политической стратегии. Разумеется, политическая воля не может творить в экономике все что угодно, — те, кто действует по этому принципу и не успевает вовремя одуматься, со свистом вылетают в трубу. Но и существенного влияния политической воли на курс экономического развития игнорировать нельзя.
Политическую стратегию у нас задает РКП(б). Так что же сказала по этому поводу партия на своей XIV конференции?
Во-первых, тезис о возможности построения социализма в отдельно взятой стране — то есть в СССР — превратился в официальную партийную установку. Зиновьев пытался вставлять на конференции критические шпильки, но, увидев, что желающих поддержать его в этом деле как-то не находится, затих и затаился. Кроме того, из своего прошлого-будущего опыта мне известно, что XIV съезд, который должен состояться в декабре текущего года в Ленинграде… (Вот нашли же время и место! Там ведь сырые морозы с промозглыми ветрами всю душу вынут!) Ладно, эмоции в сторону. Съезд, в моей истории перенесенный в Москву, хотя и не примет никаких конкретных решений по данному вопросу, но твердо даст установку на превращение СССР в страну, самостоятельно обеспечивающую себя машинами и оборудованием.
Значит, почти на три года раньше известной мне реальности надо пробить через Дзержинского вполне конкретное решение о разработке пятилетнего плана реконструкции народного хозяйства с прицелом на широкомасштабную индустриализацию. Понимание необходимости именно такого прицела в руководстве партии уже есть — недаром, кроме принятия постановления о развитии металлопромышленности и начале строительства новых металлургических заводов, на конференции пошел (смею надеяться, не без влияния моих инициатив) не предусмотренный повесткой дня разговор о перспективной подготовке кадров.