Андрей Кокоулин – Настя и кроличья лапка / Остров / Мазок. Три повести (страница 8)
Он протянул чашку.
– Чайником бы тебя огреть! – сердито сказала Настя.
– За что? – захлопал глазами Юрчик.
Настя встала.
– За то, что нервы треплешь!
– Так для рассказчика это первое дело, – улыбнулся Юрчик. – чтобы слушатели, значит, места себе не находили.
Настя сняла чайник с подставки.
– Хочешь, покажу, как ты рассказываешь? Вот так, – она буквально капнула из чайника в чашку. – А потом так.
Еще несколько капель разбавили чай.
– Эй-эй!
– И так.
Настя наклонила чайник, но лишь дала Юрчику посмотреть, как вода подходит к самому краю носика.
– Все, я понял, – сказал Юрчик. – Я понял. Ты хочешь без удовольствия. Без проблем. Только долей, пожалуйста.
Он показал глазами на чашку.
– Точно? – спросила Настя.
– Я сразу все расскажу! – пообещал Юрчик.
– Смотри!
Настя подлила кипятка и поставила чайник на место. Села, сложила руки под столом, на коленях.
– Спасибо, – сказал Юрчик.
Он отхлебнул из чашки, покатал чай во рту, проглотил.
– Юра!
– Ну сладкое же пирожное! Сейчас, – Юрчик выпрямился на стуле, – кажется, провалилось. На чем я остановился?
– На шашлыках.
– Да, Насть, шашлыки были – пальчики оближешь. Потому что домашние, и мясо, я думаю, не магазинное, а, скорее, прямо с фермы.
– Я сейчас встану и уйду, – сказала Настя.
– Это я так, к слову, – заторопился Юрчик. – Слушай, слушай! В общем, мы стоим, охраняем, кушаем. Темно, а коттедж, где Желудь за дела разговаривает, прямо на нас двумя большими окнами смотрит, стеклопакеты, шторы желтые, плотные, нам, конечно, не видно ничего и не слышно. Ну, разве что тень мелькнет, если кто к окну с той стороны приблизится. Ну, человеческая тень. Судя по комплекции, Желудь там, туда-обратно…
– Я поняла, – сказала Настя.
– Ага, – кивнул Юрчик, – а тут я смотрю, тень в окне какая-то странная. Квадратная. У меня аж кусок шашлыка изо рта выпал. А тень, значит, растет и – бах! – летит на меня сквозь шторы, сквозь стекло.
– А ты?
– А у меня в голове ни хрена не совместилось. Ну, что с копыт могу навернуться. Парень, тот сразу в сторону брызнул. Просек. А я стою, как стоял. Жду чего-то.
– Дурак.
Юрчик вздохнул.
– Ну, не без этого. Только то, что летело, так до меня и не долетело. Сантиметров тридцать не хватило. Знаешь, что оказалось?
Настя мотнула головой.
– Кресло, – поделился Юрчик. – Желудю что-то не понравилось, а на него, бывает, находит, ну, он кресло, тяжелое, между прочим, в окно и выбросил. Спонтанно. На нерве. Потом, конечно, извинялся, еще выглянул и меня спросил, как я, в порядке или нет. А у меня в глазах все еще жуткая тварь о четырех ногах в ореоле осколков меня сожрать летит. Разумеется, я в порядке. Куда денусь? Так и заверил его.
Он замолчал. Настя потянулась к его руке.
– Но, знаешь, – произнес Юрчик, – когда у меня душа в пятки поднырнула? Когда я на парня посмотрел. Вроде только что вместе шашлыки ели, а теперь он на меня ствол навел и из живых почти вычеркнул.
– Почему?
– Ну, подумал, наверное, что Желудь с его боссом не договорились, и пора всех валить. Ну, того, кто рядом. Меня, в смысле.
– Ох, – выдохнула Настя.
– Ага, – сказал Юрчик, – а у меня ни волыны, ни жилета, труп, понимаешь, с гарантией. Стою, жду выстрела, вцепился во что-то, потом уже босс парня того что-то крикнул, мол, пушку опусти, парень ствол и убрал. А я знаешь во что вцепился? Вот! – он брякнул на стол брелок с кроличьей лапкой. – Снова спасла меня.
– А может это я, – сказала Настя.
– Ты?
– Я тоже за тебя вчера…
– Что?
Настя смутилась.
– Ну, почти молилась.
– Точно вы с лапкой соперничаете, – рассмеялся Юрчик.
– Тут по телевизору трупы в Овчаровке показывали, – сказала Настя. – То ли отравились, то ли еще что. – Она посмотрела на Юрчика. – Я подумала, что там можешь быть ты.
– В Овчаровке?
– Да.
– И что меня понесло в Овчаровку?
– Там тоже рыжий был.
Юрчик пятерней взъерошил волосы.
– Покраситься что ли?
– Не надо, – улыбнулась Настя. – Но я загадала, что это не ты.
– Ну и правильно! Ни ногой в Овчаровку!
– Теперь все?
– В смысле?
– С обещанием Желудю.
– А, да, все.
– И больше никаких дел?
– Ну, извини, этого я не знаю.
– Юрчик!
Настя пнула свою планиду ногой под столом.