Андрей Кочетков – Посол Великого владыки. Сокрытое царство. Часть 1. Том 1 (страница 98)

И Уни сделал это движение, словно расколол мечом огромный круглый шар из цельного гранита. Не перемещаясь в пространстве, его заряженный этим единством тела и мыслей клинок вдребезги разбил саму пустоту так, что теперь ничто не отделяло смертельное лезвие от шеи обреченного на смерть Телейцина. Уни не думал о том, как именно нанести удар, в какую точку следует бить и как правильно задействовать различные мышцы. Он вместе с неотделимым от его личности мечом стал со своим врагом одним целым, меч уже сделал свою работу там, в высшем мире идей и замыслов бытия, оставалось только придать ей форму, характерную для нашего физического мира, как расплавленная бронза заполняет заготовку для литья, чтобы застыть в ней и превратиться в смертоносное оружие.

Уни почувствовал, будто все поры его тела открылись, и он целиком обрушился вниз, мысленно пройдя сквозь шею приговоренного им противника.

– Да бейте уже, сколько можно! – не выдержали нервы у энеля Богемо.

Вириланские воины в такт застучали ногами в пол, ритмичными криками подбадривая победителя. Уни на мгновение закрыл глаза, улыбнулся… и опустил свой меч.

Крики умолкли, стало тихо, как будто вокруг не было ни души.

– Энель Вирандо! – вдруг прервал это драматическое молчание посол Санери. – Я приказываю – вы слышите меня – приказываю вам нанести последний удар! Вы ставите под угрозу жизни всех нас!

– На кой мне это нужно? – Уни устало с размаху швырнул в сторону меч и развязанно заковылял к своим. – Я могу! Теперь я все могу! – взволнованно прошептал он. Ему казалось, что весь мир стал с ним одним целым и одолеть их вместе просто невозможно.

– Да как вы смеете! – закудахтал резким голоском Гроки. – Энель посол отдал приказ! Немедленно вернитесь и прикончите этого варвара! Вы позор герандийской дипломатии… Вас выгонят с государственной службы!

– Да заткнись ты! – вполголоса бросил Стифрано и нервно почесал подбородок.

Уни подошел к посольству и встал на свое место. Выглядел он как свежевыкопанный на кладбище мертвец, но лицо его светилось улыбкой.

– Молодец! – прошептал Хардо и приобнял правой рукой за плечи.

Воины на трибунах молчали. В этой тишине наставник Кейрис медленно встал и направился в сторону имперцев. Он шел неспеша, но настолько неумолимо, что опрокинуть его на этом пути не смог бы и шторм в Танцующем океане. Посол Санери со вздохом опустил глаза.

– Все, закат вселенский пришел! – мрачно прошептал Богемо и облизал кончики пальцев. Его била мелкая дрожь.

Кейрис остановился в двух шагах от Уни. Его приближение будто смело́ собой все посольство, кроме только что одержавшего победу, но не принесшего кровавую жертву молодого дипломата. В данный момент здесь присутствовали только два человека: Уни и Кейрис. Переводчик, совсем не испугавшись такого близкого общения, попытался выдать сквозь грязь и кровь на лице миленькую улыбку и, согнув вдоль тела свой правый локоть, вальяжно помахал рукой.

– Привет! – чуть слышно сказал он по-герандийски.

От такой убойной смеси безумной (в плохом смысле) храбрости с фамильярностью и вопиющим нарушением дипломатического этикета даже у весьма терпимого посла Санери дыхание вместе со всеми возможными словами крепко застряли в горле. Однако наставник воинов смотрел сейчас не на посольство и даже не на Уни. Как завороженный он ухватил глазами руку переводчика, которой тот так некстати приветствовал Кейриса, и его взгляд стал каким-то отсутствующе пустым, словно вирилан находился в трансе. Продлилось это, правда, всего мгновение. Наставник быстро пришел в себя и тут же задал вопрос, ответ на который было интересно получить всем собравшимся здесь зрителям:

– Почему вы не убили его?

– Я не смогу этого объяснить, – склонив голову чуть набок и добродушно раскрыв глаза, ответил Уни. – Словами – точно не смогу.

– Вы видели, к чему приводит отказ убивать. Хотите, чтобы это повторилось? Его все равно убьют, только зверски и мучительно. И это будет ваша вина.

– Еще чего! – фривольно усмехнулся Уни. – Вы, конечно, можете его убить. Но сделаете это, потому что сами так захотели. По своему произволу. И свяжете с моими действиями – тоже по произволу. Никакой реальной связи здесь нет. Вы ее придумали. Это фантазия, мираж, фикция! – он широко развел руки и с усмешкой покрутил корпусом. – Делайте, что хотите – но это будет только ваше решение!

Уни невольно посмотрел Кейрису в глаза, чтобы увидеть в них ответ еще до того, как он воплотится в слова, и остолбенел. Вирилан смотрел на него тем взглядом, который Уни считал своим собственным и как он видел его по ощущениям внутри себя. Но это видение тоже очень быстро прошло. С непроницаемым лицом Кейрис обернулся на неподвижно сидящую фигуру аринцила, а потом согнул в локтях руки и три раза хлопнул друг о друга сухими ладонями.

Воины вокруг вскочили на ноги и оглушили посольство своими криками и ритмичными, переходящими в овации аплодисментами. Это было очень неожиданно и пугающе, так что имперские дипломаты либо застыли, как Гроки, либо несмело переглядывались, как Богемо с Нафази. И только Хардо позволил себе еле заметную, но очень теплую отеческую улыбку.

– Я верил в вас, энель Вирандо, я верил в вас! Вы такой молодец! – слезливо-приторно заулыбался Богемо и бросился обнимать Уни. Его примеру последовали и некоторые другие члены миссии.

Впрочем, много времени им не дали. Кейрис резко вскинул вверх правую руку, и вокруг мгновенно стало тихо. Очутившись в своем суетно-шумливом одиночестве, дипломаты тоже достаточно быстро стихли и приготовились слушать наставника касты воинов.

– Теперь вы получили право говорить, – произнес тот.

– Ну, наконец-то! – тихо вздохнул Санери. – Энель Вирандо, прошу вас! Понимаю, что вы несколько устали, но заклинаю, хотя бы сейчас обойдитесь без ошибок и этих ваших… усовершенствований, хорошо?

– Я постараюсь, энель посол, – почтительно кивнул Уни. Он уже немного отошел от шока, и обычная корректная и вежливая манера поведения вновь возвращалась к нему. – Я готов. Прошу вас, начинайте!

Глава 5. Посольство в бегах

Нет, я ничего не понимаю! – второй посол Стифрано возмущенным аистом ходил взад и вперед по камере, периодически стараясь не задеть головой низкий арочный потолок. – Что здесь вообще происходит?

– Смею вас заверить, энель Стифрано, что мы все очень хотели бы в этом разобраться, – задумчиво проговорил Санери и искоса посмотрел на Уни. Тот тихо зарычал и незамедлительно выдал:

– Да я сто раз уже повторял: не знаю я ни про какие приемы! Понятия не имею, как у меня это получилось!

Он вскочил, нервно прошел пару шагов и столкнулся со вторым послом. Некоторое время они стояли, молча глядя друг на друга. Точнее, Уни смотрел своему визави куда-то в район груди – сказывалась разница в росте. Потом Стифрано аккуратно указал глазами в сторону. Уни, оценив, что от центра к краю высота потолка в их унылой обители понижается, вздохнул и уступил дорогу.

– Может быть, вы в прошлой жизни были великим воином? – осторожно высказал свою версию Богемо. – Капоштийские купцы рассказывают, что унгуру верят в…

– Я молю вас, энель торговый посланник, ради сияния Божественного светила! – хнычущим голосом протянул Нафази. – Тут и так голова раскалывается, а теперь еще и вы со своими нелепыми чужеземными суевериями!

– Ну да, – усмехнулся Аслепи. – Энель Уни тут очень подробно ознакомил нас со своими обширными… хм… теоретическими познаниями в области истории фехтования и оружия вообще. В ходе, ха, то есть нет, вместо ответа на вопрос, где он научился так орудовать вириланским мечом!

– Да сколько можно, достали меня все! – заорал разъяренный переводчик и скрылся в противоположном углу камеры, где в угрюмых позах сгрудились полуживые воины-оппозиционеры. Некоторое время назад Аслепи по неизвестным причинам стал называть его «энель Уни», и адресата это страшно бесило.

– Ладно, отстаньте от него! – устало, но повелительно подвел итог травли Санери. – А вы, энель Стифрано, сядьте лучше и не мелькайте. Энель Нафази прав – у меня тоже голова болит после… не могу даже слов подобрать, что это было.

– А было это форменным нарушением дипломатического протокола, выраженным в грубом и циничном глумлении и издевательстве над посланниками Великого владыки нашего, достославного императора Герандии Кергения! – вскочил от возбуждения Гроки.

– Это повод для войны! – сказал и свое веское слово Богемо.

Сидевший рядом Хардо искоса глянул на него и ухмыльнулся, пригладив усы.

Стифрано сел, но тут же опять вскочил на ноги:

– Не могу! Мне так лучше думается.

– Ну и как, надумали что? – развязанно спросил Аслепи. Он сидел спиной к стене, согнув левую ногу в колене, а правую – вытянув в сторону собеседников.

– Слушай ты, лечила! – вспыхнул второй посол и машинально дернул руку к отсутствующей сейчас рукояти меча. – Ты единственный, кто из нас не дрался, но я сейчас это исправлю!

– Это ты, что ли? – врач легко вскочил на ноги и вмиг оказался почти вровень со Стифрано. – Изнеженный столичный щеголь, в жизни не видевший ни одной битвы?

– А ну хватит, я сказал! – неожиданно грозно рубанул Санери и тоже поднялся. – Аслепи, идите к себе в угол и не забывайте о субординации! А вы, энель Стифрано… – посол мягко положил ему руку на плечо. – И правда есть какие-нибудь соображения?