Андрей Кочетков – Посол Великого владыки. Сокрытое царство. Часть 1. Том 1 (страница 107)

– Создатель милосердный, мы должны сесть в это? – энель Нафази панически уставился на черные воды ручья, похожие на взбесившуюся клоаку столичной имперской канализации, и колыхнулся всеми своими рыхлыми телесами. – Этот зев Тьмы поглотит нас, чтобы изблевать потом хладные останки, растерзанные на куски острыми камнями!

– Да бросьте вы, энель священник! – пристыдил его второй посол. – Если наш дорогой спаситель пользуется этим способом, чтобы донести свой ливер до дома, то и нам грех бояться!

– Он еще луки из хвороста делает и стреляет, как демон. Но это не значит, что мы можем так же! – проворчал Гроки.

– Он почтительно приглашает нас… разместиться, – с некоторым напряжением подобрал Уни нужный аналог для перевода. – В общем, это безопасно, прошу всех на борт.

– Сами сейчас придумали? – недовольно сверкнул в темноте глазами секретарь посольства. – Последнюю фразу?

Уни поймал себя на мысли, что Гроки тоже был похож на птицу, только не на аиста, как второй посол, а на грифа. «Да, старый, дряхлый, вонючий гриф, неуклюже ковыляющий за падалью! О-ох, нужно все-таки держать себя в руках!»

Энель Санери, вздохнув от осознания собственного бессилия погасить эти вечные мелкие склоки между подчиненными, резко выдохнул и храбро шагнул в лодку. После того как следом занесли второго посла, остальным тоже пришлось последовать примеру главы посольства.

Энель Нафази пробормотал что-то насчет воды, которая перельется через борт и потопит лодку. Словно реагируя на его замечание, Нактрис сделал борта повыше за счет подъема опоясывающего лодку кожаного рукава, ранее сложенного гармошкой. В результате члены миссии ощутили себя словно в большой чашке, где видно было только то, что находится сверху.

– А как же мы будем управлять этой… штукой? – робко поинтересовался Богемо.

– Успокойтесь, энель торговый посланник, вы тут точно ничем управлять не будете! – оптимистично заверил его Стифрано.

Между тем вирилан пнул ногой куда-то в борт лодки, та выскользнула из своей ниши и очутилась во власти бурного потока.

– Путешествие по подземной реке, да еще без весел и в полумраке… – рассуждал вслух Аслепи.

– Спасибо, вы умеете вселить уверенность, – отреагировал на это Богемо.

Лодку внесло в туннель, и освещенный слабым мерцанием потолок стал еще ниже, пробуждая страх замкнутого пространства. Снизу и с боков шум воды периодически сопровождали какие-то звуки трения и шелестения.

– А мы здесь не застрянем? – стараясь не слишком выдавать свой страх, осведомился Нафази.

– Разрешите поинтересоваться, а что это за светлые пятна на потолке? – «перевел» Уни вопрос священника.

– Это грибы, способные светиться в темноте. – ответил вирилан.

– Не застрянем, он сто раз тут плавал, – проинформировал переводчик энеля Нафази.

Тот немного нервно, но понимающе кивнул.

– Интересно, почему лодка не опрокидывается в такой бурной воде? – продолжил познавательную беседу Уни. Страха он не испытывал, скорее какой-то детский азарт, помогающий, помимо прочего, забыть о ноющем, побитом теле.

– Потому что мы не плывем, а скользим по туннелю на упругих кожаных шарах, – любезно проинформировал Нактрис. – Поток лишь приводит лодку в движение и смягчает силу трения.

– Потрясающе! – восхитился Уни. – Но эта подземная река – она доставит нас прямо к целителю? То есть я хотел сказать, что это очень интересный способ передвигаться, но ведь река одна, а мест много, и с помощью реки нельзя попасть во все места… Ой, я, кажется, понял! Вы просто построили свои дома вдоль этой реки, так?

Вирилан кивнул, но дал более развернутый ответ:

– В Вирилане очень много подземных пещер, ручьев и рек. Люди издавна использовали их в своих целях, расширяли, меняли и благоустраивали русла. За три тысячи лет образовалась целая сеть подземных водных дорог, ведущих в самых разных направлениях.

– Это великолепно! Однако в подобных туннелях нельзя перевозить большие грузы. Поэтому вам приходится использовать обычные суда. Хотя не то чтобы совсем обычные! Энель Нактрис, прошу вас со всем уважением, почтением и благоговением, откройте мне тайну: как ваши торговые корабли ходят без парусов и весел, да еще и против течения?

Задав вопрос, Уни тут же попытался сам себя и одернуть. Кто его знает, может, эта информация секретная, а он так невежливо ею интересуется? И теперь Нактрис, этот добрейшей души человек, который их спас, накормил и стремится вылечить, поставлен в неловкую ситуацию, вынуждающую его либо лгать, либо уходить от ответа, что неизбежно увеличивает дистанцию между ними, и все как раз в тот момент, когда они так хорошо начинали общаться…

– О тайне говорить в данном случае не совсем к месту, – прервал его судорожные размышления вирилан.

– Не совсем к месту… – медленно пробормотал Уни, готовясь потратить все свое красноречие на самые искренние и изысканные извинения.

– Тайна – не это, – прояснил ситуацию Нактрис. Впрочем, Уни не показалось, что прояснил.

– Не это? – переспросил переводчик. – То есть это тайна, ой, в смысле тайна здесь есть, но не это?

– Течение реки вращает большие колеса по бокам корабля, – решил перейти на доступный Уни уровень объяснений вирилан. – Вращение передается на барабан по центру в трюме, на который наматывается канат, проложенный по дну реки.

– То есть, – стал прояснять себе смысл собственного перевода Уни, – Вы хотите сказать, что за счет силы течения корабль как бы сам наматывает себя на канат и ползет по нему, как огромная улитка?

Вирилан вежливо кивнул.

– Ну надо же! – раскрыл рот Уни. – Вот так просто? Ой, простите, энель Нактрис, я от всего сердца выражаю вам свою крайнюю признательность и благодарность, что поделились со мной этим тайным знанием, и клянусь, что не передам его никому другому, включая и мое непосредственное начальство, в знак дружбы и особого доверия между нами!

– Мне весьма приятна и лестна вся искренность вашего порыва, – тихо и ровно произнес вирилан. – Считаю возможным лишь обратить ваше внимание на то, что тайны я вам не рассказал.

– Да, никакой тайны, потому что ее здесь нет! – радостно всплеснул руками Уни и засмелся.

– Да, потому что ее здесь нет, – вежливо склонил голову Нактрис. – Тайна всегда конкретна.

– А? – широко раскрыл глаза Уни. – Конкретна?

– Именно так, – почтительно поклонился вирилан. – Вы сформулировали это предельно емко и настолько же точно.

– Я сформулировал? – недоуменно спросил Уни. – Простите меня, конечно, но это ведь вы сейчас сформулировали? Или… нет?..

– Все определения здесь вы формулируете сами, – медленно и еле заметно закивал головой Нактрис.

– Здесь – в смысле… – Уни задумался, а потом молча обвел пространство вокруг руками.

Вирилан медленно и утвердительно клюнул подбородком.

– Ох! – выдохнул Уни. – Признаться, вы меня и запутали, и просветили. Э-э-э…

Вирилан посмотрел на него как-то странно – внимательно и рассеянно одновременно.

– Да-да, я понял! – вновь поддался радостному порыву Уни. – Я сам себя запутал и просветил! Да?

Нактрис утвердительно моргнул. Или это только показалось?

– Но что же из этого следует применительно к предмету нынешнего разговора? – аккуратно уточнил Уни.

– У вас очень хорошо получается чувствовать то, чего нет в словах, но нужно ими выразить, – ответил вирилан. – Возможно, вам будет интересно попробовать еще раз?

– У меня получается чувствовать? Но я ведь ничего не понял! – не смог сдержать восклицание Уни.

– А если найдете правильные слова, то поймете?

– Ну да! То есть…

– Возможно, вы полагаете, что слова первичны по отношению к тем чувствам, которые они называют?

– Нет, ну, то есть… ой!

– Вы когда-нибудь чувствовали холод?

– Конечно!

– И при слове «холод» вы иногда чувствуете, как внутри все сжалось?

– Да! Именно!

– А дети у вас есть?

– Нет. Ну, пока нет, я надеюсь.

– Если я вам скажу, что быть отцом – это радость, что вы почувствуете?

– Я? Ну, почувствую… Свет, тепло, это, как его, нежность… мда… ничего не почувствую, чего уж тут, в самом деле!

– Теперь понимаете?

– Ох, да!

– Могу ли я вас просить поделиться этим?