Андрей Клочков – Конец войны (страница 12)

- Вот она,- раздалось в голове, - ваша. Шесть секунд.

Что можно успеть за шесть секунд? Сердце успевает шесть раз качнуть кровь по венам, влюблённый успевает сказать любимой заветные слова. Я успел схватить Семёна за плечо и крикнуть:

- Уходим отсюда, срочно!

Выбраться из воронки не удалось. Во-первых, шесть секунд это чертовски мало, во-вторых, Семён навалился на меня сверху:

- Куда ты, дурак! Жить надоело!?

Это было последнее, что я услышал. Дальше был сильный, очень близкий взрыв. Он ударил сзади, в затылок. Мне показалось, что тонна земли обрушилась на меня. Все произошло настолько быстро, что я не успел ни рот закрыть, ни зажмуриться. Так и впечатался в землю с открытым ртом и глазами.

***

Из мемуаров генерала люфтваффе,

кавалера Рыцарского креста

с золотыми дубовыми листьями,

с мечами и бриллиантами

Генриха Эйлера.

"Утром следующего дня получили боевую задачу: сопровождать группу Ю-88. Разведка сообщила, что противник готовит наступление. Поступил приказ произвести упреждающий удар по передовым позициям русских.

- Барон, не хотите размяться? Вылетаем через сорок минут сопровождать пятёрку Юнкерсов.

- Почему бы нет, господин майор, - барон был в весьма благостном настроении, - тем более что программу полётов никто не отменял. Какой квадрат?

- Да как раз там, Отто, где вы вчера бенефис устраивали.

- Отлично. Я с вашего позволения, господин майор, присоединюсь к вам попозже. С моей скоростью это труда не составит....

Ю-88 пошли на второй заход, когда справа от нас со стороны солнца появился самолёт барона. Покачав приветственно крыльями, барон пронесся мимо и спикировал вниз.

- Поглядим, как там поживают мои вчерашние знакомые?

Его самолёт прошёл над позициями русских, сбросил первую партию бомб и резко взмыл вверх. Даже с нашего эшелона была видна ожесточённая стрельба, которой русские встретили барона. Огонь вёлся из обычного стрелкового оружия. Зенитные батареи размещались ближе к передовой и были заняты бомбардировщиками, так что стрельба, видимо, барона совсем не беспокоила. Я ожидал, что он опишет круг и вновь пойдёт в атаку со своей излюбленной позиции. Однако в этот раз барон изменил себе и зашёл на позиции русских с запада. Это была ошибка. Теперь его самолёт был виден как на ладони и русские могли прицелиться лучше, а об убойной силе их трёхлинейки мы уже тогда были наслышаны.

Я вдруг увидел, как из правого крыла самолёта барона повалил дым. Машина клюнула носом, завалился на крыло и, вращаясь вдоль оси, устремился к земле. Времени выпрыгнуть с парашютом у барона ещё было, но, увы, он не смог этого сделать. Самолет рухнул в болото и взорвался.

Я бросил свою машину вниз, прошёл на бреющем над местом взрыва. Спасти барона я не мог, но хотя бы посмотреть, что с ним, должен был. Болото горело так, будто состояло не из воды и грязи, а из чистого авиационного керосина. Выжить в этом аду было невозможно.

Позже, когда горячка боя утихла, я смог спокойно проанализировать произошедшее, и понял, что барон сознательно увёл самолёт в самый центр непроходимых болот и возможно, даже привёл в действие устройство его ликвидации. Судя по взрыву, это было весьма вероятно. Барон до конца выполнил свой долг и сделал всё, чтобы новая секретная машина врагу не досталась. Я составил подробнейший отчёт и ходатайствовал перед командованием о награждении барона Отто фон Визе Рыцарским крестом с золотыми дубовыми листьями, посмертно..."

***

"Сов. секретно.

Зам. наркома Внутренних Дел Союза ССР

комиссару госбезопасности 2 ранга

товарищу АБАКУМОВУ

2 сентября 1942 года в 6 часов 53 минуты в районе деревни Апраксин городок Мгинского района Ленинградской области в ходе воздушной атаки был сбит немецкий истребитель неизвестной модификации. Со слов очевидцев, самолёт обладал скоростью и маневренностью, превосходящими как наши самолёты, так и известные на сегодняшний день модели противника. Самолёт рухнул в центральной части болота в полутора километрах на северо-запад от деревни. Данный участок болот представляет собой обширную непроходимую трясину, поэтому снаряжённый взвод НКВД с приданным ему взводом сапёров сумел пробиться к месту падения самолёта только 4 сентября. Место падения сильно обгорело в результате пожара, возникшего от возгорания разлившегося при падении самолёта топлива. В результате взрыва самолёт был полностью разрушен. Часть останков самолёта ушло в трясину, оставшаяся на поверхности сильно деформирована взрывом и пожаром. Характер деформации говорит о том, что либо на борту самолета находились взрывчатые вещества неизвестной нам системы, либо о том, что двигатели, используемые на данной модели, работали на неизвестном нам топливе. Все собранные на месте падения самолёта объекты, а также образцы воды, грунта и воздуха направлены в Москву спецконвоем. Тело пилота обнаружено не было. Вероятность того, что пилот погиб, считаю весьма высокой.

Начальник Особого Отдела НКВД

Волховского фронта

майор госбезопасности Мельников".

***

Я пришёл в себя от боли. Боль была внутри меня, боль была вокруг меня, боль была всюду.

- Не открывай глаза, - сквозь вязкую пелену прорвался голос Хроника.

- Что со мной?

- У тебя тяжелейшая контузия, осложнённая действием времени. Впрочем, тут я не совсем уверен. Согласно теории Хронополей, ты находишься в этом времени непозволительно долго и давно уже должен исчезнуть.

- Какое сегодня число?

- Шестое сентября.

- Четыре дня!? А ты говорил день - полтора от силы.

- Это-то и странно. Но для более детального анализа у меня недостаточно данных, и при желании с этим можно будет разобраться позже.

- А где Семён?

- До вчерашнего дня он лежал где-то рядом, но вчера умер, не приходя в сознание. Вчера же и был похоронен.

- Откуда ты всё это знаешь, если я был без сознания?

- Слух у тебя восстановился уже на следующий день после того, как вас сюда доставили. А всё, что слышишь ты, слышу я. Про Семёна я слышал разговоры врачей. Но не это главное, главное, что я слышал, когда ты бредил.

- И что такого я говорил, интересно?

- Много чего, много. Деда звал, всё предупредить его хотел.

- Не страшно, мало ли какого я деда звал.

- Меня звал.

- В смысле!?

- Хроник, кричал, Хроник, выходи на связь.

- Бли-и-ин.

- Вот, вот. А ещё мобилу искал, чтобы МЧС вызвать. Эти два момента очень заинтересовали местного особиста. Он никак дождаться не может, когда ты очнёшься. Хочет допросить тебя и лично в Москву препроводить. Наверное, на орден рассчитывает и повышение по службе.

- И что же делать теперь?

- Глаза не открывай, побудь ещё немного в "коме" и поменьше шевелись. Авось, ещё пару часов выиграем. Я пока тебя подпитаю, попробую восстановление ускорить.

- Как это?

- Через модем. Буду посылать в определённые области твоего мозга микроимпульсы нужной частоты. Они активизируют процессы регенерации, что приведёт к улучшению твоего самочувствия.

- А пока я тут четыре дня валялся, ты свои процедуры чего не проводил?

- Мозг твой был заблокирован практически полностью. Только слуховые каналы работали.

- Ну хорошо, а сам-то ты где?

- Судя по качеству связи, полевая сумка где-то рядом, в тумбочке или на кровати висит.

- А чего же её нквдешник не забрал?

- А ты вот глаза открой, он придёт, сам у него и спросишь?

- Лучше не надо.

- Вот и я о том же. Не забрал, и слава богу.