Андрей Канарейкин – Героиня по вызову 4 (страница 25)
Я кивнула, вытирая кровь с губ и произнесла:
— Я пойду первой, всё-таки… Ааа!
— Саша!
На меня обрушилась магическая сила сродни огню, который я чувствовала в схватке с Карионой. Но на этот раз это был не столб пламени… Словно весь воздух вокруг превратился в огонь. Я чувствовала, как жжёт кожу и рванула назад к двери.
— Это Иллая… Не могу защититься, — прохрипела я, пересиливая боль.
Яген бросил взгляд на меня, потом на дверь и быстрым шагом подошёл к ней, коснулся символов и тяжеленная плита отошла в сторону.
— Нет выбора, — ответил он на незаданный вопрос, — Вперёд!
Блондин сгрёб меня в охапку и толкнул в проём, когда по лестнице застучали новые шаги. Множество шагов. Я скользнула внутрь, чувствуя, как колдовство Иллаи отступает, и мы побежали. За спиной уже вовсю сверкали факелы. Когда я оглядывалась, то видела, как всё новые и новые люди набиваются в комнату, подходят к двери. Несколько бросились за нами, а впереди уже был виден конец коридора. Яген выскочил в большой круглый зал с огромной плитой в центре, отошёл в сторону, пропуская меня. Я развернулась, подготавливая заклятья, но это оказалось лишним — граф коснулся символа на стене и потолок коридора вдруг пришёл в движение, сначала медленно, потом всё набирая скорость стал двигаться навстречу полу. Раздались крики преследователей — кто-то бросился назад, кто-то прибавил скорости, но это не спасло. Через пару мгновений они уже не могли бежать, потом и идти, а потом раздались крики и мерзкий хруст и пол замер.
— Теперь нас отделяет от Иллаи метров десять гранита, — произнёс Яген, — надеюсь, из этого склепа есть другой выход, поскольку руна, похоже, была одноразовой.
— О боже… это было… близко, — выдохнула я, втягивая когти.
Мы могли видеть друг друга, благодаря колдоским кристаллам на стенах, горевших мёртвым голубым светом. Я видела как тяжело вздымается грудь Ягена после такого внезапного забега и как…
— Что? — повернулся он, почувствовав мой взгляд.
— А, ну нахер, — выдохнула я и шагнула к нему, обняла, прижалась в поцелуе, — Я больше не могу терпеть.
— Я тоже, — прохрипел он, расстёгивая камзол.
Не дожидаясь, я упала на колени, дёрнула в сторону клапан штанов, чуть не оторвав пуговицы.
— Ну привет, — прошептала я выпрыгнувшему члену.
Граф явно не нуждался в дополнительной стимуляции, но мне хотелось ещё раз попробовать это орудие на вкус. Нежно оттянув кожу, я обнажила головку, коснулась её языком, потом губами и наконец взяла в рот, в то же время погрузив пальцы свободной руки в собственную истекающую любовными соками щёлку. Я старалась действовать нежно и прикладывать всё своё мастерство в оральном сексе, но Яген уже был слишком раззадорен. И всё же он сдерживался, не пытался трахать меня в рот, как это сделала бы Тина. Это и умиляло, и раздражало одновременно. И всё же, я ускорилась и вскоре член графа дёрнулся и выстрелил мне в рот порцией спермы.
Я запрокинула голову и начала дрочить себя ещё быстрее. Блондин опустился на колени рядом со мной, мягко отстранил мою ладонь от щёлки и, глядя мне в глаза, расположил свою на её месте. Я вскрикнула, когда его пальцы проникли в меня и продолжала кричать, пока граф доводил меня до оргазма. Уж не знаю, эликсир тому виной, абсурдность ситуации или просто невероятные навыки Ягена, но такого оргазма у меня ещё никогда не было.
— Да… то, что надо, граф, — прошептала я, обхватывая руками его шею, — то что надо… Но…
— Тебе мало? — хмыкнул он.
— Как и тебе, не так ли?
— Каюсь, грешен.
— Ну тогда возьми меня.
Второй раз просить не пришлось. Яген подхватил меня под бёдра и насадил на свой, уже снова возбуждённый член. Я обхватила ногами его спину, а руками шею, чтобы снизить нагрузку, но всё же такое положение мало способствовало быстроте фрикций. Поэтому Яген, сделав несколько движений, перенёс меня в центр комнаты, расположил на плите-пьедестале. Я устроила ноги на его плечах. Он смахнул пот и прошептал:
— Готова?
— Да.
Граф начал движение. Что не говори, любовником он был превосходным — умелым, решительным и чутким. Даже близко не таким хорошим как Тина, но всё равно куда лучше, чем любой ловелас-шлюхоёб, которых я в Театре повидала немало. И всё же чего-то не хватало, что-то было не так. Я смотрела в потолок и только сейчас заметила, как магические потоки в комнате завихряются и застывают. Словно спираль или кольцо, они не выходили наружу этого зала.
«Видимо, поэтому на него и не подействовало изменение магических цепей из-за моей дуэли с Хау,» — пришла отвлечённая мысль.
Я фыркнула. Яген негромко спросил, продолжая меня долбить:
— Что случилось, тебе не нравится?
— Нет, просто дурацкие мысли про отвлечённые вещи.
— Это какие вещи?
— Магические течения, они… — я вдруг осеклась, — Хотя постой, может и не такие уж отвлечённые.
— Что ты имеешь в виду? — в голубых глазах сквозило удивление. Ещё бы — самое время про теорию магию думать, когда тебя трахают на каком-то древнем монолите.
— Сейчас поймёшь, — сказала я, касаясь пальцами его шеи.
В принципе же, вампир — это квинтэссенция магии, так? Живая и осознающая себя магическая цепь. Но магические цепи и манатоки есть и в обычных людях, правда люди не умеют ими свободно манипулировать. А я умею.
Протянув невидимые линии к пальцам, я пустила их дальше, пока они не достигли манатоков Ягена, а потом включила свои умения активации и разрастания цепей. На секунду мы ослепли и оглохли только для того, чтобы в следующее мгновение утонуть в водовороте эмоций и ощущений. Мы словно были единым целым, существующим в отрыве от остального мира. И эмоции от этого удивительного выносящего мозг секса, разливались по комнате почти в видимом спектре. Мы знали всё, что хочет другой партнёр, мы видели все, самые потаённые мысли и мы могли всё это делать, не связанные никакими нормами морали. Взлетая к вершине, мы чувствовали удивительное единение в разнообразии — всё-таки слишком различались характерами и подходами, желаниями и слабостями, но этот танец мнений и эмоций был бесподобен в своей хаотичности, и он породил такой же бесценный и великолепный оргазм, ударивший в стены и потолок невероятно мощным магическим выбросом.
Мы лежали подле друг друга и тяжело дышали. Магическое кольцо распалось, и мы снова были сами собой. Яген глядя в потолок прохрипел:
— Это было невероятно. У меня нет слов. Лучший секс в моей жизни, я даже не знал, что такое возможно.
Я улыбнулась и хихикнула:
— Я и так знаю.
— Откуда?
Улыбнувшись, я послала ему свежее системное уведомление:
— Ох ты. Ну, система врать не будет, — заметил граф, — Ладно, давай полежим немного, а потом…
Что именно «потом» я узнать не успела — плита под нами дрогнула весьма ощутимо. Мы тут же скатились с камня, Яген подхватил с пола меч, я выпустила когти. Граф, озираясь по сторонам выдавил:
— Они всё-таки притащили гномов? Причём так быстро?
— Нет, не думаю. Я… смотри! — я ткнула пальцами в одну из плит на стене.
Здоровый, выше меня кусок камня отделился от стены и с грохотом упал на пол, обнажая провал, из которого шагнул в зал высокий закованный в доспехи воин. Я подняла руки, но воин не нападал. Мне же пришлось крутануться на месте, когда другая плита упала на пол прямо за моей спиной и я оказалась нос к носу с другим воителем.
— Кто это? — крикнул Яген. Его меч двигался, указывая то на одного, то на другого воина в попытке понять, кто из них представляет большую угрозу.
— Без понятия, — ответила я, — если что — держись за моей спиной!
— Вот ещё! Я не собираюсь…
Графа оборвали второй раз за пять минут — каменная плита, на которой мы только что трахались вздрогнула снова, на этот раз сильнее, и отъехала в сторону. Из длинного каменного монолита, оказавшегося саркофагом, высунулась рука. Высокий воин в длинной, почти до пола, кольчуге, встал, обратил на меня украшенную искусной резьбой маску конического шлема и произнёс:
— Не думал, что меня призовут в мир таким образом, — его голос был глухим и лишённым всяких эмоций, — Приветствую вас, обречённые на смерть.
Глава 10
На несколько секунд воцарилось молчание. Воин, вылезший из центрального саркофага, с интересом изучал нас с Ягеном, мы изучали его в ответ. Высокий, очень высокий, метра два с половиной, он казался ещё выше из-за вытянутого конического шлема, украшенного искусными узорами и золочёными вставками. Забрало представляло собой мастерски сделанную безэмоциональную маску, в прорезях глаз горел магический свет. Шеи было не разглядеть из-за длинной кольчужной бармицы, ниспадавшей до самых плеч. Остальной наряд воина выглядел примерно так же — длинная кольчуга, усиленная стальными пластинами на манер древнерусского (или византийского) зерцала, латные наручи до локтей с латными же перчатками. На украшенном золотыми заклёпками поясе — очень длинный изогнутый меч в богатых ножнах. Ног под кольчугой не было видно, только носки мягких сапог. Весь доспех был украшен не хуже шлема — на зерцале гравировка, на латных наручах — золотые (или золочёные) накладки, даже заклёпки оформлены в виде бутонов и вплетены в стилизованные узоры.