Андрей Канарейкин – Героиня по вызову 2 (страница 65)
— Так я тебе и поверила, мудак, — и бросилась в атаку.
Но на этот раз, мой выпад был не таким быстрым как прошлый, и Гервазий легко отвёл клинок в сторону и прежде, чем я успела среагировать, на контратаке вогнал свой меч мне в шею. Я захрипела, глядя на разрубившую моё горло сталь, но на удивление не увидела крови, зато почувствовала слабость. Гервазий же словно был сильнее и будто светился… нет, не то, не сильнее… Лучше, быстрее, вкуснее? Вкуснее, да, вкуснее…
Я рванулась вперёд, прямо по надрубившему мою шею лезвию. Рыцарь вскрикнул и потянул меч на себя, но я поймала его руку и сжала изо всех сил. Раздался истошный крик, а потом на мою ладонь попала влага, прелестная алая влага. Я залюбовалась игрой капель, падающих на мою бледную кожу со сломанных и раздавленных пальцев, настолько, что не заметила, как всё ещё орущий рыцарь перехватил мой собственный меч и вонзил его мне в живот. Я с некоторым удивлением смотрела на длинный клинок, а потом подняла взгляд на лицо врага. Нет, совсем не урод ведь, такой сильный, такой… сочный. Точно! Сочный! Это не свет, это прелестная влага, она внутри у него, много-много воды жизни у него внутри. Нужно только достать, да, достать, быстрее.
Отведя в сторону его бессмысленно замершую на рукояти меча ладонь, я наклонилась вперёд, приблизила своё лицо к его, изучила, посмотрела ниже и прижалась к шее страстным поцелуем, чувствуя как мои зубы прокалывают тонкую кожу и в рот мне льётся прекрасная жидкость. О боже вот это наслаждение, ничего не сравнится с этим. Ну может только Тиниэль? Кто такая Тиниэль? А, ну да, моя любимая демоница, лучшая девушка на свете. Ради неё я… Или нет?
Я выпрямилась, не отпуская шею Гервазия, и продолжая наслаждаться льющимся мне в рот потоком божественного нектара, а потом меня пронзила мысль – точно! Я же хотела узнать про бандитов!
С сожалением выпустив шею, я толчком отправила рыцаря на землю. Он тут же попытался отползти, и я наступила ему на колено. Хрустнула кость, и мужчина завыл. Я наклонилась к нему и произнесла:
— Кто приказал тебе нанять бандитов для нападения на дом Харт?
— Никто! Никто не приказывал!
— Не ври мне, — я надавила на раздавленное колено сильнее, вызвав новый вопль боли — я слышала, как лорд Интрэ пенял тебя за это. Ты ему не сказал, почему ты это сделал, но ты скажешь мне.
— Я не знаю!
Я изучила его перекошенное лицо и поняла, что он не врёт. Он правда не знал. И Друджи не знал. Но тогда почему…
— Я сдаюсь! Ты победила! — хрипло прорычал он.
— Сдаёшься? — я удивлённо моргнула, — В каком смысле – сдаёшься? Не думаю, что ты дал бы сдаться мне…
— Я, Гервазий аргхм, — захрипел он, когда я воткнула пальцы ему в рот, не давая договорить.
— У богов свои дела, — промурлыкала я, опускаясь на колени и тянясь к его шее, — не стоит их отвлекать.
Гервазий захрипел и продолжал хрипеть, пока я пила прекрасную влагу жизни, бившую из его шеи и пузырящуюся у меня на губах. Потом он затих, обмяк, а вскоре и поток влаги превратился в ручеёк, и наконец иссяк совсем. Я выпрямилась, глядя на то, что недавно было человеком, а теперь стало иссохшейся распавшейся мумией, а затем подняла с земли наши мечи и вошла в открывшийся посреди арены портал.
Прищурившись от яркого света, я коснулась влажных губ, и только тут на меня снизошло осознание.
— Нет. Нет-нет-нет-нет-нет…
***
— Где Винсент? — спросила я зевающего на входе орка.
— Какой Винсент? — задумчиво сказал тот, окидывая плотоядным взглядом моё всё ещё обнажённое тело. Но я была не в настроении.
— Винсент. Кадукевич. Мужчина. Лет сорок возрастом. Чёрные волосы. Сенешаль магистрата. Был здесь пару часов назад. Вспоминаешь?
— Нет. Да и нет у магистрата никакого сенешаля. Лет пять уже, как старый Хролт умер, — удивлённо сказал орк.
Я выругалась. Ну да, нашла кого спрашивать. Толкнув дверь, я оказалась внутри. Гости то ли уже разошлись, то ли были заняты в покоях, но в зале никого не было кроме Ирэны и Иоланты. Я подбежала к девушкам и спросила:
— Где Винсент?
— Саша? Что ты здесь делаешь, как же твоя дуэль? — удивлённо спросила Ирэна.
— Я победила, — я не стала вдаваться в подробности, просто показала в доказательство руку без метки, — мне нужен Винсент.
— Какой Винсент? — осторожно спросила девушка.
Я закатила глаза.
— Кадукевич! Который был здесь пару часов назад! Высокий брюнет, он ещё тебя, Иоланта попросил выйти. Когда ты мне руку зашивала.
— Не помню такого мужчины, — осторожно сказала она, — и ни с каким мужчиной я тебя не оставляла, только с Тиниэль, она сказала, что знает, как помочь тебе победить… Ой, а твоя рука зажила?
— Да, вашими стараниями… Погоди, что значит – не помнишь такого мужчину? Мой первый клиент же. Ирэна, у тебя же должно быть записано?
Хозяйка покачала головой и извлекла из-под своего минималистичного наряда маленькую книжечку в кожаном переплёте, открыла и прочитала:
— Саша Рэд, клиенты: Ларкон Хрондар, Рудольф фон Кёниг и Гервазий Дымбовяцкий. Никакого Винсента Кадукевича.
— Но… Быть не может. Он же сенешаль магистрата, вы его не помните?
— Саша, у магистрата нет сенешаля, — глядя мне в глаза осторожно произнесла Ирэна, — уже лет пять нет.
— Но… — я беспомощно опустила руки, и тут мне на плечо легла ладонь.
— Саша, ты устала, пойдём отдохнём, — раздался за спиной голос Тиниэль.
Я повернулась к ней и увидела в её глазах боль. Она что, тоже не верит…
— Верю, — беззвучно сказали её губы, и уже вслух добавили — Пойдём, ты устала,
— Д-да, да. Хорошо, — кивнула я и пошла за ней.
Когда мы вошли в пустую гримёрку, девушка тут же закрыла на замок дверь и поджала губы. Вздохнула. Махнула рукой в сторону стола. Я проследила взглядом и увидела сложенный вдвое листок, даже не запечатанный.
— Что там?
— Не знаю.
— Ты не читала?
— Я не могу. Дала клятву.
— А остальные?
— Они его не видят, точно так же, как не помнят Винсента.
— А ты помнишь?
— Я не человек, тюльпанчик, — грустно улыбнулась та.
Я хотела было спросить, почему тогда помню я, но поняла ответ раньше, чем озвучила предложение. «Не человек», ну да. Я вдохнула, выдохнула, успокаиваясь, взяла тонкий листок бумаги, развернула и увидела вязь изящных букв:
«Дорогая Саша, твоя компания и сотрудничество были для меня настоящим подарком, но всему приходит конец. Надеюсь, что ты справилась с этой худородной обезьяной Дымбовяцким, иначе вся интрига теряет смысл, но думаю подслеповатый балбес тебе теперь не противник. Прошу прощения, что мне пришлось использовать такие грязные методы для привлечения твоего внимания, но, к сожалению, время не терпит и мне нужно содействие.
Ты должна привести Ягена Харта ко мне в Трекане до конца года и там же встретиться со мной в замке. Если ты не успеешь… Ну скажем так – высший вампир не выживет без знания хотя бы части своего истинного имени. А мне бы очень не хотелось терять такую умелую сподвижницу как ты. Так что желаю удачи и надеюсь увидеть тебя в самом скором времени.
Твой саер и повелитель
Князь Валентин фон Каслевский»
— Сука… — прошипела я, передавая демонице письмо — этот триждыёбаный гондон, как же он…
— Обвёл нас вокруг пальца, да, — Тиниэль вздохнула, складывая бумагу — и усложнил наше задание.
— Чем это?
— Конец года.
Я непонимающе уставилась на неё, и девушка пояснила:
— Он не сказал «в течение года», он сказал «до конца года», а сейчас осень. Конец года – через три месяца, плыть до Трекане почти три недели. У нас месяца два, не больше.
— Ох… — мои ноги подкосились, и я медленно опустилась на диван, и обхватила ладонью лоб. Тиниэль опустилась рядом и обняла меня.
И тут пришли сообщения от системы: