Андрей Каминский – Путешествие Херульва (страница 9)

— С мечом Асбрана ты можешь прорваться

— То есть ты хочешь, чтобы я, выполняя поручения князя, заодно доставил через все Варяжское море какую-то колдовскую святыню, за которой охотятся жрецы бога смерти и о которой я толком ничего не знаю?

— Именно так, — улыбнулась Рисса, — или ты боишься? С мечом от бога?

— Не боюсь, — бросил Херульв, — просто хочу понять, что мне за выгода от того.

— Ты служишь моему мужу — этого мало?

— Не уверен, что Драговит знает об этом, — усмехнулся Херульв, — иначе бы ты не устраивала встречу ночью, втайне от всех.

— Соображаешь, — поморщилась Рисса, — ну, я могу тебе погадать.

Херульв задумался — кем бы не была эта женщина, она сильная колдунья и гадание от нее дорогого стоит. Он молча кивнул, а Рисса, выбрав очередной сверток, не глядя запустила в него руку. Вынув сжатый кулак, она, что-то прошептав, резко разжала пальцы и по полу храма разлетелось несколько камушков с начерченными на них рунами. Рисса склонилась над ними пристально вглядываясь в образованный узор.

— Два моря, две реки, две дороги, — ее голос странно изменился, став похожим на змеиное шипение, — берегись женщины-совы и женщины в пурпуре, берегись слабого правителя, кривого старика и человека лишенного мужского естества.

Она замолчала, одним движением смахнув руны обратно в сверток и подняла вопросительный взгляд на Херульва. Тот пожал плечами.

— Ничего не понятно.

— Поймешь когда увидишь, — уже нормальным голосом заверила его Рисса.

— Может быть, — сказал принц, — но несколько туманных слов — маловато для того, чтобы так рисковать. Тебе придется предложить что-то большее, если ты хочешь, чтобы я взял на себя твои хлопоты.

Рисса раздраженно посмотрела на него, прикусив губы и вдруг широко улыбнувшись, гибко поднялась на ноги. Несколькими быстрыми движениями она избавилась от своего одеяния, представ перед фризом совершенно обнаженный. Как завороженной он смотрел на ее обнаженное тело с мраморно-белой кожей, на длинные ноги с изящной формы ступнями, округлые груди совершенной формы, плоский мускулистый живот и манящий своей белизной треугольник между бедрами, лишенный даже малейшего волоска. Рисса скользнула взглядом на его штаны и хитро улыбнулась, заметив на ткани хорошо узнаваемую выпуклость.

— Такая расплата подойдет? — уже зная ответ спросила она. Вместо ответа Херульв принялся скидывать одежду. Молодая женщина, шагнув вперед и уложив ладони на обнаженную мужскую грудь, начала медленно спускаться вниз, оставляя влажные поцелуи. Херульв дернулся, когда острые ногти прочертили по его коже кровавые царапины, но Рисса уже опустилась на колени и восставшая плоть принца оказалась в плену ее губ. Молодой человек стонал от удовольствия, пока златовласая красавица вытворяла что-то невероятное губами и языком. Но когда он уже был готов разрядиться в этот похотливый рот, Рисса, выпустив мужской уд, вдруг поднялась, ухватив Херульва за шею и с неожиданной силой привлекла к себе. Сопя словно вепрь на гону, фриз ухватил ее за плечи и почти ударил спиной о стену храма, впившись губами в ямочку на нежной шее. Ничего уже не соображая от похоти, фриз спускался все ниже, лаская трепетавшее от страсти обнаженное тело: жадно лобзал полные груди и плоский живот, зарывался лицом вокруг сжавшихся вокруг его головы сильных бедер, погружаясь языком в истекавшую влагой расщелину. Высвободившись, он вновь поднялся, навалившись на извивавшуюся в сладострастных конвульсиях жрицу и, прижав ее к стене, с глухим рыком вошел в пылающее страстью лоно. Снова и снова Херульв терзал ее клинком из плоти, пока Рисса, обхватив его стройными ногами и чертя по мужской спине ногтями кровавые полосы, вцепилась зубами в плечо Херульва, чтобы не кричать. Ее бедра бешено двигались в едином ритме с движениями фриза, пока жрица яро насаживалась на его ствол. Но когда принц уже был готов разрядиться в ее недра, Рисса, невероятно, как-то по-змеиному изогнувшись, с чудовищной, никак не угадывавшейся в столь хрупком теле силой, развернулась, уже сама притиснув Херульва спиной к стене, исступленно протираясь по нему голой грудью и животом Снова сползая вниз по мужскому телу, она исступленно целовала алые царапины, слизывая текущую из них кровь. Когда же ее губы сомкнулись на набухшей головке, Херульв, не выдержав, с громким стоном излился в жадный рот, пока Рисса, словно упырь, жадно высасывала из него семя, не обращая внимания на белые потеки, залившие ее лицо и грудь. Выжатый, лишенный всякой силы, Херульв сполз на пол, его залитая потом грудь ходила ходуном. Сидевшая напротив Рисса, снимала с лица белесые комки и отправляла в рот, облизывая пальцы и шальными глазами глядя на содрогавшегося от небывалого наслаждения фриза, чувствовавшего себя так, будто он впервые побывал с женщиной.

Уже светало, когда Херульв, пошатываясь, отходил от храма, направляясь к своей лодке. Одной рукой он напяливал одежду, второй прижимал к груди меч Асбрана и небольшой сверток, где сквозь меховую накидку, пробивалось алое свечение. А у входа в храм, прислонившись крутым бедром к статуе одного из чудовищ, стояла Рисса, так и не удосужившись хоть чем-то прикрыться. Ее глаза по-волчьи светились в предрассветных сумерках, губы кривились в пренебрежительной улыбке, а пальцы, словно не в силах найти себе место, неудержимо двигались у нее между ног.

Владыки куршей и гутов

— Кажется, об этом городе нам говорили в Волине, — громко сказал Стюрмир, с раннего утра занявший место впередсмотрящего на носу драккара. Стоя рядом с резным драконом фриз указывал рукой на лесистый берег и Херульв, отложив весло, встал рядом со своим помощником, всматриваясь в указанном направлении.

— Да, — наконец кивнул принц, — это Сиборг. Правь к берегу!

Последний слова он выкрикнул, повернувшись к хирдманнам и одобрительный гул пронесся по судну, почти сразу же перекинувшись на остальные корабли. С новой силой гребцы налегли на весла — с тех пор как они миновали устье Висле, знаменующее восточную границу владений Драговита, отряду Херульва еще не попадалось сколь-нибудь больших поселений. Лишь изредка встречались деревушки эстов, прятавшихся в лесу при виде кораблей. Любая попытка набрать воды и поохотиться в покрывших здешние берега лесах могла в любой момент обернуться стычкой с вероломным врагом, опасавшегося открытого боя с хорошо вооруженными фризами и данами, но всегда готовым бить из-за каждого куста. Поэтому Херульв старался как можно меньше времени проводить на суше, на ночь вставая на якорь близ небольших островков и кос, с хорошо просматривавшимися окрестностями. Единственной его надеждой был располагавшийся где-то на востоке городок Сиборг, построенный гутами. Оборотистые купцы с Готланда не то чтобы сильно дружили с велетами, князю которых служил Херульв, но и открытой вражды между ними сейчас не было. Херульв надеялся, что с народом, близким ему по языку и вере, он скорей найдет общий язык.

Один за другим фризские драккары входили в большую лагуну отделенную от остального моря песчаной косой. В устье впадавшей в лагуну небольшой реки стоял город — первый встреченный им в землях эстов. Сиборг, конечно, был не столь богат и красив как Волин или Дорестад, но все же достаточно велик, с множеством деревянных домов и несколькими добротно сработанными причалами. Возле них стояло с пару десятков разных судов — от утлых рыбацких лодок до больших купеческих кнорров. С трех сторон город окружала река, в устье разбившаяся на несколько рукавов. С четвертой же, западной стороны на берег с шипением набегали морские волны. Высокий забор из плотно прилаженных друг к другу сосновых бревен ограждал Сиборг. Беглый взгляд, брошенный Херульвом убедил его, что поселение гутов не уступает вагирскому Рерику или даже датскому Хедебю. В нескольких местах город, расположенный как бы на острове, соединялся с большой землей широкими мостами. Перед каждым из них в стене виднелись ворота, а над ними — сторожевые башни. Похожие башни стояли и с морской стороны, и с них за незваными пришельцами уже наблюдали внимательные глаза.

— Вывесить белый щит! — крикнул Херульв и хирдманны кинулись размещать на мачтах этот давний знак готовности к переговорам. Сам Херульв встал на носу драккара, выставляя руки ладонями вперед также в знак мирных намерений. На стенах Сиборга, похоже, оценили этот жест — послышался несколько коротких команд и, взошедшие на стену воины опустили луки со стрелами, направленными на корабли Херульва. Вперед выступил коренастый мужчина, лет сорока, с темно-русой бородой и цепкими серыми глазами. Длинные волосы, чуть светлее, чем борода и усы, выбивались из-под короткой шапки, широкую грудь прикрывала безрукавка из плотной кожи, перехваченная кожаным же ремнем. Из-за спины мужчины торчала рукоять меча, на поясе крепился боевой топорик. Из украшений он имел лишь серебряный молот Тора на груди.