Андрей Каминский – Фантастический Калейдоскоп: Ктулху фхтагн! Том I (страница 50)

Откуда-то появился слабый голубоватый свет. Тяжело дыша и стирая с глаз воду, Роман медленно огляделся. Он находился в тёмном узком, но невероятно высоком коридоре, заполненном густой жидкостью, странного маслянистого оттенка. Немного отдышавшись, Роман прислонился спиной к стене, покрытой устремляющимися вверх, вьющимися, словно лианы, растениями.

Тусклый странный свет изливался из другого конца этого коридора – слабый, но его было достаточно, чтобы осмотреться.

«Где же это я, чёрт возьми?»

Каменные стены из крошащихся блоков уходили ввысь. В глубине коридора, куда с трудом достигали лучи света, виднелся огромный завал из чёрных слегка поблёскивающих камней, полностью перегораживающий проход. Насколько высоким он был, трудно было разглядеть. В вышине мрак сгущался и становился непроницаемым.

Ужас и страх ослабили его, всего на мгновение ноги подвели, и Роман вновь окунулся в смрадную жижу с головой. Снова нахлебавшись – у жидкости, оказывается, всё же был вкус: стоячая вода, смешанная с грязью и илом – он быстро выскочил на поверхность, и его тут же вырвало. Это привело его в чувство и прочистило мозги. Откашливаясь и отплевываясь, Роман замер у стены, стараясь больше не падать.

Он медленно приходил в себя.

«Что же такое произошло со мной? Как я очутился здесь? Нужно что-то делать, что-то решать, искать выход из сложившейся ситуации».

Когда Роман ещё раз огляделся вокруг – его глаза уже достаточно привыкли к этому тусклому свету – странная и неожиданная мысль посетила его: так возможно светит далекое солнце на дне океана, слабое, с трудом проходящее сквозь толщу вод, наполненных синим и зеленоватым сиянием.

Он потряс головой.

«Что ещё за бред? Какой океан?»

Немного придя в себя, он решил направиться вперёд по коридору – вдруг там можно отыскать ответы на его вопросы. Страх перед неизвестным и таинственным наполнил душу, но выбора не было, и Роман шагнул вперёд, разрезая чёрные мутные воды.

На стенах гроздьями висели гнилые побеги, украшенные вонючими расползающимися листьями; ему было противно к ним прикасаться – под пальцами они превращались в отвратительную липкую массу.

Внезапно он наступил на что-то, лежащее на дне, – что-то округлое, твёрдое, покрытое скользкой грязью. Он вновь едва не окунулся в воду с головой, но удержался на ногах, хотя всё же и хлебнул мерзкой жидкости. То, на что Роман встал, было мало похоже на камень или обломок.

Чертыхнувшись, он продолжил путь, и тут под ногами стало попадаться всё больше таких странных предметов – некоторые напоминали первый, другие – длинные, тонкие как хворостины, хрупкие или, наоборот, довольно крепкие. Двигаться стало трудней, он шёл, увязая в иле, и постоянно оскальзывался, наступая на то, что покоилось на дне.

Заинтересовавшись этим, он глубоко вдохнул несколько раз, набирая воздух в легкие, и резко присел, погрузившись в воду и крепко зажмурив глаза. Пошарил рукой вокруг. Едва пальцы коснулись одного из странных предметов, он тут же схватил его и рванул к поверхности.

Протерев глаза, Роман осмотрел находку и тут же с диким вскриком отбросил её в сторону, непроизвольно отшатнувшись к стене, даже не обратив внимания на то, как растения пачкают одежду.

То, что он вытащил из воды, было костью – бедренной или плечевой он не смог понять в тусклом свете, как и то, принадлежала ли она человеку или животному. Но то, что это кость было совершенно ясно – гнилое мясо болталось на ней, покрытое кусочками склизкой кожи.

Роман понял, что стоит на куче трупов, которые многие годы медленно гнили в стоячей воде. Осознав, что почти по пояс находится в «трупном бульоне», Роман согнулся в новом приступе тошноты, и его вывернуло. Желчь обожгла горло, словно раскалённый нож, оставив противный привкус на губах и вызвав жуткие спазмы в желудке.

«О боже! Твою мать, как это меня угораздило попасть сюда? И где же, чёрт побери, находится это „сюда“?»

Подстёгнутый ужасом, он ускорился и рванул к выходу из жуткого коридора. Почти на каждом шагу Роман спотыкался и оскальзывался, часто падал в воду, хватался за слизкие стены и скрипел зубами, когда казалось, что слышит, как там, под водой, под его ногами ломаются чьи-то кости.

Теперь он понимал, что это за гладкие камни покоятся на дне – черепа неведомых существ.

«Людей или нелюдей?»

Сейчас находясь во власти страха, граничащего с паникой, Роман не мог мыслить трезво: кошмарные образы наполнили мозг. Он словно чувствовал, как там, под поверхностью чёрной воды, лежат чьи-то головы и смотрят блеклыми слепыми глазами прямо на него. Хотят вцепиться гнилыми зубами в ногу, рвать кожу и мясо, чтобы добраться до костей и хрящей

Странный жуткий шёпот рождался в мозгу – ему слышались неведомые голоса, пронзительный плач, мольбы, но он лишь ускорял шаг, словно огромный корабль, пробиваясь сквозь толщу вод, стремясь быстрее покинуть это жуткое место. Необычные видения возникали на грани его сознания: Роман словно наяву видел извивающиеся гротескные тени, окружённые голубоватым свечением, горящие багровым светом глаза и чёрные пятна, медленно скользящие по каменным стенам среди гнилых растений. Мозг был готов взорваться от такого напряжения. Он думал, что сердце не выдержит и лопнет в груди.

И вот, как ему показалось спустя годы и годы, он, наконец, шагнул на гладкую каменную плиту и едва не упал, когда подошвы ботинок скользнули по ней будто по льду. Он был у самого поворота коридора, а под ногами, слава богу, уже не было никаких костей.

Роман прислонился к стене, немного отдышаться, и прикрыл глаза, медленно приходя в себя от пережитого страха, порожденного его собственным растревоженным разумом. А когда открыл их, его взгляд натолкнулся на странные узоры на соседней стене.

Свет здесь был намного ярче, или, возможно, глаза уже просто привыкли к нему. На стенах было меньше лиан – тонких, извивающихся, с размякшими листьями и увешанных чем-то, что напоминало нераскрывшиеся бутончики. Они поднимались со дна, прильнув к гладкому как мрамор камню стен, и устремлялись вверх, исчезая во мраке.

Но прямо перед ним часть стены была почти без лиан, поэтому он мог видеть знаки на ней. Сначала он подумал, что это трещины или сколы на древнем камне, но, приглядевшись повнимательнее, понял, что они имеют некоторую симметричность, а также иногда повторяются.

Роман подошел поближе и дотронулся до этих странных знаков. Под пальцами был лишь гладкий камень без единого скола, без единой выемки. Хотя на первый взгляд надписи и казались выбитыми на камне, а не нарисованными на нём.

Странные многоугольники, точки, обрывающиеся волны и закорючки, искривлённые под разными углами, изогнутые ромбики и вытянутые треугольники – почему-то, глядя на всё это, у него возникла мысль о египетских иероглифах. И хотя он не мог понять их, но было такое чувство, что перед ним текст – древние и возможно нечеловеческие письмена

Ужас снова попытался завладеть сознанием Романа, но на этот раз он успешно отразил паническую атаку.

Стукнув несколько раз кулаком по стене, чтобы совладать с эмоциями, Роман шагнул дальше. Оказался в другом коридоре, идущем перпендикулярно первому в обе стороны. Проход слева извивался и исчезал где-то через сотню шагов под водой. Правый был прямым и уходил вдаль настолько, насколько можно было видеть.

Роман замер, вновь поражённый. Теперь он знал, откуда появлялся свет, наполняющий коридор синим сиянием. На стенах виднелись такие же надписи, как в полутёмном коридоре – и часть из них светилась тусклым синеватым светом, разгоняя мрак.

Ещё раз оглядевшись, Роман понял, что другого выхода нет, нужно идти только вперёд. Взглянув на исчезающий под водой конец коридора, Роман понял, что там ему не пройти – придётся плыть, а как далеко, он понятия не имел. Оставался лишь путь направо, туда он и направился.

Коридор всё время петлял, словно след змеи: иногда опускался, и тогда вода поднималась Роману почти до подбородка, а иногда ему приходилось даже переплывать небольшие участки. И тогда он молил всех богов, что мог вспомнить, чтобы и эта часть коридора не ушла под воду на глубину.

Жуткие мысли и образы вновь наполнили его сознание. Разум рисовал Роману глаза, смотрящие на него со дна. Хотя ему больше не попадалось под ногами никаких предметов, лишь иногда он наступал на узкие ступени, покрытые древним илом.

В воздухе висел смрад, от которого у Романа кружилась голова, но он упрямо двигался вперед. Количество растений на стенах менялось. То их было слишком много в одних местах, и они свисали с высокого потолка, словно тенета, перегораживая проход настолько, что ему едва удавалось протиснуться между ними. То они совсем исчезали, обнажая гладкие блестящие стены со светящимися знаками.

Знаки меняли интенсивность света – возможно, это было связано с целостностью плит, на которых они были изображены. На некоторых Роман заметил трещины и сколы, перечеркивающие странные символы: на цельных блоках они светились ярче, на треснутых и частично осыпавшихся еле видно.

Именно в этот момент, ощутив под ногами осколки каменных плит, он остановился. Ему пришла в голову запоздалая мысль, а вдруг в полу могут располагаться колодцы – один шаг и его унесёт в неведомые глубины, где обитает какая-нибудь жуткая и неведомая смерть. Он, конечно же, умел сносно плавать, но не рассчитывал, что ему хватит сил выбраться из узкого затягивающего колодца. От таких мыслей он похолодел и дальше двигался уже более медленней и осторожней, прощупывая дно ногами.