Андрей Измайлов – Ангел ходит голым (страница 23)

А с тобой, морда, и с тобой, морда, поговорим особо. Из бытовки шагом марш! Кто?! Кто из вас?! Кто из вас кто?! Мы знаем всё! Но в твоих интересах, морда, первым сознаться, что не ты, а он. Иначе он в соседнем кабинете на опережение сознается, что не он, а ты.

О, как! Русски не понимай? Вот сюрприз! Кто бы мог подумать! Ничо. У нас на тот сюрприз — свой сюрприз. Свой Каид, такой… строящий козни.

Каид! Подь сюды, лейтенант. Поговори с земелей на своём, таджикском. Сначала с одним земелей, потом с другим.

Запросто!

— Ну? И чо, Каид?

— Понимаешь, Вась-вась, они вроде и ни при чём.

— Э! Э! Каид! Кто кому козни строит?! Ты наш мент или ты их таджик? Они — ни при чём?! И что за «вроде»?!

— Мамой клянутся, понимаешь! Понимаешь? Нет, не понимаешь! Мамой клянутся, мамой!

— Аргумент. Сам-то как видишь? Ситуацию? Что было?

— Что было. Просто было. Пошли вдвоём — подзаработать. Видят — свет горит, джип стоит. Позвали — никто не отзывается. Перелезли через забор, снова позвали — никто не отзывается. В дом зашли, постучали — никто не отзывается. Ну и видят… Сначала подумали, напился человек, в полном отрубе. Явных повреждений нет, крови нет, бутылка на столе, стакан…

— Ага! Самое то, чтобы обобрать до нитки.

— Зачем так говоришь, Вась-вась? Земляков не обижай! Зачем до нитки? По карманам не шарили, даже бумажник на месте.

— Ага! Просто микроволновку прихватили, обнаружена в бытовке.

— Микроволновка, подумаешь! Им тоже надо на чём-то разогревать, готовить…

— Ага! Резонно. Дальше?

— На следующий вечер снова зашли. Просто извиниться, если что не так.

— Ага! А там — всё так…

— Да. Поняли — трупешник. В дом уже побоялись снова заходить. Но, говорят, джип снаружи стоит и стоит. Хозяину без нужды уже. Не пропадать же добру. Совсем зря стоит. Вот, говорят, и решили…

— Ага! Получается, сразу заявить нам насчет трупешника — слабо?

— А зачем? Сам посуди, Вась-вась.

Сам посудил. И то! Зачем? Мёртвые срама не имут. Имущества — тоже.

Да, на протяжении нескольких дней обдирать автомобиль до скелета, зная о трупешнике (владельце?) в полусотне метров от… Это как-то… Сила воли, воля силы. Запад есть Запад, Восток есть Восток, и вместе им не. Разница менталитетов. Или тривиальная алчность? Хотя понятие «алчность» уместней при переизбытке, не при нищете.

Джасим и Дахдах перепугались, ага, смертельно. Когда Вась-вась-2 чуть не припаял им убийство с целью ограбления. Причём не за себя перепугались, не столько за себя. За Ваиля, Дагмана, Мишари, Гатафана. За всю артель «Прорабский труд». Вышлют! Всех! Не разбираясь! А что потом, а что потом? Шёпотом.

Выдохните, чурки. Свободны. Покамест.

А вас, понятые, попрошу остаться. Женщина, держите себя в руках. Мужчина, держите свою женщину в руках.

Ф. И.О. И прочая, и прочая. Анкетная тягомотина, протокол. Смело можно пропустить. А теперь по существу.

— Насколько хорошо знаете хозяина дачи?

— Ни насколько! И не видели никогда!

— То есть потерпевший вам незнаком? Посмотрите на него ещё раз, внимательней, гражданочка.

— Нет! Не-е-ет! Не хочу, не буду ещё раз на это смотреть!

— Раньше видели его? При жизни?

— Наезжал. Периодически. Весной. Осенью.

— А говорите, не знаете хозяина дачи.

— Он не хозяин. Умер хозяин. Два года назад. Или три? Точно, два! Тут — хозяйка. Лиля, кажется. Толком не общались.

— Взаимная неприязнь? Причины?

— Никаких! Просто… Мы на своих шести сотках не разгибаясь — редиску, лук, чеснок, витамины. А у этой — двенадцать соток! Хоть бы раз нагнулась. Кедры, понимаешь! В пруду, понимаешь, цветочки! А смысл? Вот скажите, какой смысл?! И всё у них так!

— У них?

— У жидов!

— М?

— Улыбается вежливо, а сама ненавидит! Презирает, с-с…!

— За что?

— За то, что мы русские! Они вообще всех ненавидят! Презирают! Всех кроме своих! Свысока на нас, будто мы быдло! Скажете, нет?! Скажите! Разве нет?

— М-м. Как же, как же. И Христа распяли.

— А разве нет?! Разве нет?! Вот скажите! Распяли же!

— М-м. Гражданочка, вернёмся к…

— Или вы сами из этих? Что вы их оправдываете?!

— М-м. Оправдываю?

— Вот эта ваша ирония про «Христа распяли»! Как у вас язык повернулся?! Вы крещёный?! Православный?!

— В данный момент я — капитан милиции. При исполнении. А вы по делу свидетель… пока. Мужчина, уймите свою женщину.

— Рита, уймись! Товарищ капитан, простите её, поймите. Нервный срыв. Такое зрелище…

— Ах, она ещё и Рита. Странное имя, не русское.

— Товарищ капитан! Простите её, простите.

— Да пока ни в чём и не виню. Пока!.. Малóй, налей-ка ей водички. Да хоть из прудика черпни… Уведи её, уведи. Куда-куда! К чёртовой матери! Прошу прощения, мужчина…

— Ничего-ничего. Я и сам иной раз…

— Давно вместе?

— Двадцать лет.

— Сочувствую

— Я и сам иной раз себе…

— Теперь, значит, с вами. Готовы отвечать?

— За что?

— На вопросы!

— На любой!

— Начнём сначала. Вам знаком потерпевший?

— Который там?

— Который там. Кто он?