Андрей Ильин – Настоящий полковник (страница 99)

Крут Большой генерал! Так крут, что при разговоре с ним погоны на плечах качаются. И папаха на голове. Даже если он не здесь, не рядом, даже если разговаривает по телефону.

Вот и попробуй не выполнить его приказ!

— Есть!..

Так точно!

Будет исполнено!..

И гудки.

Гудки.

Гудки…

Глава 46

«Третья жертва. Третья за неполные две недели, — вел подсчет жертвам полковник. — Спринтерские темпы взяли ребята. Хватит ли им дыхалки до финиша?

И что будет после финиша? — в сотый раз задавал сам себе безнадежный вопрос. И отвечал: — Известно, что будет. Чистка будет. Его, полковника, чистка. Потому что такие, как он, свидетели на этом свете долго не заживаются. Либо под машину попадают. Либо с крыши падают. Либо вены себе ни с того ни с сего вскрывают…»

Может быть другой исход?

Вряд ли.

И сколько тогда ему осталось?

До последней фамилии в списке приговоренных осталось. То есть еще недели три-четыре. Если за это время он не разрешит эту проблему, то… то они разрешат ее сами. За его счет.

Спасение может быть только в одном — в бегстве…

Но как убежать при такой плотной опеке? Когда круглые сутки он находится под наблюдением телохранителей? И получает оружие на месте, за несколько минут до начала работы?

При таком раскладе шансы на спасение при попытке побега не превышают десяти-пятнадцати процентов. Что делает его почти равным самоубийству.

И что тогда выбрать?

Ждать удобного момента? Без гарантии дождаться.

Или броситься в бой? Рискуя нарваться на пулю, пресекающую попытку бегства.

Что?

Рисковать жизнью ожидая?

Или рисковать жизнью действуя?..

Наверное, все-таки действуя. Но с умом. Используя в свою пользу любую представившуюся возможность. Даже ту, которой раньше пренебрегал…

Возможность представилась скоро. И неожиданно. В соседней комнате раздался телефонный звонок.

— Что? — громко спросил за стеной командир подразделения. — Когда?.. Прямо сейчас? Но мы… Но… Так точно! Выезжаем!

Стукнула телефонная трубка, брошенная на рычаги.

— Собираемся. Машина будет через десять минут.

— Кто едет?

— Все. Кроме тебя и тебя.

— Есть!..

— Что там случилось?

— Не здесь. Некогда. Расскажу в машине.

— Оружие брать?

— Да. Личное.

В комнате задвигались, заходили люди. Застучало, заклацало оружие.

«Набивают обоймы патронами, заряжают, проверяют пистолеты, — расшифровал звуки полковник. — Похоже, у них общий сбор. Для большой драки. Ну или для строевого смотра».

— Побыстрее, — торопил командир.

Шаги разом, словно по команде, стихли. Как видно, бойцы выстроились. Армия… Привыкли к строевой дисциплине.

— Все готовы?

— Так точно.

— Тогда справа, по одному, с интервалом сорок секунд, шагом марш.

Снова шаги. Топающие в сторону входной двери.

— С этого глаз не спускать! — крикнул из коридора командир. — Башкой отвечаете!

— Когда вы будете?

— Через час. Смотрите у меня! Чтоб все было…

Дверь захлопнулась.

В квартире остались два бойца. Чего никогда раньше не случалось.

Два бойца против одного полковника. На один час.

Два — против одного.

Шанс?

Вполне может быть… И вполне может быть, что последний.

Полковник напрягся, вспоминая планировку квартиры. За дверью большая комната, где располагаются бойцы. За ней — короткий коридор. Еще одна комната. Коридор на кухню, слева двери в ванную комнату и туалет.

Коридор…

Самое узкое место в квартире. Где не разминуться двум людям. И не развернуться…

Пожалуй, там. В коридоре, ведущем на кухню.

Именно там!

Когда?

Как можно быстрее! На все про все осталось пятьдесят восемь минут. Через пятьдесят восемь минут вернутся основные силы, и тогда не дернешься.

Полковник на цыпочках подошел к двери. Прислушался.

Ничего не слышно. Только бубнит телевизор. Значит, они смотрят телевизор.

Слегка надавил на дверь.

Закрыта на замок снаружи. Как всегда.

Полковник вернулся в кресло, поскрипел им, громко стуча ногами, прошел к двери. Постучал.