Андрей Ильин – Настоящий полковник (страница 98)

— Аллигатора.

— Успешно?

— Так точно! Успешно!

— Спасибо. Вы свободны.

Генерал Федоров открыл свой личный сейф. Вытащил папку, на которой было надписано фломастером закавыченное слово — «Полковник».

Разрабатываемая им операция носила кодовое название «Полковник». Вообще-то полковник Зубанов. Но это уже не для документов. Это для личного пользования.

Генерал раскрыл папку. Вытащил, развернул составленный им план, где фигуранты были выделены в отдельные квадратики. Один квадратик был замазан черным фломастером. И теперь вот еще…

Генерал достал из ящика стола траурный фломастер и заштриховал черным еще два квадрата. Где было написано — «Аллигатор-1» и «Аллигатор-2». Которые уже не на плане, а в особой опечатанной тетради обозначались как братья Заикины.

Работает полковник. Удачно работает. Как планировалось.

Генерал закрыл папку. Набрал телефон.

— Я бы хотел доложить вам по «Полковнику». Нет. Сегодня. Через сорок минут? Так точно! Через сорок минут!..

… — Разрешите доложить, товарищ генерал-майор…

— Садись, генерал. Говори, что у тебя нового.

— Операция проходит в соответствии с утвержденным вами планом. В настоящий момент выбыло три ключевых фигуранта…

— Как там на месте? Никто ничего не заметил?

— Никак нет. Пока все считают, что идет криминальная разборка.

— Как ведет себя исполнитель?

— В рамках предполагаемого люфта.

— Попыток побега не предпринимал?

— Пока нет. Да и нет возможности. Мы продумали надежную систему охраны.

— В любой системе случаются сбои.

— Нет, он не сбежит. Я хорошо его знаю. Он не станет рисковать, если вероятность успеха будет меньше, чем пятьдесят на пятьдесят. А она всегда будет меньше.

— Но бежать он надеется?

— Так точно! Надеется. Именно это заставляет его сотрудничать с нами.

— Смотри! Чтобы он раньше времени!

— Никак нет! Он находится под круглосуточной охраной. Кроме того, мы проведем ряд профилактических мероприятий, которые отобьют ему охоту бегать.

— Добро, генерал… … — Разрешите?

— Проходи. Садись. Что у тебя?

— Новая информация по операции «Полковник-2».

— Хорошая? Или плохая?

— На этот раз хорошая.

— Ну?

— Из строя выведены три фигуранта.

— Кто сделал работу?

— Агент Шакал.

— Кто он?

— Исполнитель на одну операцию.

— О целях первого уровня осведомлен?

— Нет. Работает втемную. В рамках персонально поставленных задач.

— Тогда молодец, Шакал.

— Он профессионал. Высокого класса.

— На хвост ему не сели?

— Нет. Милиция разрабатывает криминальные и бытовые версии.

— А если они докопаются до правды?

— Подставим им исполнителя. Он был знаком с ликвидируемыми фигурантами. В период, когда защищал интересы одного из самых видных бизнесменов региона. И значит, мог иметь мотивы для мести. По крайней мере, так решит следствие.

— Знакомство с потерпевшими не может служить доказательством вины. Даже если они после этого все умерли.

— Но их ликвидировал действительно он. И входе следствия обязательно найдутся свидетели, видевшие его на месте преступления, найдутся вещественные и иные доказательства его причастности к убийствам.

— Но он может представить свои объяснения случившемуся.

— Не представит. Не успеет.

— А если…

— Нас подстрахует милиция.

— Милиция? Каким образом?

— Сделает нашу работу. Местный горотдел разыскивает его не для того, чтобы вести следствие. Для того — чтобы следствия не было. Я думаю, они не довезут его до места. Я думаю, он предпримет попытку побега… Так что можно не беспокоиться. На наш след они выйти не могут. Они выйдут на его след. Который оборвется.

— Хорошо. Держите меня в курсе.

— Разрешите идти?

— Идите…

Вышестоящий начальник проводил своего стоящего на три должности ниже подчиненного и подошел к внутреннему телефону.

— Я по поводу аэродрома Валуево.

— Что там?

— Там все нормально. Выбыло три мешавших нам фигуранта. При сохранении настоящих темпов работы предположительно через четыре недели аэродром будет очищен.

— Четыре недели много.

— Но четыре недели — расчетный срок. Я думаю, они капитулируют раньше. Раньше, чем мы проработаем весь список.

— Торопитесь! Через шесть недель назначен первый транзит.

— Я уверен, что к этому сроку аэродром будет в нашем полном распоряжении. И вряд ли кто-нибудь после того, что было, туда решится сунуться. Я думаю, все будет в порядке.

— Не сомневаюсь. Мне нужна чистая взлетная полоса! И если вы ее не обеспечите…