Андрей Ильин – Настоящий полковник (страница 49)
— Счас я его!..
Два пальца плотно обжали железо спусковых крючков. Еще мгновенье…
— Отставить! — перекрыл шум голос Зубанова. — Отставить! Всем!!
Бойцы, повинуясь хорошо знакомому им командирскому гласу, замерли.
— Прекратить драку! Их больше. Там, в гараже И в городе. Их все равно больше! Бойцы замешкались.
— Он верно говорит Их больше. Со всеми не совладать.
Бойцы оставили омоновцев.
— Ладно, банкуйте.
Встали, отступили на исходные позиции, поддерживая за руки пострадавших в драке товарищей.
Омоновцы на четвереньках, матерясь и придерживая пострадавшие в драке места, потянулись к выходу в гараж. Навстречу им, размахивая оружием, бежало многочисленное подкрепление.
— Вы что? Что у вас?
Омоновцы лишь матерились и мотали касками.
— Кто это вас? Кто? Они? Они?!! Подкрепление рванулось вперед.
— Ну все!
— Не надо. С ними, — тихо крикнули омоновцы. Бойцы Зубанова, прикрыв собой раненых, приготовились к отражению атаки Но милиционеры увидели два направленных в их глаза трофейных автомата И увидели на все готовые лица Главное — лица!
— Отдайте автоматы.
— Нате — возьмите.
Милиционеры нерешительно переглядывались и переминались с ноги на ногу. Запал атаки в них иссяк, и теперь они уж точно не хотели лезть под пули.
— Да хрен с ними! Куда им отсюда деваться, — махнули рукой милиционеры.
— Бери этого. И пошли.
Подхватили под мышки полковника и потащили к выходу.
Вытолкнули в гараж, на руки заполнивших помещение милиционеров.
— Ну что там?
— Психи там. С автоматами.
— А что же вы их не обезоружили?
— Поди обезоружь. А мы поглядим. К милиционерам протиснулся какой-то гражданский чин.
— Что у вас там происходит?
— Гранаты нужны. Слезоточивые. Без гранат туда лучше не соваться. Они точно с придурью…
Что ответил гражданский, Зубанов не слышал. Его, раздвигая толпу толкущихся без толку милиционеров, выволокли во двор и впихнули в машину. Почему-то в автобус.
— Кого еще ждем? — спросил водитель.
— Никого не ждем. Все здесь. Поехали.
Автобус выехал из ворот. Но свернул почему-то не в город. Свернул в противоположную сторону.
Зачем?
Пересек два перекрестка и въехал во двор строящегося здания.
— Здесь притормози.
— Где?
— Да хоть где.
Автобус замер.
Бывшие в салоне пассажиры встали и задернули шторки на окнах.
— Узнаешь?
Полковник всмотрелся в лица. И верно, знакомые лица.
— А это узнаешь?
Мужчина приподнял рукав и продемонстрировал круговой по запястью бинт.
— Узнаешь, гад?
Мужчина придвинулся ближе.
— Да вы что, мужики, я же поскользнулся. Я же не специально.
— И кусался не специально?
— Ну да! Испугался сильно. И сдуру…
— Вот гад! — восхитился кто-то.
— Не специально, говоришь? — тихо спросил травмированный наручниками оперативник. — А я — специально!
И от души ударил полковника в челюсть.
Стоять на ногах полковник не стал. Упал от греха подальше. Бить его, лежащего в узком проходе между кресел, было затруднительно.
Но очень хотелось.
— Пусти меня. Меня пусти!
— Да отойди ты в сторону, а то я не достаю!
— Сдвинься! Сдвинься, чтоб тебя!..
Оперативники, мешая друг другу, бестолково суетились подле лежащего тела. Прыгали с сиденья на сиденье. Тыкали куда-то вниз кулаками.
— Ну дайте же мне!
Несколько ударов достигли цели.
— На!
На!
На!..
— Все, хватит. А то вы его прикончите.
— И поделом бы!
— Все, я сказал. Все! Отлипните от него! Оперативники расступились, подняли полковника и швырнули на сиденье. И швырнули ему на ноги какую-то пропахшую машинным маслом тряпку: