Андрей Хворостов – Зов Оз-моры (страница 9)

— Ну, так что? — поинтересовался голова. — Что Биркину говорить? Берёшь в жёны рабу Божию Варвару?

Денис молча кивнул: он хоть и осознавал себя свободным человеком, хоть и собирался уехать в другой город, но страшился перечить козловским начальникам.

— А ты, Варвара, пойдёшь за раба Божия Дионисия? — для порядка спросил Быков.

— Не знаю, как и благодарить! — заученной фразой ответила та и потупила глаза.

— Тогда пойди и скажи Тимошке, чтоб сбегал за попом Яковом. Потолкую с ним за чашей хлебного вина. А ты… — Быков повернулся к Денису. — Выпей-ка на посошок и валяй домой. Готовься к венчанию.

— Всего два дня до Малой Пречистой. Может, хоть до Покрова повременим? — в растерянности попросил Денис.

— Долго ли готовиться к сиротской свадьбе? — рассмеялся Путила. — Позови друзей, приятелей. Их у тебя немного. Подарок Варваре собери. Прянички там всякие, платочки, одежонку… Плёточку не забудь положить. Как же без неё, родимой? Помойся в бане, приоденься. Об остальном стрельцы да их бабы позаботятся. Они супротив моего слова не хрюкнут, поскребут по погребам, какой-никакой снеди наберут. Даже алтын венечной пошлины уплатим. Не введём тебя в разорение. Ну, ступай, ступай!

Денис, едва отошедший от оторопи, побрёл домой. Скоро в съезжую избу вернулась прислужница, и Путила подозвал её:

— Подойди поближе, Варвара краса! Не бойся. Хочу тебе кое-что шепнуть на ушко.

Та пугливо приблизилась, наклонилась над сидящим Быковым.

— За дурня тебя замуж выдаю! — Путила сплюнул на пол. — Слышала, как я c ним кисель по столу размазывал? Иван Васильевич распорядился поговорить! Оружейники у нас наперечёт, вот и пляшем вокруг них… а вокруг этого и подавно. Вбил Дениска себе в голову, что военная служба лучше, чем кузнечное дело. А чем она лучше? Тем, что помрёшь на ней скорей? Даже дворяне устают биться, нетчиков всё больше становится… а этот рвётся сражаться. Мог бы я Дениску сделать и кузнецом, и бойцом сразу. Таскал бы его на всякие вылазки, но зачем? Чтоб оружейника в стычке потерять? Подумай-подумай, как мужа сберечь! Другого такого ты не найдёшь. Кукуй ему ночной кукушкой, чтоб он не ехал ни к какому Боборыкину. Пусть остаётся здесь! Поняла?

— Как же не понять?! — угодливо ответила Варвара…

-

[1]Рубль серебряный. За рубль можно было купить полсотни кур. Годовое жалование стрельца в Козлове составляло 3,5–4 рубля, а стрелецкого головы — около 30 рублей.

[2] Подлинный случай из биографии Путилы Быкова.

[3]Мокша — один из двух волжско-финских народов (мокша и эрзя) с общим названием «мордва».

[4]Малая Пречистая (Рождество Богородицы) в 1636 году — 8 сентября по старому стилю (18 сентября но новому).

Глава 5. Утиные лапки для свадебного ларца

Денис возвращался домой почти через весь Козлов. Серебристая дымка мерцала перед его глазами, и в ней расплывались деревянные дома, редкие прохожие, собаки, гуси… Мир растекался, плавился, и дело было не только в хлебном вине. В смятении тоже. В большом смятении! Не время было жениться, ох, не время! Собрался ведь к Боборыкину, а ехать проще без супруги, не притёршейся и не объезженной.

Однако возразить Быкову у Дениса духу не хватило, да и устал он жить бобылём. Ни родни, ни семьи! А тут хоть девчонка появится под боком. Пригожая и не дурочка, по глазам видно. Значит, радовать будет не только по ночам. Дом на себя возьмёт, а может, и в кузне станет немножко помогать…

«Гнался я за надеждой, зыбкой, как болотный огонёк. Мечтал стать ратным человеком, получить коня и жалованье… Но, похоже, то были пустые грёзы. Если посмотреть на всё трезвым взглядом, то лучше Варвары мне никого не найти. Поживу с ней, а там решу, уезжать или нет», — заключил Денис, подходя к своей избе-четырёхстенке.

Дома он хотел было забраться на полати, чтобы отдохнуть и обдумать нежданный каприз судьбы, но вдруг кто-то постучал в окно. Мелкой дробью. Негромко, но настойчиво.

Денис недовольно вздохнул и нехотя поплёлся открывать дверь. За ней застенчиво переминался с ноги на ногу знакомый из посадской слободы. В руке он держал долото и всем своим видом извинялся за то, что побеспокоил оружейника по мелкому бытовому поводу.

— Вишь, щербатина какая здоровая! — начал жаловаться он, зайдя в сени и протянув Денису долото. — Поправишь?

— Никак не могу, — отрезал тот. — Женюсь через два дня. Ларчик буду ковать. Невесте в подарок. Дай Бог успеть! Спать не лягу, пока не сделаю.

— У тебя на Малую Пречистую свадьба будет? А никто и не слыхал.

— Сам не знал…

Посадский человек вылетел из сеней в полнейшем недоумении, даже не попрощавшись.

Не прошло и получаса, как к Денису пришли два ремесленника, с которыми он собирался ехать в другой город, — его юный помощник Аким и столяр Фёдор.

— Что ещё за свадьба у тебя? На ком женишься? — начал допытываться последний. — Ааа, да ты хвачёный! С кем нажрался-то?

— С Путилой Быковым.

У Фёдора вытянулось лицо.

— С кем, с кем?

— Я же сказал, — веско ответил Денис. — Со стрелецким головой.

— С какого перепугу он тебя приючал?

— Путила узнал, что я настропалился в Тонбов. Кто-то ему донёс. Вот и позвал.

— Позвал и нажрался вместе с тобой? — засмеялся Фёдор. — Не брехай!

— Взапрок говорю.

— Быков, значит, тебя отговаривал от Тонбова?

— Отговаривал? — усмехнулся Денис. — Опричился он на меня, дюже опричился! Взбуду грозился мне дать, до полусмерти избить.

— А вином тогда зачем поил?

Столяр всё ещё думал, что Денис его разыгрывает.

— Воевода велел ему меня женить, — ответил Денис. — На сироте-мордовке. В награду за Тонбов…

— Иван Васильевич? — рассмеялся Фёдор. — Тебя? Женить решил?

— Ага.

— И ты не погребовал?

— А с чего мне девкой-то гребовать? Воеводу злить?

— Невесту хоть видел? Кривая, рябая, тощая?

— Нет, приглядная. Глазищи громадные, серые. И не пиглявица какая-нибудь. Есть, что потискать. Очень даже есть! — Денис изобразил руками пышную грудь. — И ещё поёт, как соловей. Всем хороша, токмо приданого за ней нет.

— Перезрелая, поди?

— Менее двадцати годков.

— Задрал брехнёй! — хмыкнул Фёдор.

— Взапрок говорю.

— Перекстись!

— Вот те крест святой!

Фёдор задумался: «Вдруг не врёт? Всяко ведь бывает в жизни».

— Свадьба-то когда? Неужто на Малую Пречистую?

— Два дня осталось, а колготы страсть сколько! Ларчик для невесты хоть сделаем? Успеем? — спросил Денис.

— У меня готовый есть. Дам, коль у тебя свадьба. Снабди ковкой позатейливее — и дело с концом. Потом сочтёмся.

— Дружкой будешь?

— Вот это поворот!

Аким, который поначалу вдумчиво слушал разговор, наконец, вклинился в него:

— Выходит, потонула наша вмистяжная мечта, как грузило в омуте?

Денис пожал плечами.

— Не знаю. После свадьбы потолкуем. Через недельку.