Андрей Храмцов – Новый старый 1978-й. Книга вторая (страница 13)

— У нас уже совместно отработаны несколько движений, выходов и проходов, мы их сейчас покажем. Только дайте вторую гитару Солнышку прямо сейчас, чтобы она к ней привыкла. А Серёга пусть стоит у коробки, которая обозначает его два синтезатора, и изображает, что он играет.

По команде Тедди включили музыку и мы начали с Солнышком повторять то, что мы репетировали с ней в Москве, так как я уже тогда представлял, как мы будем действовать на сцене, если будут снимать клип на эту песню. Хорошо я заранее все это продумал и это нам очень пригодилось. Мы дома в пустой комнате часто повторяли наши проходы, развороты и совместные синхронные движения с двумя гитарами. Одно дело, когда приезжают исполнители, даже не умеющие двигаться и толком стоять на сцене, и совсем другое, когда работают по готовым домашним отработанным заготовкам. Солнышко старалась и совместные выходы на край сцены и схождения к центру с разворотами у нас неплохо получились.

Тедди немного обалдел от нашей слаженности, но это ему понравилось. Он то бегал вокруг сцены и махал руками, то что-то быстро записывал в свою тетрадь, потом неожиданно просил остановить музыку и повторить то, что мы только что делали. Было видно, что он доволен тем, как мы работаем. Естественно, ему было лучше видны со стороны наши мелкие ошибки и недочёты, поэтому мы внимательно прислушивались к его замечаниям и старались их выполнить как можно точнее. Так продолжалось где-то часа два. Мы уже стали уставать, но понимали, что сюжет будущего клипа уже четко выкристаллизовался, осталось его только завтра сыграть вживую, без всяких коробок и имитаций. Мы остались довольны и друг другом, и выполненной работой.

После этого Тедди отпустил нас на ланч. Нам принесли кофе с сэндвичеми с разной начинкой, на выбор. Я выбрал два с мясом и один с курицей, а Солнышко остановила свой выбор на сэндвиче с тунцом и овощами. После ланча мы просмотрели сценарий клипа на нашу вторую песню «Flash In The Night». Эта песня не была написана мною в жанре глэм-метал, как наша первая, скорее в стиле синтипоп или хай-энерджи, поэтому сценарий не был особенно сложным. Я только добавил, что в этом клипе нам подойдут серебристые пиджаки и что клавишник здесь будет одним из главных действующих лиц, так как в этой песне вступление и все проигрыши лежат полностью на нём. Ещё я предложил использовать тот же приём крупного плана рук, только с другого боку и чуть снизу.

Я показал на сцене, как я это вижу и обозначил направления движения всех троих. Серега стоит впереди, барабанщик сидит за обычной барабанной установкой чёрного цвета, Солнышко статична с гитарой, а я, как фронтмен и вокалист, спокойно прогуливаюсь по сцене и пою в микрофон. Лампы, как звездочки, мигают, подчеркивая, что действие песни происходит ночью.

Это почти совпадало со сценарием Тедди, поэтому его устроили все мои незначительные изменения и дополнения. Наши рабочие перетащили коробки, куда я показал и включили музыку. Мы отработали её ещё почти полтора часа и на этом Тедди нас отпустил. Он был очень доволен, так как две песни мы, считай, сделали всего за один день. Завтра мы уже будем работать на камеры и с участием массовки, но основное мы уже отрепетировали.

Было около пяти вечера и мы ещё успевали пройтись по магазинам. Стив отвёз нас на Оксфорд-стрит в хорошо знакомый ему универмаг «Джон Льюис» с кучей магазинов одежды и обуви, где мы с Солнышком и Серегой зависли на целых два часа. Сам Стив остался нас дожидаться в кафе, расположенном на одном из этажей универмага. Шуб в продаже уже не было, так как сезон распродаж зимних вещей давно закончился, но были замечательные демисезонные пальто и плащи, которых Солнышко купила себе три штуки. Под конец шоппинга у нас у каждого в руках было по шесть-восемь пакетов с одеждой и обувью, большинство из которых принадлежали Солнышку. Мы, наверное, вышли последними из магазина, но главное, что Солнышко была довольна. На ее лице было написано, что если её прямо сейчас вышлют в Москву как persona non grata, то она от этого ни чуточки не расстроится. Если бы не тот факт, что магазин закрывается, она бы ещё часа два бродила по магазину и скупала обувь, одежду и всякие сопутствующие к ней товары. Следующий раз мы зайдём уже в универмаг Selfridges. Он подороже, но там продаются вещи уже премиум класса. Стив нас отвёз в гостиницу и напомнил, что у нас завтра утром запись двух клипов, а потом записи песен на их главной звукозаписывающей студии, поэтому он нам рекомендовал сегодня пораньше лечь спать. Стив знал, и это я ему сам рассказал, что у нас в группе сухой закон, поэтому он был спокоен за наше утренне состояние.

Мы поднялись в свой номер, развесили и разложили купленные вещи по шкафам, и устроили секс-марафон на дальнюю дистанцию. Кровати англичане всегда делали прочные, так что сломать мы её не боялись. Утром сегодня мы ничего не успели из-за ранней побудки, а днём нам Стив два облома устроил. Вот мы и наверстали упущенное от души. Да и сексом мы с Солнышком занимались не где-нибудь, а в самой столице Великобритании, почти в самом её центре и это придавало нам дополнительного вдохновения. Потом мы немного отдохнули и спустились в ресторан. За Серегой мы зашли по пути, его одноместный номер был через четыре двери от нашего.

В ресторане было достаточно многолюдно, по сравнению с обеденным временем, так как по вечерам здесь собирались не только проживающие в гостинице, но и местные жители, любящие посидеть по вечерам после работы за кружкой эля. Мы решили, что каждый раз будем пробовать новые блюда, чтобы узнать как можно больше об английской кухне. В этот раз мы с Серегой заказали «Воскресное жаркое» с соусом gravy, а Солнышко, так как не захотела ничего мясного, заказала «Курицу тика масала» с кари. Я попробовал у Солнышка её блюдо, а она у меня моё. Нам они тоже понравились. Вот так, всего за несколько дней, можно перепробовать все знаменитые английские блюда.

Хорошо, что нас никто вокруг пока в лицо не знал. Было приятно просто посидеть за столом и спокойно поесть. Вот так, как сейчас, в любом ресторане Москвы уже не посидишь. Все сразу нас узнают, начинают махать руками и что-то кричать. Это, конечно, приятно, но не тогда, когда ты обедаешь или ужинаешь. А здесь, в Англии, пока мы можем ужинать спокойно. А вот завтра придёт сто человек массовки, которые нас увидят на съёмках клипа, а потом выйдут на телевидении наши клипы, и в Англии мы станем известны, как в Москве. Надо пользоваться последними мгновениями нашего инкогнито.

— Солнышко, ты тоже рада, что здесь нас никто не узнаёт? — спросил я подругу.

— Да, я здесь отдыхаю от этой сумашедшей известности, которая на нас свалилась, — ответила мне Солнышко. — Я иногда так от неё устаю, а сейчас сижу и расслабляюсь.

— Завтра-послезавтра это всё закончится, так что лови последние спокойные мгновения. В Москве нам спокойно так посидеть не дадут. О, у меня появилась отличная идея! А не пойти ли нам позвонить в Москву?

— А как это можно сделать? Мы же не знаем, как заказывать международный звонок?

— В Европе уже давно ничего не нужно заказывать. Нужно только набрать код страны, потом код города и ваши семизначные номера домашних телефонов. Ну что, пошли звонить родителям? Только не долго, не больше минуты. Цены здесь заоблачные на международную связь.

Мы расчитались за ужин и пошли в свои номера. Сначала я набрал на телефоне два кода, затем семизначный домашний номер родителей Солнышка и передал трубку девушке. Когда в трубке раздался голос Нины Михайловны, то даже я, стоящий рядом, услышал ее голос.

— Мам, привет, это я звоню тебе из Лондона, — сказала в трубку счастливая Солнышко. — Как у вас дела?

— Привет, доченька, — услышал я ответ из трубки. — У нас все хорошо. Как вы долетели? Как погода?

— У нас тоже всё хорошо. Долетели прекрасно, я немножко боялась, когда взлетали и садились, но Андрей держал меня за руку. Погода в Лондоне не очень, сыро и ветрено, часто моросит дождь. Мы сегодня на киностуди готовились к съемкам двух клипов, а потом два часа ходили по магазинам и накупили кучу вещей.

— А завтра какие у вас дела?

— Завтра уже съёмки с массовкой, а вечером на студии звукозаписи будем записывать новые песни, Андрей их в самолете написал.

— Ты не голодная ходишь?

— Нет, конечно. Здесь с едой проблем нет. Попробовали национальные английские блюда, мне все понравилось. Особенно десерт, который называется трайфл. Так что не волнуйся, Андрей следит за моим питанием. Ну всё, мам, здесь переговоры с Москвой стоят очень дорого, поэтому я тебя целую и передавай папе привет.

— И я тебя целую. И поцелуй от нас Андрея. Мы уже соскучились и ждём, когда вы вернётесь.

— Всё, — сказала Солнышко и повесила трубку. — Так здорово! Я так рада, что позвонила маме. Слышно лучше, чем мы в Москве, когда разговариваем по телефону. А ты будешь звонить родителям?

— Да, сейчас наберу.

Я снял телефонную трубку и набрал код Финляндии, потом код Хельсинки и шестизначный домашний номер родителей. Я эту цифровую комбинацию знал наизусть, так как пять раз в месяц звонил родителям в Хельсинки. Соединение прошло мгновенно и на втором гудке я услышал голос отца: