Андрей Храмцов – Новый старый 1978-й. Книга шестнадцатая (страница 24)

Тут войско хеттов радостно закричало и впереди появился их кучерявобородый бог с колпаком на голове. Значит, жрецы знали толк в своей профессии и смогли вызвать именно Сутеха.

Судя по его ауре, это был, действительно, бог. Не то, что мои Анубис и Бастет. Аура у него была похожа на ауры архангелов. Учитывая, что во мне оставалось ещё много их божественной энергии, моя была раза в полтора больше его. Но никогда не стоит недооценивать противника. У него, наверняка, были свои фирменные трюки, которые были его коньком. И он, как я и предполагал, начал именно с них.

На глазах у всех Сутех превратился в исполина и зашагал в мою сторону. От его поступи содрогалась земля. Но я тоже уже умел делать подобное этому и довольно неплохо. Пришлось мне, вслед за ним, увеличить свой рост и массу в пять раз. Так что этот вариант у Сутеха не прошёл.

Вернув себе прежний, человеческий облик, он стал кидать в меня молнии. Три раза «ха». Я их просто впитывал в себя, как меня научил Лэ. После этого он достал свой кривой меч, а я решил, пока, поработать с ваджрой. Такого оружия Сутех никогда не видел, но останавливаться не собирался.

Я не стал применять остановку времени и мы минуты две бились на равных. Приятно встретить достойного противника. Но Сутех хотел побыстрее закончить схватку и достал второй меч. Ну что ж. Ты сам напросился. Я тоже вытащил своего «убийцу богов».

А вот тут меня ждала неожиданность. Оказалось, что Сутех также умеет останавливать время. Но я прекрасно знал, как с этим бороться. После того, как время замерло, я продолжал двигаться, как ни в чём не бывало. Теперь уже Сутеха ожидала подобная неожиданность. Остановка времени ему ничего не дала, а я включил режим «антивремени». После того, как неведомая сила стала толкать его назад, он попытался сопротивляться. Но у него ничего не получилось. Даже Пэмандру был недоступен такой способ, а Сутех был явно не Пэмандр.

И тут он понял, что ему эту схватку не выиграть и в его глазах появился безумный страх. Ну, ещё бы таковому не появиться. Когда ты считаешь себя бессмертным и живёшь тысячу лет и вдруг неожиданно осознать, что ты, всё-таки, смертен и тебе пришёл конец — это, действительно, ужасно. Страх парализовал его на мгновение и я воспользовался этим. Помня, что надо рубить только голову, я так и сделал.

В мгновение, когда голова отделилась от тела Сутеха, раздался победный рёв египтян и крик ужаса хеттов. Египетский бог победил их бога и довольно легко. А затем они увидели, как многочисленные молнии из тела их поверженного бога ударили в меня и я их принял на себя, радостно улыбаясь и раскинув руки в разные стороны. Энергия, содержащаяся в них, была раза в полтора мощнее, чем от восьми архангелов вместе взятых. Естественно, это ведь был бог. Со стороны всё происходящее, наверняка, смотрелось феерически. При этом я громко пел: «Who wants to live forever». Так называлась песня моего знакомого Фредди Меркьюри, написанная Брайаном Мэем в 1986 году и исполняемая в фильме «Горец». Она очень хорошо подходила к данному моменту.

И тут хетты не выдержали. Вместо того, чтобы рвануть в страхе от меня подальше, они, наоборот, бросились в мою сторону всей толпой. Но я уже стоял в зоне досягаемости стрел защитников крепости и две тысячи смертельных молний встретили этот неожиданный бросок врага. Ну, теперь пора и богам вступать в битву.

Я отдал команду Анубису и Бастет, которые ринулись ко мне на помощь. Я их не видел, но знал, что они встанут рядом со мной, плечом к плечу. Одновременно я отдал команду своим дроидам, чтобы те открыли огонь по наступающим хеттам. Но только, чтобы не стреляли по женщинам, скачущим на лошадях. Да, это были амазонки. Женщины- воительницы из легенд, которыми я зачитывался в юности. Это были сарматки или скифские всадницы, которые, согласно этим же легендам, отрезали себе правую грудь, чтобы она не мешала стрелять им из лука.

Я хотел захватить их всех в плен. Нет, не для того, чтобы создать себе самый большой гарем из своих дальних прародительниц. У меня было желание переманить их на службу к Хатшепсут. Я знал, что если они поклянутся защищать царицу, то лучшего охранного отряда для неё мне не найти. Ну, кроме, конечно, моих дроидов. Которые сейчас поливали огнём из своих двух бластеров правую часть войска хеттов, так как в левой находился двухтысячный конный отряд амазонок. Каждый их выстрел уничтожал сразу около пятнадцати хеттов и оставлял на месте попадания дымящуюся воронку, как от выстрела из ручного многозарядного гранатомёта. А тех зарядов должно было хватить минут на тридцать такого интенсивного боя. После чего перезарядка и снова огонь.

Вот и подмога подоспела. Анубис с двумя мечами в обеих руках и Бастет с головой львицы. Да, хороша дикая кошка, ничего не скажешь. Их пришлось прикрыть своим защитным полем от стрел и копий, так как сами они этого делать не могли.

Увидев перед собой такой зверинец, хетты опешили. Чем мы и воспользовались, рванув им навстречу и ворвавшись в их наступающие ряды, как три мощных волнореза. Хетты поняли, что если они не могли со мною одним справиться, то с тремя тем более у них ничего сделать не получится.

И пошла настоящая месиловка. Наши лучники, стоящие на стенах крепости, не боялись нас зацепить. Так как знали на моём примере, что богов стрелы не берут. Поэтому каждый их залп ранил или убивал наповал больше тысячи хеттов. А мы отводили с Анубисом душу, как в битвах с арахнидами. Но это были не арахниды, а более слабые и мягкотелые создания. Поэтому волна наступления, наткнувшись на три несокрушимых каменных мола, затормозила, а потом из ворот нашей крепости вылетели колесницы и тоже устремились к нам на помощь. Их было около двухсот, а за ними неслась конница. Я так понял, что весь гарнизон бросился в атаку на врага.

Вы когда-нибудь видели, чтобы две тысячи воинов атаковали двадцатитысячное войско? Именно это и происходило здесь и сейчас. Окрылённые победой, египтяне были сильнее духом сломленного страхом противника, который превосходил их по численности в десять раз. И хетты сначала замерли, потом дрогнули, а затем стали отступать под нашим натиском. Сначала медленно, а потом всё быстрее и быстрее, после чего просто побежали.

Наша божественная троица догонять их не стала, а просто перелетела всё это бегущее, похожее на толпу, войско и снова встретила их лицом к лицу, только уже с другой стороны. И опять три волнореза рассекли это ревущее дезорганизованное море. Бастет рвала хеттов зубами и отбрасывала в сторону уже мёртвые тела. На это у неё уходило меньше секунды. Она была вся в крови, как и мы с Анубисом. Но я видел в её глазах упоение боем. Похоже, подобное было в ней с самого рождения. Вот именно поэтому в Египте её и боялись, когда она превращалась в богиню-львицу.

Это уже была просто бойня. Я скомандовал своим двум напарникам сместиться вправо и встать на пути организованно отступающих амазонок. Это был единственный отряд войска хеттов, который не поддался всеобщей панике и планомерно выходил из боя. Те сразу поняли, что наша главная цель именно они. Конные воительницы уже видели меня в деле, поэтому знали, что живыми они отсюда не уйдут. Я вытянул вперёд правую руку и всадницы осадили коней, увидев знакомое свечение, которое на их глазах уничтожило без следа все сто хеттских колесниц. Дополнительно к этому я зло крикнул, усилив громкость своего голоса:

— Стоять!

Лошади под воительницами заржали, встали на дыбы и попытались сбросить своих наездниц на землю, так как мой крик поддержал рёв Бастет и грозное рычание Анубиса. Но амазонки, всё-таки, смогли удержаться в сёдлах, потому, что с раннего детства учились управлять лошадьми. Одновременно с этим, они поняли, что сейчас убивать я их не собираюсь. Если бы я хотел это сделать, то их бы просто уже не было в живых на этом свете.

Толпы очумевших от страха хеттов бросали оружие и спасались бегством, огибая со всех сторон нашу застывшую группу. За ними скакали во весь опор египетские всадники вместе с колесницами и рубили убегающих врагов. Заметив нашу троицу, они в приветствии поднимали свои мечи вверх, радуясь за своих могучих и непобедимых богов Ну и за себя, конечно. И за то, что вместо смерти, боги в этот раз даровали им победу. Поэтому они при этом громко выкрикивали наши имена. Я не удивлюсь, если убитых с нашей стороны сегодня вообще не будет. Ведь как таковой битвы для защитников крепости и не было. Они только преследовали противника, который в страхе бежал от них. Всю основную работу выполнили за них мы и они это хорошо понимали.

Поэтому они и славили нас троих. И ещё они считали большой честью для себя сражаться вместе со своими богами. Пусть не плечом к плечу, но рядом. Благодаря чему они будут помнить об этом сражении всю свою жизнь и станут рассказывать о сегодняшней славной победе своим детям и внукам. Ведь в битве за Трою тоже будут сражаться боги и с той, и с другой стороны. За ахейцев выступит Гера, Афина, Посейдон, Гефест, Фетида и Гермес. А троянцев станут поддерживать Афродита, Арес, Аполлон, Артемида, Скамандр (речной бог) и Лето. Но они об этом ещё не знали. Ведь их отделяло сейчас от будущей троянской войны почти триста лет.