Андрей Храмцов – Новый старый 1978-й. Книга шестая (страница 43)

— А раньше их никак нельзя провести? Людмила Николаевна, а не могли бы вы завтра пораньше, в качестве исключения, проэкзаменовать этих двух молодых людей?

— Мы можем и в восемь начать, — уверенно ответила наш завуч, быстро поняв что к чему.

— Вот и хорошо. Значит к десяти ты точно со Светланой будешь в Завидово.

— Обязательно будем, — сказала Светлана. — А пока вы будете охотиться, Виктория Петровна меня научит ещё что-нибудь вкусненькое готовить.

Брежнев засмеялся и похлопал её по плечу.

— Хорошо, — сказал он, — я поехал.

Мы все вместе отправились к машине Брежнева. И тут я почувствовал где-то впереди чёрный сгусток очень знакомой отрицательной энергии. Чей-то эгрегор не излучал явную агрессию к кому бы то ни было из присутствующих здесь. Он был, такое впечатление, как бы уснувший. Я с таким ещё не сталкивался. Слово «уснувший» натолкнуло меня на ещё одно определение «спящий». После чего я по цепочке ассоциаций пришёл к словосочетанию «спящий агент». И это был человек из личной охраны Брежнева. Я его раньше с Генсеком не видел. Короче, это был «крот», которого могли разбудить по команде извне в любое время. А крот — это агент или шпион, внедрённый в окружение или структуру организации и работающий скрытно на противника.

По моему побледневшему лицу Брежнев понял, что что-то случилось.

— Что-то произошло? — спросил меня он.

— Да, — сказал я и знаком дал понять Солнышку, чтобы она уводила Людмилу Николаевну и что нам необходимо срочно остаться вдвоём.

Охрана и помощники находились в десяти шагах от нас и слышать наш дальнейший разговор не могли.

— Леонид Ильич, вы мне доверяете? — спросил я тихо у Брежнева.

— Конечно, — ответил тот. — Ты столько раз спасал жизнь мне и другим членам Политбюро, что я тебе полностью доверяю.

— В вашей охране «крот» или «спящий агент». Его надо срочно изолировать от остальных под любым предлогом. Главное, его не спугнуть.

— Про это твоё умение мне говорил Андропов?

— Благодаря этой моей способности я ему недавно спас жизнь.

— Понятно. Где он?

— Он стоит у второй машины сопровождения слева. Светлые волосы с пробором посередине.

— Вижу. Сейчас я позову начальника охраны.

И он вызвал к себе того мужчину, который мне показывал кулак за спиной, когда я хулиганил на концерте в «России» и там присутствовал Брежнев. Мы кивнули друг другу, хотя представлены так и не были. Брежнев отвёл его в сторону от меня и что-то ему сказал. У того даже мускул на лице не дрогнул. Вот это выдержка. Ведь ему только что сообщили о серьезном проколе в его работе, за что он точно получит выговор. По всему выходило, что это именно он прошляпил «крота». Далее Брежнев его отпустил и, вернувшись ко мне, сказал:

— Спасибо. С ним сейчас разберутся. А завтра я тебя со Светланой обязательно жду.

Целоваться мы не стали, так как у Генсека резко испортилось настроение. Я вернулся ко входу в школу, где праздник уже закончился. Родители стали расходится и учеников начали активно загонять обратно в школу. Я поблагодарил завуча и директора за праздник, а они меня за неожиданный визит Брежнева и поздравили с третьей Звездой. Одноклассники тоже жали мне руку и поздравляли с очередной наградой, а Солнышко с Машей вместе поцеловали меня в обе щеки одновременно. Наши уже стали привыкать к такому и не реагировали на это так бурно, как час назад.

— Дим, — обратился я к своему помощнику, — ты не забыл, что у нас вечером в 19:00 концерт в клубе КГБ на Лубянке?

— Я помню и всё сделаю, — ответил тот.

— Ну тогда до вечера. И возьми с собой только четверых наших. Сам понимаешь, это КГБ. Там строгий пропускной режим. Придётся брать только из девятиклассников, у которых есть паспорта. За тебя и за Машу я договорюсь. Маш, ты после уроков берёшь такси и едешь к нам с учебниками. Завтра у нас экзамены. Будешь с моей подругой заниматься.

— А ты? — спросила Солнышко, сморщив недовольную, но очень забавную, гримаску.

— А мне в Центр надо заехать, а потом в ЦК писать отчёт о гастролях и деньги сдавать. Не, я французские чеки лучше Ситникову сдам. Мне, всё равно, надо к нему будет тоже заскочить.

— Понятно, — ответила моя подруга.

Мы попрощались со всеми, а я ещё раз подошёл к своему бюсту. Почетный караул сняли, теперь он только по праздникам будет стоять. А здорово я, всё-таки. получился в бронзе, всем мой бюст понравился.

— Вот и стал я, — сказал я Солнышку, — трижды Героем.

— Поздравляю тебя ещё раз, — ответила она с довольным видом. — Знаешь, как мне было приятно, когда тебя Брежнев награждал. Я тобой горжусь.

— А ты у меня теперь жена трижды Героя.

— Главное, что ты меня любишь и я тебя тоже очень люблю. Вон даже Леонид Ильич волнуется за нашу свадьбу. А что там у вас произошло? Ты даже побледнел, а потом нас с завучем отправил подальше от вас?

— Есть некоторые проблемы, которые нужно было срочно решить. Вот мы их быстро и решили.

— А я что-то Сергея не видела?

— Он предупреждал, что может не приехать. Значит, не получилось отпроситься из школы.

А потом мы сели в машину и поехали домой. Я там стал собирать в сумку подарки, а Солнышко принялась разбирать чемоданы. Поцеловав её, я спустился вниз и поехал в Центр. Там надо было всем нашим подарить парижские сувениры. Для Наташи я взял вторую, из купленных Стивом, книгу «Камасутры» и двойной вибратор с фаллоимитатором. Для Маши я такой же набор в отдельном пакете оставил. Вернусь домой и мы вместе ей с Солнышком подарим. Они уже эту тему обсудили и Маша, наверняка, загорелась желанием получить такой необычный подарок.

В Центре меня встретили радостными возгласами. Увидев мою третью Звезду, они сначала от неожиданности замолкли, а потом стали все вместе ещё громче поздравлять.

— Когда вы всё успеваете? — спросил меня Вольфон, любуясь моими наградами. — И французы от вас без ума и здесь, не успели вернуться, получили ещё одну Звезду.

— Леонид Ильич лично час назад приезжал на открытие моего бюста, — ответил я, раздавая подарки.

Нашему главбуху, Зинаиде Павловне и Лене, нашей общей секретарше с моим замом, я подарил по Эйфелевой башне и по красивому платку с видами Парижа. Вольфсону и Игорю, его заместителю, я подарил по бутылке коньяка и тоже по башне. Зинаида Павловна успела выдать мне получку. Это были мои первые деньги, заработанные в качестве генерального директора Центра. Всем уже выдали и они были очень довольны суммами. По поводу обедов они сказали, что им продолжают их возить и они очень вкусные. Молодец, Белый. Надо будет ему ещё пару клиентов с проблемами «крыши» подогнать.

— Александр Самуилович, — обратился я к своему заместителю, — давайте пройдёмся по зданию и посмотрим, что уже сделано.

— Да практически всё, — ответил тот, проследовав за мной. — Спортивные залы полностью оборудованы и можно уже проводить тренировки.

— Отлично. Я сегодня же позвоню Штурмину и договорюсь с ним на понедельник о встрече у нас.

— Со столовой вопрос решился очень быстро. Сначала со мной даже разговаривать на эту тему не захотели, но как только я назвал вашу фамилию и озвучил, что это нужно для Центра «Демо», их как будто подменили. Стали сама любезность и быстро согласовали сроки. В понедельник завезут необходимое оборудование и к четвергу всё уже будет готово. Да, ваша фамилия теперь открывает любую дверь в любом Министерстве.

— Я вам ещё при встрече говорил, что так и будет.

Мы быстро обошли спортивные залы и часть помещений. Действительно, всё было в наличии, начиная от спортинвентаря и заканчивая мебелью.

— Как с подготовкой к Лондону? — спросил я Вольфсрна.

— Билет заказал и в понедельник поеду выкупать, — ответил он, довольный. — Обратно, как вы и говорили, с открытой датой. Это получается дороже, но дело есть дело.

— Есть ещё два дела. Скоро прибудет типографское оборудование, которое я купил во Франции, и через неделю мне нужен полный штат сотрудников для неё.

— Трое уже готовы перейти к нам работать. Слава о вас бежит впереди нас с вами. Стоит мне только назвать, где я работаю, так люди сами начинают проситься к нам на работу в Центр.

— Это очень хорошо. Пусть на месте заполняют анкету и вы её сразу передаёте кадровику. Учтите, сроки поджимают. Теперь второе дело. Вам придётся в первой декаде июня слетать в Бангкок и выкупить лицензию на производство одного напитка у его владельца. Справитесь?

— Постараюсь. Но мне очень интересно побывать в Тайланде.

— Возьмёте с собой Наташу. Она должна побыстрее набраться опыта в таких делах. И ещё. Вы, скорее всего, полетите в Лондон вместе с Машей. Мы её тоже берём с собой. Будет выступать в качестве певицы и, параллельно, нам с костюмами помогать.

Потом я зашёл в кадры и в первый отдел. Ник-Нику и Константину Васильевичу я тоже презентовал по бутылке. Не дарить же чекистам какие-то сувенирные статуэтки. Они этого просто не поймут. Они также меня поздравили и с нашей, и с французской наградой. А на сладкое я оставил Наташу, в прямом и переносном смысле. Когда я зашёл в её кабинет, она с кем-то разговаривала по телефону. Она сразу, увидев меня, сказала в трубку, что перезвонит через полчаса и тут же бросилась ко мне на шею.

— Задушись, любимая, — сказал я, целуя её французским поцелуем.

— Значит, всё-таки, любимая, — сказала она, на секунду отрывая свои губы от моих. — Я так тебя ждала и очень по тебе соскучилась.