Андрей Храмцов – Новый старый 1978-й. Книга шестая (страница 37)

А для Солнышка они подобрали очень мирный и симпатичный фургончик, который очень понравится сельским жительницам. В марте 1978 года Citroen выпустила модель Acadiane, новый небольшой коммерческий автомобиль, разработанный на базе модели Dyane, который пришёл на смену фургонам 2CV. Двигатель объемом 602 см3, 31 л.с. и скоростью до 100 км/ч. Что ж, очень хорошая машинка. Она прослужит до 1987 года, когда её снимут с производства. Одна такая тоже была здесь в салоне и Солнышку она понравилась. Она очень любила бежевый цвет, который хорошо гармонировал с её сегодняшним розовым комплектом. Такие же модели должны были ждать нас около Триумфальной арки. Контракт мы оформили за двадцать минут и сразу получили чек на три миллиона франков. Всё просто и быстро.

Мы передвигались только на своём Мерседесе, так как сразу после записи я отправил Серёгу с Женькой на такси в отель, чтобы они могли проститься по-человечески друг с другом. Я имею в виду постель, в которой они и нашли друг друга. Ведь они расстаются, как минимум, на месяц. Хотя впрок этим делом не насытишься и не запасешься.

Возле Триумфальной арки уже стояли два обещанных автомобиля вместе с командой фотографов и их помощников. И на час мы полностью выпали из реальности. Мы абсолютно не обращали внимания ни на ездящие вокруг нас машины, ни на частые гудки их водителей, которыми они нас приветствовали, когда узнавали. Нас сначала разделили и снимали поодиночке возле своих машин. А потом машины поставили вместе и мы изображали влюблённую пару. Даже целоваться пришлось под вспышки фотокамер. Нас это нисколько не смутило. Наши глаза не могли врать, поэтому читатели глянцевых, и не только автомобильных, журналов, сразу поймут по нашим фотографиям, что мы не играем в любовь перед камерами, а живём ею так же естественно, как дышим.

Час пролетел незаметно и мы вернулись в отель. Благо ехать тут было до него три минуты. Стив в гостиницу не пошёл, а, захватив с собой пленки с нашими двумя новыми песнями, отправился на французские радиостанции. Он решил сделать тоже прощальный подарок французам, а в Лондоне они прозвучат уже завтра. В номере мы сразу залезли в ванную, перед этим заказав обед в номер. Последний обед в Париже. На этот раз мы обедали в гостиной, так как ждали показа по телевизору наших двух клипов. И вот их торжественно объявили, после чего мы сначала увидели, как мы изображаем Квазимодо и Эсмеральду, а потом наши счастливые лица на Эйфелевой башне.

Оба клипа были потрясающими. Тедди молодец, его мастерство клипмейкера росло раз от разу, становясь всё более профессиональным. Нам повезло, что в Лондоне мы начали работать именно с ним. Да, порадуем мы сегодня Францию и своими клипами, и своими песнями.

Через пять минут к нам заглянул спавший всё это время Тедди. Он всю ночь работал, вот и отсыпался. Похоже, даже по магазинам с Лиз не пошёл.

— Как вам моя работа? — спросил он прямо с порога.

— Бесподобно, — ответила Солнышко.

— Ты превзошёл сам себя, — добавил я, расплывшемуся в довольной улыбке, Тедди. — Это настоящие шедевры. Ты достоин Оскара.

Тедди были приятны наши похвалы. Ему с нами было очень комфортно работать. И не потому, что мы его всё время хвалили, а потому, что со мной он постоянно постигал что-то новое и непрерывно рос над собой. И это было сразу заметно по его работам, особенно по последним двум.

Затем пришёл Стив и тоже обрадовал. Ему удалось отдать наши песни аж на пять парижских радиостанций, где у него их чуть ли не с руками отрывали. Настоящая «demo mania» в действии. Так что нам пришлось перейти в кабинет, где был радиоприёмник и там слушать опять наши, но совсем новые песни. Мы позвонили Серёге и поздравили его с успехом. Он уже к этому времени закончил любовные игры с Женькой и они тоже успели всё и посмотреть, и прослушать.

— Ваш самолёт вылетает сегодня в 23 часа 55 минут, — сообщил нам Стив немного грустную новость. — Так что вы будете в Москве около четырёх часов утра. Предлагаю всем начать собирать вещи.

— А я с операторами хочу заснять, как вы будете исполнять две ваши новые песни, — предупредил нас Тедди. — Они должны обязательно попасть в мой фильм, так как они являются первыми представителями нового направления в музыке. Я их хочу завтра же в Лондоне отдельным блоком показать по телевидению. Я уже позвонил на BBC1 и они их ждут с нетерпением.

— И я даже придумал, как на них снять просто потрясающие клипы, — сказал я, глядя на всех. — Так что, Тедди, жди нас в Лондоне через девять дней и мы сразу займёмся этим. И у меня для тебя есть грандиозная работа, которая перевернёт мир. Но это тоже мы обсудим, если ты прилетишь к нам на церемонию награждения «Грэмми» в Лос-Анджелес.

Тедди со Стивом ушли, а я вызвал горничных и они стали аккуратно собирать вещи и укладывать их в чемоданы. А я решил сходить пока в магазин и купить себе тонкий кожаный плащ специально для исполнения этих двух наших новых песен. Для них надо было что-то особенное надеть, чтобы выделить их из общей массы всех наших песен. Это должно стать неким мини-отделением в первой части нашего концерта. Такой магазин я видел недалёко от отеля. Поэтому взяв одного охранника, я отправился пешком прогуляться до него.

Встречаемые по дороге парижане и парижанки ещё издали узнавали меня и махали мне руками. Некоторые уже видели наши новые клипы, поэтому приветственного выкрикивали названия этих песен. В магазине меня встретила девушка-продавец, которая от счастья, что увидела своего кумира вживую и так близко, просто потеряла дар речи. На мои вопросы она только и могла, что кивать головой и широко открытыми от обожания глазами смотреть на меня. Пришлось ей подарить нашу фотографию и только тогда она смогла придти в чувство и начать говорить.

Она показала мне чёрные длинные кожаные плащи, два из которых я, померив, отобрал. А потом я отложил для Солнышка кожаный топ и облегающие кожаные штаны. Она мне говорила, что в её костюме ей немного жарко, поэтому я решил купить ей раздельный комплект. Продавщица ходила за мной, как хвостик, радуясь, что я ещё не ушёл. Ещё я взял кожаные перчатки с обрезанными пальцами, чтобы придать нам с Солнышком крутой рокерский вид.

Когда мы вернулись к кассе, она спросила:

— Можно мне с вами вместе с фотографироваться на память? А то никто мне не поверит, что у меня покупал свои костюмы солист группы «Demo».

— Согласен, — ответил я и нас сфотографировал хозяин магазина, видимо её отец, так как они были очень похожи друг на друга.

Они мне даже сделали хорошую скидку, чем я был очень доволен. Придя в номер, я сразу обратил низание, что все сборы были практически закончены. Практически, потому, что вещи ещё для пяти чемоданов были аккуратно сложены и готовы к тому, чтобы их перенести сразу в эти чемоданы, которых пока не было в наличии. Пришлось спускаться в бутик Dior и покупать там пять чемоданов.

Как я и предполагал, количество чемоданов удвоилось к концу наших гастролей. Солнышко моим покупкам обрадовалась и сразу напялила их на себя. Получилось очень красиво и сексуально. Такая соблазнительная амазонка с распущенными волосами. Мой прикид ей тоже понравился и мы остались очень довольны, так как я угадал и её желание, и реализовал своё. Мы оставили два пустых чемодана под концертные костюмы, а остальное, ещё раз пришедшие по моему вызову две горничные, сложили в чемоданы.

Было как-то немного грустно от того, что парижские гастроли так быстро закончились. Они очень неожиданно на нас свалились и также неожиданно подошли к концу. Но размякать было ещё рано, мы это сможем сделать и в самолёте. А сейчас надо собраться, в смысле настроиться так, чтобы этот прощальный концерт парижане запомнили надолго.

Я надеюсь, что Женька помогла Серёге упаковать его вещи, так как он их тоже приличное количество купил. Но в основном это были дополнительные навороты и прибамбасы к своей музыкальной аппаратуре. Но мы их на заключительном нашем выступлении использовать не будем, так как Серега в них ещё до конца не разобрался.

Перед выходом я решил быстро позвонить в Москву и сообщить Димке время нашего ориентировочного прилета в Шереметьево.

— Привет, Дим, — сказал я, у слышав в трубке голос своего заместителя по нашему фанатскому клубу. — Я пока ещё из Парижа тебе звоню.

— Привет, Андрей, — радостно отозвался Димка. — Мы тут про вас такого наслушались, что в пору тебе второй памятник завтра ставить.

— Да, повоевал я тут немного и попели мы хорошо. У нас через полтора часа последний концерт и мы в 11:55 по местному времени вылетаем. Прилетим где-то около четырёх утра по московскому. Надо встречу нам организовать. Кто из наших сможет? А то же это уже глубокой ночью будет.

— Все хотят и все рвутся. Сколько человек надо?

— Возьми десять и «рафик». Больше, я думаю, не надо.

— Сделаем. Все только и говорят о твоих подвигах. Даже в «Правде» сегодня про тебя целая статья вышла.

— Ругали?

— Наоборот, хвалили.

— Тогда ладно. Мы поехали выступать, а потом за вещами и в аэропорт.

— Машу с собой взять, а то она очень просилась?

— Бери. Солнышку будет с кем поболтать, пока ехать до дома будем.

Вниз мы спустились уже полностью готовые дать последний бой, который «трудный самый». Нас уже ждали все, кроме наших голубков. Видимо, в процессе сборов, они ещё раз решили как следует попрощаться, поэтому слегка задерживались. Операторы нас уже не снимали, видимо, задача была поставлена только на две наши новые песни, которых не хватало Тедди для фильма о наших парижских гастролях.