Андрей Храмцов – Новый старый 1978-й. Книга седьмая (страница 4)

— А когда состоится награждение?

— Сегодня вечером.

— Так она же не успеет собраться и приехать.

— И не надо ей никуда ехать. Сам вручишь ей, как член ЦК и кандидат в члены Политбюро.

— Подождите. Я же не кандидат в члены Политбюро.

— Мы тут ещё раз посовещались и решили малым составном Политбюро это сделать. Ты разве против?

— Я не против, но это как-то всё неожиданно.

— А ты думал, что мы не догадывались, что ты будешь отказываться от награды. А быть кандидатом в члены Политбюро это не награда, а почетная обязанность каждого коммуниста, если ему партия такое доверила. Так что ты второй раз наступаешь на те же грабли, отказываясь от награды.

Все весело засмеялись, а я подумал, что эти «кремлёвские старцы» опять меня переиграли в сухую. Да, мне с ними в этом не тягаться.

— Вот, держи, — сказал мне Брежнев и протянул два знакомых футляра, которые я только вчера получил и ещё один, третий.

— А третий кому? — спросил я удивлённо.

— В случае утраты медали по уважительным причинам, например во время боевых действий, выдаётся дубликат с буквой Д на реверсе и прежним номером утраченной награды. Твоя не утрачена, но далее использована по назначению быть не может. Поэтому старую оставь себе, как память, а новую можешь носить.

— Спасибо вам, Леонид Ильич за мою Светлану и за себя. Вот она обрадуется. А что будет входить в круг моих обязанностей как кандидата в члены Политбюро?

— Всё то же самое, чем ты занимаешься и в ЦК КПСС. Только полномочий будет больше. Михаил Андреевич тебе в понедельник всё объяснит. Торжественная и приятная часть закончена, а теперь приступим к делу, которое, напротив, очень неприятное. Что тебе удалось узнать?

— Как я и предполагал, задержанные знали очень мало. Самое интересное заключается в том, что они оба свято верили, что работают на Леонида Ильича и их задача заключается в том, чтобы бороться с заговорщиками, проникшими в многочисленные государственные структуры. Они до конца верили и верят, что защищают Родину от врагов. Поэтому и шли вперед, чтобы спасти Генерального секретаря ценой своей жизни.

— Вот это да, — воскликнул Суслов и посмотрел на присутствующих сквозь толстые стёкла своих очков. — Нашу же идеологию перевернули с ног на голову. Получается, они все поголовно герои. А кто им это внушил?

— Их же непосредственный начальник, полковник Русаков.

— Его нашли сегодня утром мёртвым в собственной квартире, — прокомментировал моё сообщение Андропов. — Никаких следов насильственной смерти обнаружено не было.

— Вот и оборвалась ниточка, — сказал, молчавший до этого Устинов. — И следов никаких не осталось. Хорошо, что моих среди нападавших не было. Спасибо, Андрей, что хоть немного прояснил ситуацию.

— Главное, чтобы информация об этом на Запад не просочилась, — вставил свои пять копеек Громыко.

— На этим мы сейчас работаем, — сказал Андропов, посмотревший на министра иностранных дел.

— Есть одна зацепка, — сказал я и взгляды всех присутствующих скрестились на мне. — Я знаю в лицо, с кем контактировал полковник Русаков. Но ни как его зовут, ни из какого он ведомства, я не знаю. Русаков однажды назвал его «мастером». Может это относится к масонским ложам? В Шотландии, я знаю, мастер руководит всеми делами в ложе и облечен наибольшими полномочиями по сравнению со всеми остальными членами ложи.

— Всё может быть, — произнёс Брежнев, задумавшись. — Юрий Владимирович, тебе надо будет с этим тщательно разобраться. Если здесь замешаны «лимонники», то с ними будет очень непросто.

— Хорошо, Леонид Ильич, — ответил Андропов и кивнул головой. — Андрей, как раз, через неделю летит в Англию и через свои связи с королевской семьёй тоже попытается этот вопрос провентилировать. Да, Андрей?

— Разумеется, Юрий Владимирович, — ответил я. — Постараюсь всё узнать.

— Ну а мы тебе поможем, — добавил Брежнев. — Андрей Андреевич, по вашей линии надо будет помочь Андрею.

— Сделаем, Леонид Ильич, — ответил Громыко и повернулся ко мне. — Андрей, запиши телефон моего заместителя. Зовут Павел Никифорович. Он решит все твои вопросы в любое время.

— Спасибо за помощь, Андрей Андреевич.

— Если у тебя всё, — продолжил Леонид Ильич, — то можешь ехать отдыхать. И ещё раз передай Светлане спасибо от Виктории Петровны и от меня тоже.

— Спасибо, обязательно передам. И отдельное спасибо всем вам за поддержку. Я уверен, что мне удастся разобраться в этом деле.

Выйдя из кабинета Брежнева, я усмехнулся про себя. Вот ведь жуки. Так ничего и не сказали про напавших на дачу Леонида Ильича. О том, кто они и откуда, вообще ни слова не произнесли. Только Устинов обмолвился, что это не его люди. Да и мне это, в общем-то, и не надо. Они меня выслушали и приняли какое-то решение. Значит, оно меня не касается. Мне же проще. Главное, что они начали меня воспринимать всерьёз. Громыко дал телефон не просто одного из своих многочисленных секретарей, а своего заместителя. Кандидату в члены Политбюро не гоже общаться с секретарем министра, уже совсем не тот уровень.

По дороге к машине я думал о том, как закрутились дела. Если я не ошибся, то в этой истории обнаружился английский след и Семичастный получается не при чём. Иногда мастера масонской ложи называют «досточтимый» или «великий». Если бы Русаков так назвал этого «мастера, то было бы намного проще. Но мне в этом деле и карты в руки. Скорее, леди Диану бы мне в руки. Да, скоро мы опять с ней встретимся. Так, надо обзвонить друзей и пригласить их на вечер к нам. У нас сегодня есть тройной повод пообщаться с близкими нам людьми. Сдали успешно экзамен, Солнышко стала Героем Советского Союза. Ну и то, что мы выжили в этой заварушке. Но про это говорить нельзя. Тогда расскажу, что меня выбрали кандидатом в члены Политбюро. Это тоже важная новость.

Первой я позвонил Маше. Она должна уже была вернуться с занятий по вокалу и быть дома.

— Оглушила совсем, — ответил я в трубку на машин крик радости, когда она услышала мой голос.

— Как экзамены? — спросила она.

— На отлично.

— Кто бы сомневался. Даже если бы вы ничего не знали, всё равно бы пятерки получили. Сам Брежнев за вас хлопотал.

— Что делаешь?

— Тебя жду, — ответила счастливая Маша.

— А как же Олег?

— Ты прекрасно знаешь, что никакого Олега не существует. У меня есть только ты.

— Игрушки попробовала?

— Вчера, как приехала, сразу испытала на себе. Потрясающая вещь. Я взяла двойной, представила в этот момент тебя и буквально через минуту достигла оргазма.

— Может я тебе уже не нужен?

— Я люблю тебя, а игрушки — это временный заменитель, который помогает снять сексуальное напряжение. Но заменить они тебя никогда не смогут. Мы с тобой уже неделю не любили друг друга, поэтому я так сильно соскучилась.

— Вот ты какая хитрая. Возбудила меня своими разговорами и что теперь делать?

— Как что? Ехать на твою квартиру на Юго-Западной и срочно снимать наше обоюдное возбуждение. Я полностью готова к тому, чтобы заняться с тобой любовью прямо сейчас.

— Молодец. Вот за что я тебя люблю, так это за то, что ты всегда готова к этому делу. И днём, и ночью.

— Это только с тобой. Я возьму с собой игрушки?

— Бери, чертовка. Ты и мертвого уговоришь.

— Ура! Я сегодня буду очень плохой девочкой. Так что готовься.

— Лови такси и подъезжай к подъезду. Я минут через пятнадцать туда тоже подъеду.

Вот ведь не хотел с ней сегодня любовью заниматься, но разве можно удержаться от такого темперамента и машиного искреннего чувства любви ко мне. Ладно, чуть больше часа времени у меня есть, а остальным я позвоню, когда мы с Машей закончим. Вот даже простое слово «закончим» в применении к Маше имеет очень приятный сексуальный оттенок, а особенно, если убрать из него приставку «за».

Вот что значит неделя воздержания. Маша была неутомима. Мы сразу начали с позы «69», чтобы все естественные отверстия в её теле были заняты. Это называется тройное проникновение. А я ещё дополнительно поработал языком. Ух, вот это оргазм. Несколько волн наслаждения прокатились по машиному телу. А потом я был вторым спереди, а в конце сзади. Получилось двойное проникновение в одно место. Про воду говорят, что она всегда дырочку найдёт. Вот и я нашёл. Сначала свободную, а потом занятую. Двойное проникновение в одну дырочку — это, я вам скажу, вещь. Маша была просто в неописуемом восторге и умирала каждый раз от наслаждения.

— Вот это да! — произнесла Маша, с трудом отдышавшись. — Это просто фантастика какая-то. Когда я с тобой, эффект от получаемого удовольствия усиливается в несколько раз.

— Мне тоже очень понравилось, — честно ответил я. — Ты и правда сегодня была очень плохой девочкой. Но ты понесла за это заслуженное наказание.

— Такое наказание я готова нести хоть каждый день.

— Сама знаешь, что не получится. Да и очень частое наслаждение быстро приедается. Поэтому всё должно быть в меру. Кстати, ты сегодня приглашена к нам на чай по случаю успешной сдачи нами экзаменов. И есть ещё один повод, но это пока секрет. Сейчас Димке с Серёгой позвоню и поедем за ними.

Ребята были дома и мы договорились, что я за ними заеду через полчаса. У нас в доме на первом этаже была кулинария и всегда были в продаже свежие торты и пирожные. Так что заедем по дороге и купим.

— Андрей, — обратилась ко мне Маша в процессе одевания. — Я сегодня разговаривала с Лидией Петровной по поводу трёх солисток в твою новую группу. Она дала мне их телефоны и сказала, что они будут ждать нашего звонка и готовы подъехать в любой день на прослушивание.