Андрей Храмцов – Новый старый 1978-й. Книга десятая (страница 44)

— Узнали, всё-таки. Тогда я сниму кепи, а то голове немного жарковато.

— Вы правда Будда?

— Да. Скажу больше. Будда — это аватара Вишну, воплощение божества в человеческом облике.

Понять всё это Вивиан было довольно сложно. Главное для неё заключалось в том, что я смог вылечить её ноги. И она, со счастливой улыбкой на лице, прислушивалась к своим внутренним ощущениям и радовалась отсутствию боли в ногах.

— Андрэ, — обратилась ко мне восхищенная и благодарная мне Женька, — пошли, я тебя хоть чаем напою.

— Ну пошли, — согласился я. — Брат скоро придёт?

— Мама сказала, что они с приятелем за город уехали и обещали вечером вернуться. Ты проходи в мою комнату, я туда чай принесу. Не заблудишься?

Комнату Женьки отличить от комнаты её брата было легко. А вот и моя фотография на стене висит. Значит, я тоже её кумир. У всех моих подруг, кроме Солнышка, на стенах были развешаны мои фотографии. У Ди — больше всех. А здесь было всего два моих плаката и наши англоязычные пластинки.

Женька вернулась с двумя чашками чая и мы сели его пить.

— Я тоже был твоим кумиром? — спросил я её, показывая на постеры на стене.

— Почему был? — удивленно ответила она. — Ты и сейчас мой кумир. Только ты этого не хочешь замечать. Слушай, так это ты вчера Сержу помог?

— Ну я. Надо же было выручать парня. Ты же сама жаловалась, что у него проблемы.

— А я то думаю, откуда у него такой стояк в самолёте случился. Ой, извини, случайно вырвалось. А правда то, что Жанна мне рассказала?

— Если ты про секс, то правда.

— А давай я тебя за маму прямо сейчас отблагодарю. И мне тебя очень хочется.

— Ты ведь не отстанешь?

— Нет. Ну так каков твой положительный ответ? Я ведь получше многих это делать умею.

— Ладно. Только с презервативом.

— А можно без? Надоели эти резинки.

— Тогда только анально. Прерванный секс я не люблю, а детей плодить на стороне я не собираюсь.

— Ура! Я, всё-таки, добилась своего. Сейчас ты увидишь, чему я за год научилась.

Одежда слетела с неё за секунду и она встала передо мной полностью обнаженной. А фигурка-то у неё отличная.

Женька сама вскочила на меня и ввела моего «друга» в «дымоход». Неплохо она двигается, сидя на мне. Мне нравится. Я думал, что проститутки вообще не кончают. Но Женька очень быстро достигла пика и тогда я добавил энергии «ра». Мы кончили одновременно, что усилило её, и так сумасшедший, оргазм. Хорошо, что под рукой оказалась подушка, а то бы напугали маму.

Женька упала мне на грудь без сил. Когда она отдышалась, то прошептала:

— Жанна ни капельки не соврала. Это было нечто бесподобное. Она от тебя без ума и я тоже. За такой секс я готова умереть.

— Только учти, — предупредил я её. — Если проболтаешься, то сотру, к демону, все твои воспоминания обо мне.

— Ты и это можешь?

— Я многое могу.

— Я видела, что ты смог сделать в аэропорту. А я сейчас громко кричала? — И Жанна и мои четыре подруги тоже кричат, как ты. Приходится использовать подушку.

— Я просто в этот момент полностью выпала из реальности от нахлынувшего на меня удовольствия. Знаешь, я опять тебя хочу.

— Всё, время вышло. Нам ещё в душ надо.

После душа мы попрощались с Вивиан, которая сама нас проводила до двери и перекрестила на дорожку. Телепортировались мы с площадки перед лифтом и появились в гостиной, где мы с Женькой разошлись в по разным концам нашего президентского люкса.

А ничего так Женька трахается. Повезло Серёге, она его в сексе многому научить сможет. Вот за Женьку мне перед Серёгой не стыдно. Она проститутка и этим всё сказано.

Зайдя в спальню, я застал сонное царство. Это они правильно делают, им в их «интересном» положении надо больше спать. Пусть ещё поспят, у нас есть ещё минут десять. Я лёг рядом с ними и стал думать об своём «мыслеуловителе», который так и лежал на видеомагнитофоне.

А ведь этот прибор может принимать и ретранслировать мысли и фантазии любого человека прямо в телевизор в виде визуальной картинки. Его надо только настроить и, видимо, это тоже следует делать по ауре. Вот завтра и займусь этим. Я и так могу читать мысли людей, а здесь они сами увидят то, о чём они думают.

Так, уже пора. Я решил их резко не будить, а просто поцеловать каждую в нос. Они так забавно от этого морщатся.

— Эй, красавицы, просыпайтесь, — стал я их будить. — У нас ещё сегодня концерт.

— Вы уже вернулись? — спросила сонная Солнышко. — А мы задрыхли, пока вас с Женькой не было.

— Как Париж? Как женькина мама? — подала голос Маша.

— Париж стоит, а маму я вылечил, — ответил я коротко. — Молодцы, что заснули. Я бы вас сейчас на море перенёс, но пора собираться. Завтра утром, обязательно, смотаемся в Ниццу.

— Да, — ответила Наташа, поднимаясь с кровати, — я тоже по Ницце соскучилась и по Тайланду.

— Точно, — подхватила Ди. — Давайте лучше завтра на наш остров около Паттайи отправимся.

И все дружно загалдели, радуясь, что завтра на остров переместимся.

— Может Женьку с собой возьмём, раз она уже знает о телепортации? — спросила Солнышко.

— Это идея, — ответила Наташа. — Только Серёгу куда девать?

— С собой возьмём, — ответила Маша.

— Так мы же там голыми загораем, — констатировала Наташа.

— Да он уже как свой, — сказала Маша. — Он же не девственник. Вон он с двумя девчонками жил. Я его и не стесняюсь.

— Ладно, — подвёл я итог. — Вечером, после концерта, я спрошу у них. Женьке по барабану её нагота, она привыкла раздеваться перед мужиками. А вот Серега может застесняться. Хотя, спя сразу с двумя женщинами, чего после этого стесняться?

В общем, я всех разбудил и озадачил. Надо было собираться и выдвигаться. Мы решили одеться во всё строгое. Дамы в платья, а мужчины — в костюмы. Опера ведь, солидные люди придут. Поэтому ни латекса, ни бразильских юбочек мы с собой не брали. Я ещё взял один костюм, синий, и две рубашки на замену. А девчонки тоже взяли по одному дополнительному платью.

Но перед выходом, всё-таки, захватили мои рыцарские доспехи с мечом и старинное английское платье для Солнышка. Привыкли мы песню «Holding Out For A Hero» в этих сценических костюмах исполнять, да и на оперной сцене они очень даже гармонично будут смотреться. И гитару я свою испанскую взял. Alhambra мне сегодня очень пригодится. «Песню музыкантов» буду с ней в чёрном костюме исполнять. Жаль, барабанов Бонго нет. Я попросил Кэтрин их достать, но она ничего не обещала. Ну я покажу этим американцам, что такое настоящее кольцевое «расгеадо» или испанский гитарный бой.

Моя испанская гитара начнет звучать уже в самом начале. Мы нашей новой песней с Солнышком будем открывать этот концерт. Да и при исполнении песни «Nah Neh Nah» тоже без неё никуда. Я бы ещё «Хоп Хэй Лала Лэй» до кучи забацал, но она на русском. Можно, конечно, попробовать. Но опять же барабаны нужны. Ладно, на месте решим. Главное, что я не забыл взять видеокассету. Поэтому у меня будет, что американскому президенту предъявить.

Подъезжая к «Метрополитен-Опера», мы заметили некоторый ажиотаж возле касс. Молодёжных фанатов нашей группы видно не было, так как для них билеты «кусались». А вот ажиотаж создавали перекупщики билетов. Оказалось, что в свете последних событий и сумасшедшей рекламе на телевидении и в газетах, спрос на билеты на наш концерт вырос. Я потом узнал, что они продавались по 600 долларов. Да и информация, что сам президент США решил посетить наш концерт, тоже сделала нам паблисити. В общем, билеты на первые два ряда стали стоить по полторы тысячи и их брали, так как в кассе все раскупили ещё неделю назад.

И это за полтора часа до нашего концерта. Картина знакомая. Что в Москве, что в Лондоне, а теперь и в Нью-Йорке. А что будет завтра на стадионе «Ши»? Можем и побить рекорд посещаемости, установленный Битлами. Теперь настало наше время и теперь в мире ширится «Demomania».

Нам сегодня, с одной стороны, легче, потому, что не надо возиться со световым оборудованием. А с другой, американский президент неожиданно свалился на мою голову. Поэтому опять аврал. Охрана никого не пропускает. Строго по спискам и билетам. Как бы Вилли Токарева с моей контрамаркой не завернули. Надо будет Женьку послать на вход, чтобы встретила. Ей пропуск на шею выдали, как представительнице организатора нашего турне. А вот Наташе и Ди попытались отказать и не пустить. И это они сделали зря.

Им преградил дорогу какой-то идиот и я, со злости, вырубил на двадцать минут всю охрану, а их тут было человек десять, и прошёл вместе со всеми своими подругами в гримёрную. Я этому болвану на его родном английском языке пытался объяснить, что эти две девушки со мной. А он мне талдычит, что их в списке нет. Теперь их всех тоже в списках нет, правда, временно. Но если кто припрётся в к нам в гримёрку, то тогда точно из временных перейдут в постоянный список. Это тех, которых в психушку на ПМЖ отправляют.

Ну, Наташу, допустим, я бы мог внести в список заранее, хотя у неё въездной американской визы нет, как и самого загранпаспорта тоже. Она его, как положено, сдала в первый отдел нашего Центра. А вот что с леди Дианой Спенсер делать? Паспорт-то у неё есть, но отметки о пересечении границы США у неё нет. У меня они, получается, нелегально живут в гостиничном номере. Вот там никаких документов с них не спросили.

Но с Ди есть ещё большая проблема и заключается несколько в другом. Она же должна находиться сейчас в Англии и готовиться к свадьбе с принцем Чарльзом. Поэтому я ещё и из-за этого разозлился. А когда я злой, то мне лучше не перечить.