Андрей Ходов – Утомленная фея (СИ) (страница 107)

— Получается что нормальный человек по своей природе солидарист? — спросил Геннадий, трогая машину с места. А насчет неандертальцев ты серьезно или это шутка такая?

Сима усмехнулась. — Как их не называй. Поршнев называл палеоантропами, Климов — дегенератами, Гумилев — пассионариямы, ты — гомоэками…. На самом деле это одни и те же люди. Их относительно немного, но именно они и доставляют человечеству основную массу неприятностей. Уроды, ничего не поделаешь. А те, которые нормальные — солидаристы, это ты верно сказал.

— Так зачем связываться с уродами? Противно ведь….

— Я же тебе объясняла, а ты делаешь вид, что ничего не понял. Не связываюсь я с ними, а просто использую в своих целях. Нормальных-то с места не сдвинуть, пока они еще раскачаются. Чтобы в темпе избавиться от субпассионарной элиты Германии приходится использовать этих голубых пассионариев. Сделают свое дело — ликвидируем под благовидным предлогом. Делов-то…. И не надо изображать из себя Великого Моралиста, политика дело грязное. Кого ты жалеешь? Этих отвязанных гомосеков или зажравшуюся местную элиту? Если они уничтожат друг друга, то нормальные люди только выиграют!

— Да все я понимаю, — с досадой огрызнулся Геннадий, — но все равно тошнит….

— Привыкнешь, меня первое время тоже тошнило…. Вполне адекватная реакция нормального человека на всю эту грязь. Но если это дерьмо не разгребать, то в нем и захлебнуться можно со временем. Ладно, давай езжай на квартиру, а оттуда двинем на мою южную базу. В океане искупаемся, а заодно поразмыслим над тактикой. Мне завтра с этим фюрером серьезный разговор предстоит.

Харизматического лидера ННП Сима отловила в его собственной квартире. Вождь как раз направился на кухню испить утреннего кофейку и застал ее там манипулирующей джезлой у плиты. Сима с улыбкой посмотрела на застывшего в дверях кухни революционера, вежливо пожелала доброго утра и жестом предложила присесть. Входить он не стал, а вместо этого поинтересовался, что она тут делает, и как сюда попала.

— Разговор есть серьезный, — сообщила Сима. — Ein moment, я только с кофе закончу. — Она ловко сняла с плиты джезлу раньше, чем поднимающаяся пена перехлестнула через край и сноровисто разлила напиток в две приготовленные чашки. — Bitte. — Показывая пример, села за стол и сделала глоток. — Setzen Sie sich, bitte. — Хозяин квартиры подозрительно покосился на стоящий рядом со столом металлический чемоданчик, но решился, сел напротив и взял вторую чашку. — Чем обязан? Кажется, мы уже виделись вчера?

Сима кивнула. — Да, в баре…. Я специально заглянула туда, чтобы наше знакомство произошло в естественной обстановке, но говорить о серьезных вещах там было нельзя.

— А вы уверены, что тут о них говорить можно? — собеседник указал взглядом наверх.

— Вы о жучках? — понимающе поинтересовалась Сима. — Не беспокойтесь, все подслушивающие устройства в вашей квартире уже обнаружены и нейтрализованы. Конфиденциальность нашего разговора я гарантирую. Можно говорить совершенно спокойно.

— Даже так?

— Именно так! Я представляю очень серьезных людей, которые знают, как справляться с подобными проблемами.

— Хм, а что этим «серьезным людям» понадобилось от меня?

— Через год и два месяца должны состояться очередные выборы в бундестаг. Сколько голосов вы собираетесь на них набрать?

— Не менее двадцати процентов! — не задумываясь, ответил вождь.

— Курт, вы не на теледебатах, поэтому давайте говорить серьезно. При существующем раскладе — больше трех-четырех процентов вы не получите, даже пятипроцентный барьер не возьмете. Если конечно кто-то очень влиятельный вам не поможет.

Курт хмыкнул и с интересом посмотрел на Симу. — А сколько мы получим, если Вы нам поможете?

— Конституционное большинство! Это даст вам возможность сформировать свое правительство. Вы лично займете пост Федерального Канцлера. Потом проведете основательную реформу конституции. С либеральной «демократией» пора кончать.

— Утопия! Получить две трети мандатов? Это абсолютно не реально….

— Реально! Тут больше вопрос цены. Не спорю — обойдется дорого, но мы готовы заплатить назначенную цену, и главное — имеем возможность сделать это.

Сима нагнулась и поставила на стол, принесенный с собой чемодан. Щелкнула замками и открыла его. Чемодан был доверху набит пачками купюр большого достоинства. — Вот, это небольшой аванс. В подтверждение так сказать серьезности наших намерений. Это лично вам, отчета в расходование этих денег мы спрашивать не собираемся. Партийная же касса получит максимальную сумму, предусмотренную действующим законодательством. И еще в несколько раз больше по другим каналам… на решение конкретных проблем и затруднений. Ну, вы меня поняли….

— Заманчиво, — будущий Федеральный Канцлер любовно провел рукой по банковским упаковкам. — Но даже получи мы большинство в бундестаге… — это вовсе не гарантирует, что я стану канцлером. Федеральный Президент ни за что не вынесет мою кандидатуру на голосование. Вы ведь знаете, что этот вопрос лежит в его компетенции? Да, обычно ставятся на голосование кандидатуры, предложенные двумя крупнейшими фракциями нижней палаты…. Но в моем случае…. Что же касается внесения поправок в конституцию, то есть еще бундесрат — земельная палата. Уж там мы точно не получим конституционного большинства. В «новых» землях у нас неплохие позиции, но что касается «старых» — то там наше влияние весьма ограничено.

— Эти проблемы решаются, — заявила Сима. Президента мы «уговорим», нам о нем известно нечто, что поставит жирный крест на его политической карьере, а при правильном подходе к делу и свободе. Что же касается конституции, то этот вопрос вы вынесете на референдум.

— На референдум? Вы, похоже, плохо знаете наше законодательство. На референдум выносятся только вопросы, связанные с изменением федеративного устройства: границы земель, образование новых. И проводятся референдумы только в тех землях, которых эти изменения касаются. Это 29 статья нашей конституции.

— Мы в курсе. Получив большинство в нижней палате, пост Канцлера и сформировав правительство, вы немедленно предложите радикальную реформу федеративного устройства. В сторону унитарного государства, разумеется. Дополнительным предлогом для этого будет возвращение в лоно Германии Судетской области и части Силезии, которые в настоящее время находятся под контролем России, плюс новый аншлюс Австрии. Для проведения такой реформы референдум потребуется однозначно, ибо она касается всех земель входящих в Федерацию.

— А как насчет Данцига и Кенигсберга? — живо поинтересовался вождь.

— Сожалею, но это совершенно исключено. Вам пока придется удовольствоваться предложенным. Может, позднее в состав Германии войдут и другие земли, но это уже за счет европейской территории Халифата.

— Печально, возврат Германии балтийского побережья привлек бы на нашу сторону очень многих.

— Что делать? — печально вздохнула Сима, — никогда не получается поиметь все что хочешь. Но эту пилюлю можно подсластить. У вас ведь перманентный энергетический кризис? Арабы вам нефть втридорога продают? А Россия тем временем строит термоядерные электростанции, и освоила производство энергоячеек— аккумуляторов сверхвысокой энергоемкости…. — Сима сделала паузу и посмотрела собеседнику в глаза. Тот сообразил быстро. — Мы можем получить лицензии на производство этих вещей по льготным ценам?

— Нет, речь идет не о лицензиях. Россия сама построит вам необходимое количество силовых станций — недорого, а энергоячейки действительно будете получать по льготным ценам. Как союзники.

— Хм, но тогда мы попадаем в серьезную зависимость от России.

Сима пожала плечами. — Насколько я знаю, Халифат тоже обещает вам преференции в ценах на энергоносители в обмен на… ну, цену вы знаете. Придется выбирать из двух зол — это стандартная ситуация. Существующая в Германии власть склоняется больше к предложению Халифата. Их понять можно: это привычная кормушка, все схемы отработаны, инфраструктура отлажена, на нужных постах сидят нужные люди. А если будет принято Российское предложение, то неизбежно будет Большой Передел, и еще неизвестно кто в его результате получит самые жирные куски.

— Это-то понятно, но если Россия заинтересована в союзе с Германией, то….

— Никаких «то»! — оборвала его Сима. — Новая Россия успешно избавляется от пережитков пролетарского интернационализма и христианского милосердия в сознании. А заодно и от необъятной широты русской хлебосольной души. Как там Достоевский писал? Мол, широк русский человек, я бы сузил. В общем, благотворительности, или «халявы», как говорят русские, не будет. России нужен союзник, а не нахлебник. Грабить вас не собираются, собираются сотрудничать, но баланс взаимных интересов должен быть соблюден. Я ясно выражаюсь?

— Вполне. А как это сотрудничество будет выглядеть на практике?

— Очень просто. — Сима снова нагнулась и вытащила из-под стола ноутбук, который до этого не был виден. — Вот, в этой машине подробный план кампании. Тут же параметры связи с нами. Связь идеально защищена, можете работать совершенно спокойно. Все вопросы и инструкции только через нее. Сейчас настроим защиту на вас лично, и больше никто не сможет пользоваться этим компьютером. И не вздумайте его скрывать или там запирать в сейф. Таскайте с собой и кладите на самое видное место. Если выкрадут, то ничего страшного — просто получите новый. А из этого постороннему ничего выжать не удастся — гарантирую. Никто даже не догадается, что «шкатулка» с секретом.