Андрей Гусев – Эзоагностика Реальности. Основные концепции. Том 2: Человек (страница 4)
Психология помогает работать с переживаниями. Но она не гарантирует различение: где чувство, а где вывод; где боль, а где история; где контакт, а где защита.
После всего сказанного можно легко сделать неверный вывод: будто ЭР “отрицает психологию”. Это не так. ЭР использует психологию как первый слой описания, потому что иначе нельзя говорить о человеке адекватно в Мире.
Но ЭР вынуждена вводить дополнительные понятия по двум причинам:
1. чтобы описать те части человеческой конструкции, которые не сводятся к психике и личности;
2. чтобы описать саму психику более строго, чем это делает классическая психология: как систему моделей, уровней жёсткости, механизмов удержания субъективности и зон подмены.
В этой главе мы не разворачиваем эти дополнительные понятия подробно. Достаточно зафиксировать позицию: психология – необходимая база, но недостаточная карта. ЭР не строит “альтернативную психологию”. Она строит более широкую рамку описания человека, в которой психологический слой занимает своё место и перестаёт претендовать на целое.
Итак, для дальнейшего чтения тома фиксируем несколько простых соглашений.
1. Психика – поле внутренних явлений и механизмов, которые обеспечивают адаптацию, регуляцию и сборку субъективной реальности.
2. Личность – интегратор психики и устойчивый механизм функционирования человека в Мире; она необходима, но склонна к самоподдержанию и присвоению любых знаний.
3. Психология даёт рабочие описания твёрдой части психики и полезна как базовый язык.
4. Психологии недостаточно, потому что она ограничена своей областью определения и легко превращается в инструмент обслуживания личности: улучшение нарратива вместо изменения внутренней механики.
5. В ЭР психика рассматривается не как зеркало Реальности, а как механизм сборки модели, и потому различение переживания и интерпретации становится обязательным.
Эти соглашения позволяют двигаться дальше: от психологического слоя – к более точному описанию субъективной реальности и механики моделирования, где станет видно, каким образом психика создаёт картину мира и почему человек так легко попадает в рабство собственных внутренних конструкций.
Глава 3. Внутренние драйверы человеческой формы
В предыдущей главе мы договорились о том, что психология даёт полезный язык для описания психического пространства и личности, но этот язык имеет границы. Теперь нам нужно сделать следующий шаг: ввести уровень, который в обычной психологии чаще всего либо распылён на частные наблюдения, либо прячется за «культурными» объяснениями, либо подаётся слишком мягко, чтобы не выглядеть негуманно.
Речь идёт о внутренних драйверах человеческой формы. В ЭР драйверы – это не «цели» и не «смыслы». Это базовые силы, которые поддерживают и питают большинство мотиваций, и потому оказываются глубже, чем привычные разговоры о выборе. Человек может долго объяснять себе и другим, почему он делает то или иное, но чаще всего его объяснение будет описывать верхний слой, а нижний слой будет продолжать рулить.
Задача этой главы дать читателю простую и достаточно строгую карту, показать как устроена механика побуждения, что в ней описывает психология, где психология заканчивается, и какой дополнительный уровень вводит ЭР.
Психология описывает поведение через понятия мотивировки, мотива и мотивации. Для ЭР эти различения очень полезны, потому что позволяют сразу отделить «то, что человек говорит» от «того, что человеком движет».
Мотивировка – это сознательное обоснование своего выбора действий. Обычно мотивировка нужна для двух задач:
1. оправдать поступок перед собой;
2. сделать поступок приемлемым и понятным для окружающих.
Мотивировка почти всегда является частью социальной и личностной презентации. Она может быть умной, красивой, моральной, “духовной”, научной – и при этом не иметь прямого отношения к реальной причине действия.
Мотив – это внутренняя причина конкретного действия. Мотив связан с потребностью, целью или внутренним напряжением, которое ищет разрядки. Мотив может быть осознаваемым, полуосознаваемым или вовсе не распознанным, но именно мотив задаёт: «почему я это делаю».
Мотивация – это совокупность процессов, которые определяют возникновение, направление и поддержание активности. Она включает и мотивы, и их конкуренцию, и выбор, и удержание усилия, и подкрепления, и срывы. Когда говорят о мотивационной обусловленности поведения, имеют в виду именно это: поведение возникает не “из воздуха” и не “из чистой свободы”, а из связки внутренних и внешних условий, которые поддерживают или гасят активность в зависимости от того, какая мотивация становится актуальной.
Для психологии это уже достаточно сильная рамка: многое объясняется, корректируется, многое становится прогнозируемым. Но в ЭР важно зафиксировать одну ключевую мысль: мотивация – это верхний уровень из тех, которыми психология обычно оперирует как системой. Ниже чаще начинаются разрозненные модели: архетипы, глубинные сценарии, врождённые паттерны, биологические импульсы. У разных школ психологии это называется по-разному и понимается по-разному.
ЭР делает следующий ход: вводит отдельный уровень – драйверы – как то, что поддерживает и склеивает большинство мотиваций, независимо от того, какими словами мотивации объясняются.
Психика и личность устроены так, что мотивировка почти всегда оказывается социально приличнее, чем мотив. Это не дефект человека, а обычная адаптация. Личности нужно оставаться достойной в собственных глазах и сохранять управляемость отношений с людьми. Поэтому мотивировка часто выполняет роль “переводчика”: она переводит реальные внутренние причины на язык, который можно произнести.
Простейший пример: человек идёт в конкуренцию. Мотив может быть «доминировать», «не проиграть», «доказать». Мотивировка будет звучать иначе: «я хочу развиваться», «я повышаю планку», «я люблю сложные задачи». Иногда это не ложь – это просто форма, в которую завернут более грубый импульс.
В этом месте важно удержать корректное отношение: ЭР не предлагает “стыдиться мотивировок”. ЭР предлагает видеть механизм. Пока человек не различает мотивировку и мотив, он остаётся в плену своего собственного рассказа о себе и не понимает, почему повторяется одно и то же.
Если мотивация – это процесс, а мотив – это причина конкретного действия, то драйверы – это топливо и клей, которые делают множество мотиваций возможными, устойчивыми и повторяемыми.
ЭР выделяет два класса драйверов:
1. драйверы природного уровня – общие для животных, встроенные в человеческую форму как часть нервной системы;
2. личностные драйверы – те, которые формируют “клей личности” и обеспечивают её самоподдержание в социальном контуре.
Это не две разные природы. Это два уровня проявления одного и того же: природное в человеческом замаскировано культурой, языком, социальными формами и тонкими оправданиями. Но от этого оно не перестаёт быть управляющим.
В ЭР для обозначения природных драйверов удобно использовать слово «лимбика» или «лимбическая система». Это условное имя для того слоя внутренней механики, который отвечает за базовые животные импульсы и их приоритетность.
К природным драйверам относятся четыре фундаментальные силы:
1. самосохранение
2. жрать (питание и всё, что связано с добычей, накоплением, потреблением)
3. доминировать (иерархия, статус, власть, контроль)
4. размножаться (сексуальность, продолжение рода, удержание пары, защита потомства)
Если читать это буквально и напрямую, возникает сопротивление: “я же человек, а не животное”. Именно поэтому в культуре эти драйверы почти всегда маскируются. Психология часто не может собрать их в единую концепцию не потому, что она слабая, а потому что на языке гуманизма такие слова звучат слишком грубо. Однако грубость слов не отменяет реальности механики.
Дальше мы развернём, как именно эти драйверы проявляются в личности.
Природный драйвер «жрать» в человеческой форме редко выглядит как “жрать”. Он выглядит социально красиво.
Он проявляется как:
· культура потребления: покупать, иметь, обновлять, запасать, накапливать, окружать себя вещами и впечатлениями;
· комфорт и безопасность: “хочу, чтобы было удобно”, “хочу стабильности”, “хочу запас”;
· любопытство и новизна: узнавать новое, пробовать новое, расширять опыт, путешествовать – как форма добычи и присвоения;
· гурманство и эстетика: еда, напитки, места, ритуалы, “вкус к жизни”;
· культурное потребление: театр, музей, кино, музыка могут становиться не только содержательным интересом, но и тонкой формой присвоения и статусного подтверждения: “я тот, кто это видел”, “я тот, кто это понимает”.
Важно увидеть: сам по себе интерес к искусству или путешествиям не является “плохим”. Но драйвер “жрать” способен присваивать даже такие формы и превращать их в механику потребления: не проживание, а накопление впечатлений; не смысл, а коллекция; не контакт, а присвоение.
Когда человек не различает этот уровень, он часто путает насыщение с жизнью. Ему кажется, что “больше” автоматически означает “глубже”.
Природный драйвер «доминировать» ещё более тщательно маскируется, потому что напрямую он выглядит агрессивно. В личности он проявляется как: