Андрей Гусаров – Скриншот, который не удаляют (страница 1)

Андрей Гусаров

Скриншот, который не удаляют

Содержание

Пролог. Вторая половина истории

ЧАСТЬ I. Невидимый помощник

Глава 1. Второй мозг на кухне

Глава 2. Бумаги, штрафы и деньги

ЧАСТЬ II. Когда это важно

Глава 3. Второе мнение

Глава 4. Глаза, уши, голос

Глава 5. Чужой язык

Глава 6. Работа без диплома по компьютерам

ЧАСТЬ III. Человек и машина

Глава 7. Собеседник в три часа ночи

Глава 8. Творить

Глава 9. Дети и машина

ЧАСТЬ IV. Честно — и что дальше

Глава 10. Когда машина подвела

Глава 11. Что дальше — коротко и без хайпа

Эпилог. Марина пишет сама

Пролог. Вторая половина истории

Осенью 2025 года я закончил книгу о том, как искусственный интеллект забирает.

Книга вышла невесёлой. Она про бизнес, поиск и трафик — про то, как машина тихо съедает старый интернет, на котором многие из нас выросли и заработали. Цифры в ней не утешали: сайты теряют читателей, привычный поиск осыпается, и никто пока толком не знает, чем это кончится. Я отправил рукопись издателю и с облегчением закрыл ноутбук.

А через час открыл снова. Нужно было написать классному руководителю сына. И я поймал себя на том, что диктую это письмо машине.

Вот тогда меня и накрыло. Я только что написал триста страниц про то, как ИИ отнимает, — и ни строчки про то, как он в это же самое время даёт. Отнимает у корпораций. Даёт — конкретному усталому человеку в десять вечера. Это две половины одной истории. А я рассказал только первую, мрачную.

Вторую в это самое время проживали миллионы людей, которые слова «трафик» отродясь не произносили. Мать, переписывающая через бота объяснительную учительнице. Человек, оспоривший несправедливый штраф одним грамотным письмом. Беженец, который через переводчик в кармане нашёл врача в чужой стране. Про них не пишут отраслевых книг и не строят графиков. А стоило бы. Эта книга — попытка исправить несправедливость.

Договоримся сразу о трёх вещах. Они пройдут через всю книгу, как три нити в косе.

Первая нить — люди. Конкретные, с именами, городами и подгоревшими котлетами. Я не стану рассказывать вам про «пользователей» и «целевую аудиторию». Я буду рассказывать про живых людей, которым машина что-то изменила: кому — вечер, кому — судьбу.

(Тут сразу честно, чтобы потом не было обид. Часть героев этой книги — собирательные. Я менял имена, города и мелкие детали — там, где человек просил не называть его, или там, где история одна на тысячи. Но всё, что эти люди делают, делают реальные люди, с которыми я разговаривал. А там, где случай подтверждён документально — есть имя, газета, дата, — я называю настоящее имя и даю ссылку. Эту границу я не размываю нигде. Доверие — единственное, на чём такая книга держится. Тем более что зарабатывать на ней я не собираюсь: она написана, чтобы её пересылали, а не покупали.)

Вторая нить — как это вообще работает. Без формул и без тумана. В каждой главе — ровно одно новое слово, объяснённое так, чтобы поняла моя собственная мама. К концу книги вы будете понимать, что творится внутри машины, лучше большинства тех, кто про неё сегодня громко спорит.

Третья нить — я сам. Андрей Гусаров, шестнадцать лет в интернет-маркетинге, человек, который ещё недавно над всем этим снисходительно посмеивался. Я прошёл путь от «игрушки» до ежедневного использования — и до сих пор удивляюсь, как тихо это со мной случилось. Расскажу честно, включая те разы, когда машина меня подводила. А подводила она крепко.

Чего в этой книге не будет — так это обещаний, что машина сделает вас счастливым, богатым и молодым. И пророчеств про то, в каком году нас всех заменят роботы. Я не знаю, в каком. Никто не знает. Зато я знаю, что уже сегодня происходит на кухнях, в больничных коридорах и в очередях к чиновнику. С этого и начнём — с того, что можно потрогать руками.

Знаете, что объединяет почти всех моих героев? У каждого в телефоне есть сохранённый скриншот. Письмо, которое наконец-то получилось. Ответ, который всё расставил по местам. Подсказка, которая что-то спасла. Эти скриншоты люди не удаляют — сами не зная почему. Так когда-то хранили газетную вырезку или первую фотографию ребёнка. Считайте, что вся эта книга — галерея таких скриншотов. Чужих маленьких побед, из которых незаметно сложилась большая перемена.

Раньше мы боялись, что машины начнут думать за нас. Они не начали. Они начали писать за нас — а это, как выяснилось, совсем другое дело.

И перемена эта случилась не в лаборатории. Она случилась на кухне в Перми, декабрьским вечером. С неё и начнём.

ЧАСТЬ I

Невидимый помощник

Глава 1. Второй мозг на кухне

Вечером 12 декабря 2024 года, между разогретыми котлетами и непроверенными тетрадями, Марина из Перми проиграла родительскому чату.

Сообщений было сорок одно. Завтра приносим поделку из природных материалов, не забудьте сменку, кто-то потерял варежку, сбор на подарок учительнице — и где-то там, ближе к концу, её собственная вина: Артём опять не сдал домашку. Марина смотрела в экран и не знала, что написать классному руководителю. Не потому, что не было причины. Причина была — сын весь вечер ныл, что болит голова, и она ему, в общем, поверила. Просто не было сил собрать это в одно вежливое взрослое предложение. Из тех, после которых учительница кивает, а не вызывает родителей.

Она открыла приложение, которое две недели назад скачала из любопытства и считала модным баловством. Набрала, как думала, — коряво, без точек: «напиши учительнице что Артём не сделал домашку потому что болела голова. только так чтобы она поверила и без претензий».

Через пять секунд на экране лежало письмо. Спокойное, тёплое, с правильным «к сожалению» в начале и обещанием «нагнать пропущенное» в конце. Марина прочитала. Поправила одно слово. Отправила.

Учительница ответила: «Конечно, выздоравливайте». И поставила сердечко.

Марина потом рассказывала, что в ту секунду почувствовала не восторг, а что-то вроде стыда — будто списала контрольную. Скриншот того письма до сих пор лежит у неё в галерее телефона, между фотографией кота и чеком из «Пятёрочки». Она его не удаляет. Сама не знает почему.

С этого письма началась её другая жизнь. И, если честно, эта книга — тоже.

* * *

Загадка вечерних котлет

Тут есть над чем удивиться. Марина не отличает Wi-Fi от Bluetooth. Она искренне считает, что «зайти в облако» — это что-то про погоду. Пароли у неё записаны в бумажной книжке, а книжка — в ящике с лекарствами. Она не программист, не айтишник, не «ранний адоптер» — слова, которое она тоже не знает.

И при этом за следующие полгода Марина написала через машину больше текстов, чем за всю предыдущую жизнь.

Объяснительные учительнице. Поздравление свекрови на юбилей (со стихами, чего раньше не умела). Жалобу в управляющую компанию на батарею, которая «тёплая, как вчерашний чай». Письмо начальнику с просьбой об отгуле — три варианта, от робкого до уверенного, она выбрала средний. Список покупок на неделю, разложенный по дням. И один раз — текст для надгробной таблички бабушке, который не получалось написать три месяца, потому что каждый раз начинала плакать.

Как женщина, путающая Wi-Fi и Bluetooth, стала писать через нейросеть всё подряд?

Ответ простой и немного обидный для всей индустрии, которая годами делала сложные интерфейсы. Марине не пришлось ничему учиться. Она просто написала машине словами. Как написала бы подруге. Или, точнее, как написала бы очень исполнительной, очень начитанной и совершенно беспринципной помощнице, которая никогда не устаёт, не осуждает и не сплетничает во дворе.

И ещё одно. Марина была не одна.

В феврале 2026 года компания OpenAI, сделавшая ChatGPT, сообщила: в её чат-бот заходит около девятисот миллионов человек каждую неделю. Не «попробовали разок» — возвращаются, неделя за неделей. Девятьсот миллионов — это вшестеро больше, чем всё население России. Целая невидимая страна, которая каждую неделю о чём-то спрашивает машину. И большинство её жителей — не инженеры. Это Марины.

И спрашивают они чаще всего не про работу. Осенью 2025 года OpenAI вместе с гарвардским экономистом разобрала полтора миллиона переписок — и выяснила, что за один год доля личных, бытовых сообщений выросла с 53 до 73 процентов. Мир тихо переучил машину: из рабочего инструмента — в кухонный. Люди спрашивают, что приготовить из того, что осталось в холодильнике, как ответить бывшему, как объяснить ребёнку дроби и как написать в банк, чтобы вернули комиссию.

Тихая революция случилась не в лабораториях. Она случилась на кухнях.

Слово дня: промпт

Теперь обещанное слово.

Всё, что Марина набирала в окошко, на языке этой технологии называется промптом. Звучит сложно. На деле — нет.

Промпт — это просто то, что вы пишете машине, чтобы получить ответ. Как поисковый запрос в Яндексе, только не из ключевых слов, а разговором. Не «объяснительная учительница головная боль образец», а «напиши учительнице, что сын не сделал домашку из-за головной боли, вежливо и без претензий». Разница как между тем, чтобы рыться в ящике со старыми бланками, — и тем, чтобы попросить грамотного соседа: «Слушай, набросай по-человечески».

Вот и весь промпт. Просьба, сказанная словами.

Главное, что нужно понять про промпт, Марина нащупала сама, методом тыка, за пару недель. Чем точнее просьба — тем лучше ответ. «Напиши поздравление» даёт пресную открытку из ниоткуда. «Напиши поздравление свекрови на 60 лет, она любит сад и сериалы, добавь немного юмора про рассаду, четыре строчки» — даёт то, что не стыдно прочитать вслух за столом. Машина не читает мысли. Она читает слова. Сколько вложишь — столько и достанешь.