Андрей Грязнов – Пигмалион. Часть 2 (страница 9)

– Думаю, остальное пусть расскажет Анна. Лично. Это её история. И мотив у неё не бизнес. Месть.

– Разумно. Почему бы и нет? Он без лишних эмоций поднялся со стула. – Спасибо, что нашли время для встречи. Анна позвонит, когда уладит дела в Лондоне.

Он уже направился к двери, но внезапно остановился.

Из внутреннего кармана извлёк флешку и положил на край стола.

– Здесь видео. Как «покойный» Нилин проникает в свой дом в Лондоне. Через потайной вход. И сканы документов от Анны.

Пьер не дёрнулся.

– Она что-то упоминала, – кивнул он, принимая флешку. – Благодарю. Эрих ничего не сказал. Только чуть усмехнулся, едва заметно.

И ушёл.

Дверь закрылась мягко.

Тишина сгустилась – вязкая, глубокая.

Пьер остался один.

– Месть, деньги, призраки прошлого… – пробормотал он.

Вернулся к столу.

Посмотрел на флешку, как на осколок стекла.

Прозрачный.

И – режущий.

Анна не улетала в Лондон.

Она сидела в апартаментах, которые снимал Эрих, листала TikTok и ждала. Не столько его, сколько объяснений.

Эрих запретил ей встречаться с Морелем и сам пошёл на встречу. Почему – не сказал. И она, как всегда, подчинилась.

В последнее время он всё чаще принимал решения за неё. Не объяснял мотивы. Просто делал – и она соглашалась. Так было проще. Но внутри нарастало ощущение тревоги. Как будто её медленно отодвигали от собственной жизни.

Всё началось с траста. Тогда они с Эрихом были едва знакомы.

Как-то поздним вечером, когда Анна собиралась ложиться спать, в дверь позвонили. Она открыла – и он вошёл. Без предупреждения. Как к себе. Без объяснений, без извинений.

Прошёл на кухню, взял пиво, открыл, сделал глоток. Окинул взглядом стол, заваленный бумагами.

– Над чем работаешь? – спросил он буднично.

– Траст. По поручению Нилина. Последние правки.

– Покажешь?

– А смысл? Ты же не юрист.

– Именно поэтому. Свежий взгляд.

Её что-то кольнуло. Он говорил так, будто знал, что она сомневается. Как будто уже уловил тревогу, которую она сама себе не признала.

– Хорошо. Посмотри, – сдалась она.

Он сел за компьютер, начал листать файлы. Ни одного вопроса. Даже не посмотрел на неё. Когда она попыталась что-то объяснить – он лишь легко махнул рукой: не сейчас.

Она вышла в гостиную. Но уже знала: что-то меняется.

Минут сорок спустя он позвал её. Устроился в кресле напротив – расслабленный, сосредоточенный.

– Правильно я понял, – начал он без предисловий, – что ты, на основании доверенности, оформляешь безотзывный траст на все активы Нилина?

– Да.

– Выгодоприобретатели – он, его семья, ты?

– Да. Но у меня доля чисто символическая. Еще любовница.

Он усмехнулся. Без радости.

– Давай так. Я скажу, что нужно сделать. А ты не задаёшь вопросов. Ни «почему», ни «зачем». Согласна?

– Эрих, это не игра.

– Конечно. Это инструкция.

– Но я не понимаю…

– С виду не глупая. Училась. Работала. А не понимаешь? – он качнул головой, – не хорошо. Договорились?

– Да…

– Отлично.

Он сцепил пальцы в замок.

– Как думаешь, на кого укажет Нилин, когда эта схема всплывёт?

Анна замерла.

– На себя?

Он усмехнулся. Взгляд стал жёстче.

– Он скажет, что ты всё провернула сама. Что ты превысила полномочия. Захотела его подставить.

Анна побледнела.

– Что делать?

– Первое. Траст – отзывной. Сейшелы. Второе – выгодоприобретатели: по минимуму – дочь, внук, все остальное – ты.

– Я? – ее голос дрогнул.

Комната сделалась душной. Сердце стучало в горле.

– А Нилин?

– Формально – нет. Фактически – ты сможешь перечислять ему часть доходов. Если захочешь. Это уже от тебя зависит.

Анна прижала пальцы к вискам.

– Это… предательство.

– Это – защита. Впервые – твоя.

Он замолчал, давая ей переварить. Затем, уже тише:

– И да. Любовниц исключаем. Хассельрот нам не нужна.

Так и поступили. Анна всё оформила. Эрих помог с адвокатами. Нилин ничего не узнал.

Через пару недель газеты сообщили о его смерти.