Андрей Горин – Вернуть своё (страница 3)

– Вы упомянули об унаследованном мной графском титуле. Но вместе с титулом в наследство входят также и земли, Малышевское графство. И хотя де-юре я являюсь собственником этих земель, но де-факто дела обстоят несколько иначе.

Фактически сейчас этими землями формально управляет продажный Управляющий. В то же время некая группа местных дворян и чиновников, при попустительстве, а, возможно, и личной заинтересованности Генерал-Губернатора, самым беззастенчивым образом грабит принадлежащие мне территории.

И я намерен посетить доставшееся мне графство и навести там порядок. Ожидаю, что местные власти и некоторые дворяне будут недовольны таким поворотом дел и попытаются всячески мне воспрепятствовать. По этой причине поддержка Великого Дома Кропоткина в этом деле, мне была бы крайне кстати.

– Это можно устроить, – согласился Пётр Алексеевич. – Но должен предупредить, что влияние Великих Домов на остальных территориях, кроме Москвы, не столь существенно, поскольку магия там отсутствует.

У нас есть определённое влияние и связи во многих регионах, но именно в тех местах, где расположено ваше графство, у нас не было никаких интересов, поэтому и возможности влиять на события в этой Губернии у нас ограничены.

Да и на черта вам эти земли? Графство находится в захолустье, дохода эти земли не приносят. Может плюнуть на них? Я хоть завтра готов даровать вам богатые земли в Центральной части Империи, или, скажем, в Киевском Княжестве или Прибалтийских Княжествах.

– Прекрасно вас понимаю, Ваше сиятельство. Но есть одна задумка по этому поводу. Причина моего пристального интереса к этим территориям имеет своё объяснение.

Графиня Малышевская умерла в бедности, но не по причине скудности этих земель. На территории графства располагаются богатейшие залежи изумрудов, что стараются держать в тайне. Это самое крупное, и почти единственное месторождение этих драгоценных камней в Империи.

Понимая всю сложность и затратность восстановления контроля над этими территориями, я предлагаю основать кампанию по добыче этих драгоценных камней. Назовём её, скажем, “Изумрудная Кампания”. И в этой кампании я предлагаю пятьдесят процентов акций вашему Великому Дому.

– Что ж. Это существенно меняет дело, – задумался Пётр Алексеевич. – Такой подход позволит обосновать интерес нашего Великого Дома к делам Губернии, а потенциальная прибыль оправдать задействованные ресурсы. Однако, не могу не спросить, не жалко ли вам отдавать целых пятьдесят процентов в будущей кампании? Мне кажется, вы по молодости лет, слишком расточительно разбрасываетесь деньгами.

– Просто у меня прагматичный подход к делам, – улыбнулся я. – Поэтому я прекрасно понимаю, что пятьдесят процентов от чего-то большого, это гораздо больше, чем сто процентов от ничего. К тому же организация добычи, огранка камней и их реализация, дело сложное, и вряд ли я сам смогу это всё организовать. Так что основная тяжесть производственных и финансовых проблем ляжет на ваши структуры.

– Да, молодой человек. В предприимчивости и здравомыслии вам не откажешь, – рассмеялся Пётр Алексеевич. – Ладно, будем считать, что договорились. Детали обсудите с Константином. Он же окажет тебе всю необходимую помощь.

– Благодарю вас, Ваше сиятельство, – привстав, обозначил я уважительный поклон.

– Да, Антон, – нахмурился Пётр Алексеевич. – У меня на тебя большие планы, так что без глупостей, не дай там себя прикончить этим воришкам наших изумрудов.

– Не дождётесь! – браво отреагировал я на шутку Великого Князя. При этом, однако, отметив, что Пётр Алексеевич произнёс: “наших изумрудов”. На ходу подмётки рвёт, такому палец в рот не клади.

* * *

После достигнутых с Кропоткиными договорённостей, планы по возвращению унаследованного графства приняли реальные очертания. Воевать с целой Губернией, да ещё когда местный Генерал-Губернатор начнёт на меня жаловаться в столицу, было плохой затеей. Но теперь на всех моих действиях будет незримо лежать тень Великого Дома Кропоткиных, и местным властям поневоле придётся соблюдать некую видимость законности.

Да и если признаться честно, то я до этого момента плохо представлял, что делать после победы. Наладить добычу, обработку и реализацию изумрудов, дело непростое. И в этой ситуации промышленный потенциал моих союзников и их связи должны были стать решающим фактором.

Стряпчие Кропоткиных занялись созданием и регистрацией “Изумрудной Кампании”, а у меня были несколько другие заботы. Законы законами, но в таких глухих местах всё обычно решает сила. Древний лозунг “пушки, последний довод королей” ©, в таких случаях как нельзя более актуален.

Поэтому хотя официальные власти Губернии мы формально нейтрализуем и в открытую армию или полицию против нас задействовать они не решатся, но те нехорошие люди, которые захватили изумрудные прииски, добром это богатство не отдадут. А судя по предварительным данным разведки, их собственные частные армии представляли собой значительную силу.

А значит, мне тоже понадобится своя сильная армия, чтобы им противостоять. И главной проблемой тут являлось то, что магия в тех местах не работает, а значит, использовать наше превосходство в магической силе мы не сможем. Да и все военизированные структуры до сих пор я формировал в основном для действий в условиях зоны отчуждения, где магия была главным оружием.

А здесь рассчитывать можно было только на традиционное земное вооружение. Причём у моих противников на вооружении имелось не только стрелковое вооружение, но и тяжёлая техника: бронемашины, танки и даже боевые вертолёты.

Кроме того, существовали ещё и правовые сложности. У меня имелось некоторое количество бойцов, которых я мог бы перебросить в Екатеринбургскую Губернию, но они не могли там действовать официально, поскольку числились в Частной Военной Кампании, а ЧВК имели право действовать только за границами Российской Империи. А Екатеринбургская Губерния, ни разу не заграница.

Имея деньги и связи семейства Кропоткиных, я мог набрать бойцов и закупить вооружения, но требовались правовые основания для этих боевых отрядов.

Но тут мне на руку играл мой новый статус графа. По законам Российской Империи дворяне такого ранга могли иметь боевые Дружины. На самом деле это они только так назывались – Дружинами, а на самом деле у некоторых аристократов эти Дружины были размером с хорошую армию.

Однако, для создания полноценного армейского Корпуса с тяжёлым вооружением мне бы всё равно понадобилось слишком много времени и затраты при этом тоже были бы немеряные.

Как ни крути, получалось, что военное преимущество будет на стороне противника.

Но тут я вспомнил про другое, не менее мощное оружие. Деньги. Большинство людей жадны, и думаю, что наши противники не являются исключением из правил. А это значит, что в стане наших врагов наверняка найдутся люди, которые получают недостаточную выгоду и считают себя ущемлёнными. И в этом случае щедрые денежные пожертвования, могут перетянуть их на нашу сторону и сделать нашими тайными союзниками.

Ещё одним фактором, осложняющим ситуацию, было время. По всему выходило, что процесс возвращения контроля над унаследованными землями может сильно затянуться, а покидать надолго Москву и свои владения в зоне отчуждения с той стороны Провала я не мог.

В свете всех этих трудностей идея возврата контроля за землями графства уже не выглядела столь привлекательной, как поначалу.

Так что на первый взгляд казалось, что овчинка не стоит выделки и логичнее было бы плюнуть на эти земли и месторождение изумрудов. Но у меня были кое-какие задумки, как обернуть ситуацию в свою пользу. Поэтому отступаться от намеченной цели я не собирался несмотря на все трудности.

Глава 3. Делегирование полномочий

Ближайшей моей задачей было установление контроля за унаследованным графством. Но при этом я не мог допустить, чтобы с таким трудом завоёванные мной позиции в зоне отчуждения на той стороне Провала, были утрачены.

Таким образом, возникала дилемма, как контролировать одновременно два столь непростых актива. Не хотелось, знаете ли, оказаться в роли того незадачливого охотника, который погнался за двумя классными тёлками (а может зайцами), а в итоге его самого поимели (то есть ни одного не поймал), ну хоть триппер в итоге не словил, и то хорошо.

Поскольку я не мог одновременно находиться в двух местах, а кампания по установлению моей законной власти в Малышевском графстве обещала быть не быстрой, то надо было творчески подойти к процессу.

Хотя особо выдумывать здесь было нечего. Великие люди всё придумали до меня. Когда ты достигаешь определённых высот и не можешь всё делать сам, выход один, делегировать часть полномочий доверенным лицам. Тут главное – не промахнуться, с выбором этих самых доверенных лиц. Иначе опять же, поимеют тебя самым банальным образом.

В зоне отчуждения под моим управлением находились теперь шесть посёлков бывших наркоторговцев. Охрану этих посёлков и присмотр за работниками осуществляли ветераны степняков, поселившиеся вместе с семьями в этих поселениях. И хотя места здесь были неприветливые, но степняки были привычны к суровым условиям, а здесь у них имелись кров, еда и неплохой заработок. Всё лучше, чем быть изгоями на землях Вольных Баронств, где степняков откровенно недолюбливали и всячески притесняли.