Андрей Горин – Вернуть своё (страница 11)

Но я категорически отказался, а Государственный Инспектор Жмых и Государственный Пристав Селезнев, меня решительно поддержали.

Оснований препятствовать целому графу, у полиции не было. Хотя нельзя сказать, чтобы они не пытались. И особисты, и Военная полиция, были весьма настойчивы. Но поскольку я с самого начала, как только мы отбились от нападавших, позвонил Константину Кропоткину, то к концу нашего разбирательства с полицией, прибыли вежливые люди в одинаковых строгих костюмах, показали полицейским какие-то документы, и тем пришлось отступить.

Задерживаться и возвращаться во Владимир я решительно отказался, и колонна двинулась дальше, несмотря на наступающую ночь.

Глава 7. Вторая попытка

Степан выехал из Владимира на пару часов раньше основной колонны. Внедорожник, за рулём которого сидел Герасим, уже подъезжал к Мурому, когда со Степаном связался граф Малышевский и сообщил о попытке покушения на трассе.

Все нападавшие были убиты, и по этой причине получить от них никакой информации не удалось. На то что полиция что-то раскопает, Антон не рассчитывал.

Поэтому поручил Хмурому пробить тему по своим каналам. Поскольку мир криминала и наёмных убийц был той самой средой, в которой плавал Хмурый, то у него единственного имелись шансы что-нибудь нарыть.

Конечно, Хмурый знал, кого, как и о чём можно расспрашивать. И в Москве, он имел все шансы проследить всю цепочку от исполнителей до настоящих заказчиков. Но то в Москве, где он был одним из самых авторитетных представителей криминального мира. К сожалению, на остальной части Российской Империи возможности его были ограничены.

Его авторитет и связи позволяли и здесь надеяться на успех, просто для получения результата требовалось гораздо больше времени, чем если бы это происходило в столице.

По прибытии в Муром, решили разделиться. Чтобы не терять времени, заехали в автосалон, торгующий подержанными автомобилями, и Степан приобрёл себе крепкий мощный внедорожник.

Велев Герасиму с девицами не светиться среди местных блатных, Хмурый отправился навестить нескольких авторитетных в здешних местах людей.

Муром, город небольшой, и пары визитов Степану хватило, чтобы понять, что здесь он ничего нароет. Не тот уровень. Местные криминальные авторитеты были не того полёта птицы, чтобы серьёзные люди посвящали их в свои дела.

Наёмники, осуществившие нападение на трассе, явно были профессионалами высокого уровня и уж точно не из местных. Поэтому контактировать с местными уголовниками им никакой причины не было. И уж тем более местные ничего не могли знать о нанимателях команды киллеров.

Так что уже через пару часов, поняв бесплодность попыток что-нибудь выяснить в Муроме по интересующему их вопросу, Хмурый и его спутник покинули городок, уже на двух машинах.

К вечеру они уже были в Арзамасе, где остановились в гостинице в центре города. Сняли два отдельных номера. Девицы поселились в одном, а Степан с Герасимом в другом.

После заселения все четверо покинули гостиницу и растворились в блеске ночных огней города, погружающегося в ночную развесёлую жизнь, так разительно отличающуюся от дневной серости. Разумеется, все эти прелести развлечений были предназначены не для работяг, а для людей, имеющих деньги и связи.

Арзамас тоже город относительно небольшой, и поначалу Степан не думал, что здесь можно найти что-то интересное. Но внезапно он почти от самого выхода из гостиницы обнаружил за собой слежку, и это его насторожило.

Какого хрена? У полиции нет оснований за ним следить, да и вряд ли они информированы о его визите проездом в этот городок.

Скорее всего, интерес к нему проявили представители местного криминала. Но он никого не предупреждал заранее о своём визите, значит, весточка местным пришла из Мурома. И, скорее всего, внимание тех, кто озаботился слежкой, вызвано проявленным им в Муроме интересом к команде киллеров, покушавшихся на графа.

Степан нанёс визиты двум местным авторитетам, пообщался, ненароком коснулся интересующей его темы, но сразу понял, что собеседники не при делах.

Напоследок заехал к самому крупному, пожалуй, из местных бандитов Мирону Лупоглазому. При первом взгляде на толстую харю Мирона внимание привлекали его выпученные навыкате глаза, за что он и получил своё прозвище.

Мирон принял гостя с должным уважением. Пригласил в кабинет, угощал Шустовским коньяком и беспрестанно улыбался, но взгляд у него был какой-то пришибленный. По интересующему Степану вопросу Мирон ожидаемо ничего не знал, но поведение Лупоглазого Степана насторожило. Что-то здесь было не так, а чуйка Степана никогда не подводила.

Разговор не клеился, и Степан решил, что пора уходить. Хозяин этому вроде как обрадовался и кликнул парней из своей охраны, чтобы те проводили гостя.

– Кстати, Хмурый, – спохватился поднявшийся с дивана вслед за гостем Лупоглазый, подходя к Степану. – Как тебе коньячок, правда классный. Лёша, подай бутылочку из моих запасов, для дорогого гостя.

Амбал, к которому обратился Лупоглазый, шустро открыл пузатый массивный комод и, достав из него бутылку коллекционного напитка, приблизился к Степану.

Тот скептически посмотрел на протянутую ему бутылку и отрицательно покачал головой.

– Спасибо, Мирон, – с усмешкой повернулся он к хозяину дома. – Но я больше предпочитаю водочку. Холодненькую, да под грибочки и квашеную капусту.

– Ну, хозяин барин, – развёл руками Мирон. – Тогда прощай. Не поминай лихом.

И Мирон протянул руку для прощального рукопожатия.

Степан немного удивился, поскольку обычно в воровской среде рукопожатия были не в ходу. Но, не желая обижать хозяина, протянул руку навстречу и Лупоглазый цепко ухватил протянутую пятерню.

Мужчина Лупоглазый был крупный, и хватка у него была крепкой. Причём сжав пальцы Степана мёртвой хваткой, он этим не ограничился и второй рукой крепко ухватил протянутую руку за предплечье, сковывая движения Степана.

Прежде чем Степан успел сообразить, что происходит, на голову ему обрушилась бутылка, постарался тот самый амбал, к которому он так неосторожно повернулся спиной, и сознание Степана померкло.

* * *

Очнулся Степан в тёмном, сыром подвале. Где-то капала вода, затхлый воздух пах плесенью и крысиным помётом.

Зверски болела голова. Но хуже всего было ощущение собственной тупости, это ж надо был так глупо подставиться.

Прислушавшись к своим ощущениям, Степан понял, что сидит на стуле, руки его заведены назад, и скованы за спинкой стула наручниками.

В подвале он был не один.

Просматривались фигуры ещё четверых человек, которые зашевелились, поняв, что пленник пришёл в себя.

Приглядевшись, Степан понял, что все они ему незнакомы.

Главным, похоже, был высокий сутулый мужчина с породистым лицом и одетый в дорогой костюм. Всё дорого-богато, но по тому, как сидела на мужчине одежда, опытный Степан предположил, что типчик всё же не дворянского сословья, а из холуёв. Которые крутятся возле влиятельных персон.

Ещё в подвале было двое здоровяков, типичные бандиты на побегушках, используемые как грубая сила.

Четвёртый персонаж был до пугающего странным. Костистое лицо с нездоровым желтоватым оттенком кожи и мутные глаза, в которых явно просматривались признаки безумья.

Главный среди этой компании приблизился к сидящему на стуле Степану и пнул его ногой в колено.

– Смотри сюда, падаль! – лениво процедил он. – Большая ошибка, совать свой нос в чужие дела. Что ты там разнюхивал насчёт покушения на этого графского недоумка? Расскажи-ка мне братец, что ты там успел выяснить?

Степан промолчал.

– Похоже, что ничего, – довольно усмехнулся господин, которого Степан про себя окрестил Холуем.

– Ну да это уже неважно. Важно, что ты, похоже, шестериш теперь на этого самого щенка и вхож в его окружение. К сожалению, те недоумки, о которых ты тут разнюхивал, не справились с порученным делом. Но тут ты так удачно подвернулся под руку. Поэтому ты нам поможешь, завершить то, что им не удалось, пришьёшь этого сучёныша.

– И как же ты, интересно знать, меня заставишь? – зло усмехнулся Степан.

– Я, конечно, мог бы предложить тебе денег. Много денег, – фальшиво добродушным тоном вещал Холуй. – Но вопрос в том, можно ли тебе доверять. Я думаю, что нет. Как только мы тебя отпустим, ты сразу же забудешь про свои обязательства, и побежишь к своему графёнышу. Бить тебя или пытать, тоже бесполезно, по той же самой причине.

Так что я тебя заставить не могу, – вздохнул Холуй. – Зато он сможет! – и Холуй, торжествуя, указал на похожего на мертвеца костлявомордого, в нелепо сидящем на его худом теле дорогом сюртуке.

– Я тебе расскажу, как всё будет, – продолжал между тем Холуй, упиваясь звуками своего голоса. – Когда мы тебя отсюда выпустим, то ты всё забудешь. Всё, что произошло с момента, как ты попрощался в кабинете с Лупоглазым. Очнёшься, стоя у дверей его дома, и отправишься в гостиницу. А завтра дождёшься приезда графа Малышевского и отправишься к нему с докладом, якобы ты что-то выяснил относительно покушения. Как только ты окажешься неподалёку от графа, тебе позвонят и скажут кодовое слово. После этого ты подойдёшь к графу и зарежешь его. Холодным оружием ты владеешь превосходно, а обыскивать тебя как доверенное лицо, никто не станет. Как видишь, всё просто.