Андрей Голов – Нити прошлого усадьбы Нейдгарта (страница 6)

– Старое здание, стены толстые, сигнал плохо проходит, да и вышка, наверно, далеко. А электричество, может, сэкономили и не поменяли проводку, – предположила Настя, хотя Варя уже вышла из комнаты в поисках сети и не слушала её.

Да, перебои со связью случались каждый день. Настя предупредила родителей, что может быть не в сети, чтоб они не переживали. В остальном учёба шла нормально. Обычные занятия. Из спецпредметов пока был только менеджмент, и то основные понятия, без нюансов похоронного бизнеса.

Беспокоило немного поведение Сони: она активно преследовала Алексея Борисовича, караулила его после занятий и около флигеля, где жили преподаватели. Впрочем, вмешиваться в личную жизнь новой знакомой Настя не собиралась. Всегда есть девушки, влюблённые в преподавателей, ничего в этом страшного нет. Да и Соня, несмотря на свою дружелюбность, раздражала, во всех её поступках Настя ощущала какую-то излишнюю театральность. Первые недели Настя не придавала этому значения, многие в начале знакомства ведут себя неестественно, но спустя месяц поняла, что Соня всегда такая. Настя в душе обрадовалась, когда Соня переключила внимание на преподавателя. Жить стало спокойнее, никто не дёргал во время обеда и на переменах, не рассказывал о жизни в богатом доме и отличной учёбе в школе, не занимал деньги на покупку чипсов. Настя последний месяц чаще общалась с Дарой, та действительно довольно много знала о неовикканстве, его ритуалах и с удовольствием делилась знаниями. Они организовали в комнате Дары алтарь и подготовили его к Самайну, насобирав в парке диких плодов шиповника, боярышника и китайки, и часто обсуждали приближающуюся ночь духов и дары, которые можно принести мёртвым. Влад, который почти всегда сидел в комнате Дары, в такие моменты демонстративно зевал и включал читалку. Разок Настя заглянула в список книг, ожидая увидеть фантастику или детективы, но там оказались учебники по криминалистике, выживанию, боевым искусствам, медицине и много чему ещё. Вечерами после девяти вечера втайне от Манжеты все первокурсники собирались у Дары и ели чипсы, даже Варя откладывала в сторону телефон, а Алиса замолкала, пока ела.

Дистанцию держал разве что Артур. Поглядывал на однокурсников свысока, игнорировал посиделки и поговорил с Настей всего один раз в конце сентября.

Они обедали, Артур доел суп и пошёл ставить тарелку. Насте надоело давиться сухой котлетой, и она решила налить чаю, но по дороге к бойлеру её грубо оттолкнул Артур и прошёл первым. Раздался взрыв, горячий пар ударил в лицо. Крик, и парень упал на пол, Настя бросилась к нему, Артур прижимал к телу обожжённую руку.

– Она, снова она там… – прошептал он. – Она хочет меня убить.

В столовой взорвался бойлер для горячей воды. Ожог оказался несильным, лечили Артура в медпункте Нового Мира, и два дня он не ходил на занятия. Настя пыталась спросить его, кого он увидел рядом с бойлером, но Артур старательно избегал разговора. Возможно, ему что-то почудилось от боли, и он не хотел признаваться в этом Насте.

Это оказался не последний несчастный случай, через неделю после этого одна из второкурсниц упала на лестнице и сломала ногу, девушку отправили домой. Через четыре дня после этого в комнате второкурсников случился небольшой пожар, правда, его потушили своими силами, и несколько дней в коридоре пахло гарью. Что сгорело, выяснить не удалось, второй курс отмалчивался, и только единственный их парень заявил любопытной Алисе, задавшей ему вопрос, что нечего лезть, куда не просят.

Случались и хорошие дни. Настины родители приехали в начале октября, но ноут не привезли, сказали, что администрация колледжа запретила, заявив: «Два компьютера есть в библиотеке, этого достаточно. Отвечать за дорогую технику учащихся они не будут». Впрочем, Настя и так радовалась близким, поняла, как сильно по ним скучала. Жаль, бабушка не смогла приехать, из-за возраста чувствовала она себя в машине плохо. Настя надеялась, что сможет навестить бабулю на каникулах, после сессии. Вместе с родителями погуляли по Новому Миру, сходили к реке.

– Место, конечно, не пятизвёздочный отель, но природа хороша, – сказал папа перед отъездом. – Ты знаешь, что здесь поблизости есть Ичалковские пещеры. Надо будет перед летними каникулами туда съездить, на машине отсюда минут двадцать, думаю, Ванечка выдержит. Вас на экскурсию не водили?

– Нет, мы только на кладбище были, – усмехнулась Настя.

Их действительно повели на кладбище, когда в усадьбе в очередной раз отключился свет. Решили провести занятия в новом похоронном комплексе, устроить им экскурсию в крематорий. Отправили их туда пешком, Манжета заявила, что сорок минут прогулочным шагом для молодёжи не страшно. Настя еле дошла, стараясь не опираться на больную ногу, но жаловаться не стала, не хотелось объяснять Манжете про болезнь.

Группа прошла между Пьяной и озером Инява. На высоком берегу стоял полуразрушенный храм с колокольней. Кладбище оказалось небольшим, обычные памятники и оградки. Сам похоронный комплекс выглядел на фоне деревенских могилок как звездолёт, приземлившийся на детской площадке. Вытянутая трапеция, отделанная бордовым декоративным кирпичом и мрамором. Внутри большой холл с колоннами, по бокам двери в мастерскую и холодильник. Впереди огромная арочная двухстворчатая дверь в ритуальный зал, посередине которого круглый постамент, облицованный тёмно-красным гранитом. Настя поёжилась, что-то ей это напомнило. По периметру зала стояли колонны, а перед постаментом ряды чёрных стульев с высокими спинками, в конце зала дверь в крематорий. Манжета в этом помещении задерживаться не стала, заявив, что это траурный зал, также называемый ритуальным, – это место, где проводятся панихиды по почившим или гражданское прощание, если человек был неверующим. Настя выходила из зала последней и, не удержавшись, подошла к постаменту, коснулась холодного гранита рукой. В углу плиты она заметила знак глаза, такой же, как значки студентов. Стоило всё-таки выяснить, что они обозначают. В мастерской оказалось интересно: здесь обшивали гробы, делали венки и букеты. Пахло краской, лаком и деревом, царил беспорядок на стоящих здесь столах, на полу валялись обрезки тканей и запчасти венков. Совсем по-другому выглядел «холодильник», где хранилось тело до прощания. Чистота, белый плиточный пол сверкал, стеклянный шкаф с косметикой и нужными инструментами содержался в идеальном порядке, стол, на котором занимались подготовкой тела, был накрыт белоснежной простынёй. Впрочем, мертвецов им не показали, Манжета дала лишь краткие комментарии, потом их загнали в кабинет менеджера и заставили составить отчёт по вступительной практике, что сильно подпортило впечатление от практического занятия.

В начале октября Настя наконец посетила библиотеку. Та находилась в подвале, куда вела зарешечённая дверь. Впрочем, библиотека занимала часть помещения – первый сводчатый зал, проход дальше был закрыт ещё одной решёткой. Насте библиотека сразу понравилась. Не то чтобы она любила бумажные книги, но все эти огромные деревянные стеллажи, уходящие во тьму сводчатой галереи, вызывали трепет. За стойкой сидела дряхлая старушка со сморщенным личиком, большими круглыми очками и куталась в чёрную шаль, из-за чего напоминала летучую мышь. Рядом со стойкой стояли стеллажи, на которых лежали учебники и справочная литература, ещё один стеллаж занимали дамские романы и детективы, ну а в самом углу на двух полках были свалены детские книжки. Настя с удивлением взяла одну из них, это оказался сборник русских народных сказок с Бабой-Ягой на обложке. Картинка вызвала спазм в животе, перед глазами взметнулась пыль «Серого мира» и отблески реки Смородины.

– С вами всё в порядке, милочка? – проскрипела старушка-библиотекарша.

– А почему тут сказки? – спросила осипшим голосом Настя. – Мы же не малыши.

– Ну, милая, их не только малыши читают, в сказках мудрость веков. А так они остались от школьной библиотеки. В усадьбе раньше находилась здешняя школа и администрация, переехали, а вот кое-какие книги остались, я и сложила их отдельно.

Настя вспомнила враждебные взгляды в посёлке, когда они приходили в магазин. Каждый раз местные шарахались от них, как от чумных. Кроме продавщицы, никто с ними не разговаривал, да и та старалась обслужить побыстрее и облегчённо вздыхала, когда они прощались. Возможно, причина была в том, что колледж выселил местную школу и администрацию, и теперь жители плохо относятся к студентам? Размышления Насти перебил вопрос библиотекарши.

– Хорошие книжки. Ты читала сказки? Про Бабу-Ягу, Кощея, Лихо Одноглазое?

– Да, что-то читала, – промямлила Настя. Для неё сказки уже несколько лет являлись реальностью. Трудно относиться к ним спокойно, если твой друг Серый Волк, а ты лично участвовала в битве на границе с Навью. – Мне учебник истории нужен.

– Хорошо, но ты и сказки возьми. Вот этот сборник тебе вполне по возрасту, там сказки настоящие, для детей не адаптированные, – сказала старушка, подходя и снимая с полки толстый том в потёртой обложке. – Бери, бери.

Она пихнула книжку в руки Насти. Той показалось, что от библиотекарши пахнуло болотом и травами, но старушка быстро отступила и зашаркала за стойку.