Андрей Герасимов – Волшебный глобус (страница 4)

Моня хмыкнул и тоже представился:

– Парамон.

– Бонифаций Евпатьевич, – подал из-за стола голос дедушка. Он всё ещё не мог поверить в реальность происходящего.

Глобусник снял треуголку и вывел ей в воздухе какую-то замысловатую завитушку (знать, у них, у глобусных джиннов, так принято). Потом он важно откашлялся и торжественно произнёс:

– Разрешите представиться! Меня зовут дон Мигуэль Хуан де Гарсиа.

– Ничего себе имечко, – аж присвистнула Соня.

– Испанское, – шепнул сестре Моня. – Впрочем, это и не удивительно. Глобус-то дедушка купил в Испании.

– Точно, – кивнул глобусник. Вероятно, он расслышал слова мальчика. – Я родом из славного испанского городка Палос-де-ла-Фронтера, откуда в августе 1492 года Христофор Колумб отплыл на запад, навстречу самому величайшему свершению в своей жизни. Кстати, мой двоюродный пра-пра-прадедушка дон Чучо Фабиан де Гарсиа жил в глобусе, который незадолго до своего знаменитого плавания внимательно рассматривал Колумб. На этом глобусе ещё не было Америки.

– Дон Чучо, – прыснула от смеха Соня. – Какие странные у вас в Испании имена. А как это будет по-нашему? Вот, например, ваше имя.

– Мигуэль – по-русски будет Михаил, – блеснув эрудицией, вместо глобусника ответил дедушка. Он начал потихоньку привыкать к присутствию в своём кабинете в некотором роде сказочного существа.

– А Хуан – это по-нашему Иван, – не отстал от деда в сверкании эрудицией Моня.

– Значит, по-русски вас будут звать Михал Иваныч де Гарсия? – спросила у глобусника Соня.

– Наверное, да, – растерянно согласился с юной сеньоритой глобусный джинн.

– А можно я вас так и буду называть – Михал Иванычем? А то мне трудновато выговаривать длинные иностранные слова, вроде всяких там аберевитур. Я ведь ещё даже в школу не хожу.

– Хорошо, сеньорита, договорились. – Глобусник вновь снял треуголку и галантно поклонился Соне.

Девочка покраснела (ей ещё никогда никто не кланялся) и тут же воспользовалась милостивым разрешением глобусника:

– Михал Иваныч, раз вы джинн, то, наверное, можете исполнять любые желания? Как Джинни из диснеевского мультика про Аладдина.

– Увы, – пожал плечами глобусник (при этом бахрома на его эполетах смешно зашевелилась, словно щупальца золотой медузы). – Это джинны, живущие в лампах, умеют исполнять любые желания, а мы, глобусники, весьма ограничены в своих возможностях. Мы, если так можно выразиться, специалисты весьма узкого профиля.

– И что же вы умеете? Что у вас за профиль такой?

– Мы лишь умеем переносить людей в любую точку земной поверхности, изображенную на нашем глобусе.

– Это как? – захлопала пышными ресницами девочка.

– Весьма просто, – ответил Михал Иваныч. – Стоит вам произнести переносильное заклинание «Аргентина манит негра», а потом назвать место, в котором вы хотели бы оказаться – и я тут же вас туда перенесу.

– В любое место на земном шаре?! – переспросила Соня.

– Да, – кивнул глобусный джинн.

– Здорово! Это как раз то, что нам сейчас необходимо! Мы ведь ШЛЮП основали. – Соня пояснила для несведущего джинна: – Это аберевитура такая. Означает – Школа Любознательных Юных Путешественников… Так что ваши волшебные умения, Михал Иваныч, нам позарез как нужны! А то дедушка заставляет нас с Моней камни грызть. А нам путешествовать охота, а не дома сидеть, да булыжники жевать.

– Точно! – поддержал сестрёнку Моня. – Даёшь экспедицию! Прямо сейчас! Ура!

– А куда рванём? – спросила брата Соня.

– Например, в Антарктиду, – неожиданно выдал Моня. – Давно мечтаю пингвинов вживую посмотреть.

– Постойте, – хотел было вразумить внучат дедушка. – Какая Антарктида?! Какая экспедиция?!

Но было уже поздно.

Соня быстро проскороговорила:

– Аргентина манит негра! – Не менее быстро добавила: – Хотим в Антарктиду!

И…

6. Первый блин

…И ничего не произошло. Как стояли Соня, Моня, Бонифаций Евпатьевич и глобусный джинн посреди дедушкиного кабинета, так и продолжали там стоять.

– Ну-у, я так не играю! – обиженно надула губы Соня. – Михал Иваныч, вы что – обманули нас?

Глобусник фыркнул:

– Сеньорита Сонья! – (Как уже говорилось, глобусный джинн изъяснялся с акцентом. Поэтому вместо «Соня» у него получалось «Сонья»). – Как вы могли такое подумать?! Да будет вам известно, глобусных джиннов отличает исключительная правдивость!

– Но почему же мы тогда не в Антарктиде? – пришёл на помощь сестре Моня.

– Во-первых, сеньор Парамон, – начал нравоучительным тоном глобусник, – надо чётче задавать координаты местности, куда вы желаете попасть. Об этом гласит четвёртый параграф Вселенского кодекса глобусных джиннов. А во-вторых, я же говорил: глобусный джинн умеет переносить людей в любую точку земной поверхности, изображенную на его глобусе. А на моём глобусе нет никакой Антарктиды.

– Как так нет? – удивилась Соня.

– Откуда мне знать. Нет, и всё тут. – Задетый за живое глобусник картинно скрестил руки на груди – стал похож на памятник какому-нибудь пиратскому капитану.

– Ничего не понимаю, – пробормотал Моня.

– А я, кажется, понимаю, – сказал дедушка. – Всё очень просто. Глобус уважаемого Михал Иваныча, – (дедушка по примеру внучки решил величать глобусного джинна на русский манер), – был создан в восемнадцатом веке. А Антарктиду – открыли лишь в девятнадцатом.

– Точно! – просиял Моня. – Я же совсем недавно об этом читал. И между прочим, открыли Антарктиду русские мореплаватели – Беллинсгаузен и Лазарев.

– И тут несправедливость, – покачала головой Соня. – Открыли Антарктиду русские, а назвали новый материк в честь какого-то иностранца. И имечко у него какое-то странное – Антаркт. Наверное, какой-нибудь грек.

Дедушка и Моня расхохотались. Глобусник воздержался. Он слабо понимал, о чём идёт речь. На его глобусе и вправду не была изображена не открытая ещё в восемнадцатом веке Антарктида. Да и о Лазареве с Беллинсгаузеном он никогда раньше не слышал. Отстал от жизни за несколько веков.

– А чего вы смеетесь? – спросила у дедушки и Мони Соня.

– Над тобою, – утирая выступившие от смеха слезы, ответил Моня. – Опять ты всё перепутала. Нет такого имени – Антаркт.

– Как так нет? – не поняла Соня. – А в честь кого тогда Антарктиду Антарктидой назвали?

Слово взял дедушка. Объяснил:

– Приставка «ант» – с древнегреческого переводится как «противоположность». Следовательно, Антарктида – это противоположность Арктиде, то есть Арктике. Эти примыкающие к полюсам районы действительно находятся на противоположных сторонах земного шара. Смотри. – Бонифаций Евпатьевич поднял с пола глобус. – Арктика – находится здесь, на Севере, а Антарктида – напротив, на Юге. Просто картограф восемнадцатого века не изобразил её здесь. Он ведь не знал о её существовании.

– Эх, жаль, что из-за этого мы не сможем отправиться на Южный полюс, – тяжело вздохнул Моня.

– Не переживай, – успокоила брата Соня. – Не попали на Южный полюс, попадём на Северный. Не увидели пингвинов, полюбуемся на белых медведей.

Не успел дедушка сообразить, что ещё удумала Соня, как юная озорница вновь протараторила:

– Аргентина манит негра! Желаем попасть на Северный полюс!

Хлоп!

Не успели наши герои и глазом моргнуть, как некая волшебная сила перенесла их из тёплого дедушкиного кабинета, на холодную полярную льдину. Разницу в температуре путешественники ощутили мгновенно. И это неудивительно. Ведь на них по-прежнему была лёгкая домашняя одежда: на Соне – сарафан, на Моне – майка и шорты, на дедушке – тельняшка да парусиновые брюки. Ну, и домашние тапочки у всех на босу ногу. В общем – экипировка не для прогулок по заснеженным льдинам.

А льдины вокруг были именно что заснеженные. Да и температура – скорее всего минусовая. Из носов и ртов неожиданных полярников валил густой пар.

Первым пришёл в себя дедушка. Растерянно спросил:

– И где это мы очутились? И самое главное – как мы здесь очутились?!

Ответил дедушке глобусник (он тоже вместе с остальными перенёсся из кабинета на льдину):

– Мы на Северном полюсе. Как вы и просили. А перенёс вас сюда я. Это моя работа. Сеньорита Сонья произнесла заклинание и указала место, куда желает попасть. А я всего лишь исполнил её желание. Всё по Вселенскому кодексу глобусных джиннов. – На всякий случай уточнил: – Это прописано в третьем параграфе.

– Ур-р-ра! Сработало! – радостно завопила Соня. – Мы на Северном полюсе!

Впрочем, радость девочки тут же пошла на убыль. Уж больно на полюсе было холодно. Дети мгновенно покрылись «гусиной кожей», а их носы теперь напоминали редиски – такие же розовые с белыми кончиками.