Андрей Георгиев – Земля цвета крови (СИ) (страница 35)

— Отец Ингумарион, вы о чём вообще? — растерялся Аскорд. — Я всегда свои обещания выполняю. Соизвольте объясниться.

— Мы повели с собой святых людей на битву с сильтурами, потому, что магов в ополчении было очень мало. Было такое, генерал?

— Конечно было. Дальше-то что? Спасибо за помощь, конечно.

— Да не в спасибо дело! — произнёс священник. — Наше общество разделилось на две части. Одна возмущается тем, что мы участвовали в сражении и уничтожали тех, у кого свой Всевышний в судьях ходит, мы не имели права вмешиваться в дела мирские.

Генерал смотрел на отца Ингумариона одновременно и с удивлением и с непониманием.

— Сделали хорошее дело, вернулись к своей службе ваши люди, что в этом плохого? Вот хоть убейте меня, не могу вас понять!

— А то случилось плохое, что нас к службе Владыка не допускает. Говорит, что мы, с кровью на руках, не достойны нести свет и любовь людям, прощать им грехи и служить молебны!

— Ваш Владыка вообще на голову слаб? — спросил Аскорд, поняв причину возмущения отца Ингумариона. — А он, ваш Владыка, пропустил мимо ушей, или ему не доложили, сколько храмов и соборов сожгли сильтуры, сколько невинных людей погибло? Что у вас вообще происходит? Ладно, вы со своими делами как-то сами разберётесь, но какое обещание я вам давал?

— А вот какое! — ответил отец Ингумарион, доставая из рукава серой накидки, лист бумаги с текстом.

Одного взгляда на текст генералу хватило, чтобы всё понять. На бумаге было написано тоже самое, что и на листочке, который Аскорду вручил лекарь. Принц решил внести во всё гражданское общество раздор и хаос и потом, сделав красивую игру при плохой мине, примерить все слои общества и стать любимым и уважаемым правителем. На бумаге, чёрным по белому, было написано, что генерал Аскорд призывает всех граждан города не повиноваться новой власти и когда он, Аскорд Завоеватель, займёт трон и станет управлять королевством, то наступит всеобщая благодать и процветание в Алаури.

— То есть, святой отец, вы приняли этот бред за настоящие мои слова и обещание? Другими словами, я должен свергнуть власть, примирить всех святых и всех людей? Я что, всемогущий? Я что, Всевышний? Как вы могли такое подумать?

— Все так в городе и в нашем обществе говорят. — не сдавался Ингумарион. — Все ждут от вас реальных дел, генерал! Того, что принц устроил на площади Роз, достаточно, чтобы его сместить, уничтожить, упрятать в тюрьму и так далее.

— С этим я как-нибудь сам разберусь, святые отцы. А насчёт вашего Владыки, вот как поступим. Вы ему, от меня лично, передайте следующее… …

Палатка была поделена на две условные части. В одной, в маленькой, стоял деревянный, раскладной стол, стул. Это была «приёмная» генерала. Лейтенант Сокримник разложив на столе бумаги, сортировал донесения, нумеровал их, регистрировал в специальной тетради. Он удивлённо посмотрел на два вихря, которые вырвались за пределы палатки. Лейтенант пожал плечами, взял со стола бутылку с микстурой, ложку и кружку с водой, вошёл в отделение палатки, где улыбаясь, сидел на стуле генерал Аскорд, зафиксировав свой взгляд на дальнем от него углу палатки.

— Господин генерал, ваша микстура. — произнёс адъютант.

Аскорд удивлённо посмотрел на лейтенанта.

— Я же тебе велел, голубчик, забыть о микстуре и лекаре?! Невыполнение приказа?

— Никак нет! — лейтенант вытянулся по-струнке. — От вас потом поступила другая команда по поводу микстуры.

— Ах, да! Забыл, видно, старею. Давай свою отраву, лейтенант.

— Господин генерал, а что вы такого страшного святым людям сказали, что они, как ураган, с красными пятнами на лицах, вылетели из палатки?

Генерал запил микстуру водой, поморщился.

— Видишь ли, лейтенант! Не люблю всех дрязг за своей спиной. Я передал Владыке, что уволю всех, кто не принимал участия в сражении у Ведьминых болот, все храмы и соборы по городу и по всему королевству закрою, разрушу и сравняю с землёй.

— Жестоко!

— Другого варианта у меня не было, лейтенант! На некоторое время в этом, святом, болоте перестанут лягушки квакать. А если серьёзно, то общество стоит на грани гражданской войны благодаря принцу Минтерро. Не семья, а дьявол знает что! Как за Азвура красавица Сольвилия вышла замуж — ума не приложу! Как мы с ней на балах отплясывали, ты бы знал! Эх!

Лейтенант Сокримник улыбнувшись, зашёл в «приёмную», собрал бумаги на столе в одну стопку, ещё раз улыбнувшись.

Королева Сольвилия подвернула ногу на той скорлупе грецкого ореха, на которую я нечаянно наступил, когда мы опустились по ступенькам в подземный ход. Красная светящаяся нить на стене закончилась, мы прибыли на место. Почти прибыли.

— Ваше Величество, как же вы так? — сказал я, придерживая королеву под руку. — Идти сможете самостоятельно?

Произошло то, что должно было произойти: королева присела на ступеньку лестницы и заплакала. В потрёпанной одежде, которая, сейчас напоминала обрывки некогда дорогого и добротного одеяния, с синяками на лице и слезами на глазах, сильная женщина, некогда первая дама королевства, сейчас была похожа на самую обычную девочку, у которой забрали её самую любимую игрушку. Если и есть в мире самое страшное оружие, то это слёзы женщины.

Я придержал рукой Сильрель, которая хотела успокоить королеву. Пусть поплачет, это даже полезно. Мужчины, эти суровые воины, Стим и Бравый, тоже растерянно смотрели на Сольвилию. В одних подштанниках, с синяками на лицах и со следами пыток, они смотрели на меня, словно ждали принятия какого-то решения. У меня оно было, понравится это кому-то, или нет. Я поднял королеву на ноги и перекинул её через плечо. Королева пискнула, но мужественно терпела всю дорогу по ступеням.

Когда половина бочки-тайника отошла в сторону и я передал королеву в руки Азартара, у меня как-то странно дрогнул пол под ногами, в голове раздался шум ветра и барабанная дробь. Сквозь пелену радужных колец и обрывки сизого тумана, который застилал мне глаза, я рассмотрел Терру. Она испуганно смотрела на меня, что-то шевеля губами и показывая на рукав моей рубашки. Дьявол! О ранении я и забыл. В глаза ударил резкий свет, я обнаружил, что лежу на диване в гостиной комнате, рядом со мной стоит человек в мантии белого цвета. Он смешно шевелил своими пухлыми губами и водил над телом рукой, которая сжимала красивый амулет в форме снежинки. От амулета по всему телу расходилось приятное тепло, меня подхватили в свои объятья волны неги и лени, глаза закрылись.

Я проснулся от того, что кто-то на меня смотрел. Рядом с диваном стоял старый Ингвард Волк и Эльбург. Они смотрели на меня с сожалением и с осуждением одновременно.

— Как ты, сопляк, мог попасться на уловку той девицы. Отвечай, воин!

— Альтор, внук, — произнёс дед. — Ты забыл всё, чему я тебя учил.

— Плохо ты его учил, Ингвард! — мечник Эльбург был суров, но справедлив. — Он, после вручения ему права на обладание чимкеном, ни разу с ним не провёл занятий. Отсюда, Ингвард, это ранение. Ты понял, воин? Только тренировки, два часа утром, два часа вечером! До изнеможения, через не могу, переступая через лень и усталость. Ты меня понял?

— Понял. — ответил я.

— Барышне так тихо будешь говорить на ушко красивые слова, сопляк. Ещё раз спрашиваю, ты меня понял?

— Понял! — закричал я, меня подбросило вверх на диване, я окончательно проснулся.

Всё также возле люстры кружила в своём танце разноцветная пирамида, гостиную комнату заливал яркий свет Сантора. Окно было приоткрыто и я оглох от крика, делящих что-то между собой, птиц. Может они просто радовались каждому дню, Сантору и возможности жить в мире, где есть земля, воздух, деревья, трава?

В комнату ворвался дурманящий запах женских духов, надо мною склонилась та, ради которой я готов идти хоть на край света, пройти через любые испытания. Сгореть в аду и опять воскреснуть. Воскреснуть ради того, чтобы ощущать её запах и радоваться нежному поцелую её губ. Сильтерция? Ваше Высочество? Нет, для меня она будет Терра. Это не обсуждается.

Глава 25

— Ты с нами, Альтор? Рана не беспокоит?

— Да, с вами. Раны, как и не было. Маг-лекарь хороший был, всё нормально.

— Ты в этом уверен?

— Более чем.

Стим, Бравый, Нахал и ещё два наёмника стояли сейчас во дворе дома Азартара, внимательно меня осматривая, словно выискивая у меня недостатки.

— Смотри, Альтор, назад пути не будет. — сказал Стим. — Веди нас, ты главный в подземелье.

Приятно, когда с тобой считаются, тем более умудрённые опытом воины. Но одновременно с этим, всё это накладывает свой отпечаток на поведение человека, он начинает чувствовать груз ответственности не только за свои поступки, но и за действия тех, кто находится рядом, за их жизни. Никогда бы не подумал, что произнесу такие высокопарные слова, но это так и есть на самом деле.

Почему я главный сейчас? После того, как я рассказал Стиму и Азартару о моей встрече с привидением, вопрос о старшинстве не стоял. Подземелье считало меня если не своим, то достойным для безопасного передвижения по подземным коридорам. Так сказал Азартар, он в этом был уверен. Хм. в отличие от меня.

Нахал сменил погибшего Панихиду, стал командиром десятка наёмников. Но сейчас не до сражений по всем канонам военного времени, сейчас предстоит индивидуальная работа и игра — «кто кого перехитрит». Принц Минтерро, или мы его. Появление генерала Аскорда в городе произойдёт после того, как мы перекроем все возможные лазейки для отступления сына Арзвура, этого самодура и тирана. На трон должна взойти королева Сольвилия, и чем раньше она это сделает, тем лучше будет для всего королевства Алаури.