Андрей Георгиев – Подарите нам звёзды (страница 16)

Через пол часа Нельсон зашёл к себе в комнату, отодвинул дверцу шкафа. Так, сумка с личными вещами на месте. А вот и кейс с документами. Адмирал положил кейс на кровать, начал набирать комбинацию цифр и букв. Светодиод моргнул три раза, пауза, ещё три раза. Понятно, кто-то хотел открыть, но не подобрал шифр. А просто украсть — невозможно. Датчик передаёт постоянное месторасположение кейса.

Светодиод загорелся зелёным светом, замки щёлкнули, крышка кейса приоткрылась. Нельсон надел кобуру, вложил в неё парализатор. Постоял секунду, достал из кейса армейский эстарт, засунул за поясной ремень. Под кителем не видно. То, что нужно.

Нельсон подошёл к двери кабинета Ставински. Таблички уже не было. Оперативно. В приёмной — молодая особа. Короткие ярко-зелёные волосы, в ушах, в прелестном носике — блестящие кольца просто невероятного размера. Бедолага.

— Мущщщина, Вы куда без записи? Или вам назначено?

— Э.э. э… я к себе, а что? А Вы кто, собственно говоря?

— Элизабель, я секретарь господина директора.

Нельсон опешил.

— Милочка, а кто у нас сейчас директор «Цереры»?

— Полковник Джонсон. Бывший начальник отдела два-бис.

— Джонсон, говоришь? Он то мне и нужен. — сказал адмирал, взяв в руку парализатор, снимая его с предохранителя. — Пикнешь — убью. Он один?

Секретарь вжалась в кресло, еле заметно кивнула. Адмирал открыл дверь в кабинет, сделал несколько шагов и нажал на спусковую скобу парализатора.

Глава 13

— Майор…

— Первый. Я — Первый.

— Что — первый?

— Мой позывной — Первый. Неужели так трудно запомнить?

— Нет, не трудно. Вечно у вас, у военных, какие-то. мм. нелепые клички и позывные.

— Так принято, мэм. Привыкайте.

Эль вздохнула. У неё теперь позывной — «Док», у Ольги Ханиггер — «Ханна», а у Льюиса Дартнелла — «Дарт». Вейдер бы ещё добавили, всё было бы очень смешно. Ольга вообще обиделась на майора, когда он предложил ей позывной — «Нигер». Дебилы.

— Док, как слышите, приём.

— А кто со мной сейчас разговаривает? — спросила Эль.

— Ну-у, Док! Мы же договорились, что связываться с Вами буду только я. Я о военном сопровождении. И не разговаривает, а кто на связи.

— Эль, тебе не кажется, что это наша с тобой последняя экспедиция? — вдохнув, сказала Ольга. — С нашими кавалерами мы прославимся, в кавычках, на всю Вселенную.

— Меня такие мысли посещают каждую минуту. Особенно, когда слышу голос нашего майора. — ответила Эль.

— Первого. — раздалось в эфире.

— Что первого? — в один голос произнесли женщины.

— Голос не майора, а Первого. — объяснил Лисицкий.

— Тишина в эфире. Майор, отставить свой казарменный юмор. — прозвучал голос профессора Ван Грига. — Все собрались, минутная готовность. Теперь всем слушать оператора. Девочки, соберитесь. Удачи.

— Так, сейчас произойдёт подгонка ваших костюмов под особенности вашего тела. Ничего не бойтесь и не пугайтесь. Поехали. — раздался приятный мужской голос.

Эль внутренне сжалась, услышала вздох Льюиса. Или это ей показалось? Её костюм раздулся, ожил, послышался шум нагнетаемого воздуха. Стало не уютно и до омерзения — противно. Как будто ты находишься внутри огромного животного, которое шипит и норовит тебя ужалить. Или ещё чего хуже.

На дисплее шлема костюма появилась надпись — «осушка». Перед глазами Эль появились колонки цифр, которые стали меняться с пугающей быстротой. Следующая надпись — «калибровка».

От эго вида бесконечной круговерти цифр и значений, у Эль закружилась голова. Она прикрыла глаза, головокружение исчезло. Не могли предупредить, изверги? Эль открыла глаза и охнула. Она сейчас видела совершенно незнакомую обстановку. Это что, они сейчас находятся на каком-то летательном аппарате? Да, скорее всего. Рядом с женщиной сидел кто-то в скафандре. На левом рукаве — бирка с номером «2». Это Ольга. Через проход между креслами — такой же скафандр с биркой «3». Эль подняла руку. Так и есть — цифра «1». А как же неугомонный майор с позывным «Первый»? Сейчас он взвоет.

— Эй, оператор, это майор Лисицкий. Почему у меня номер «4» на рукаве? Я же «Первый»!

Ольга нервно засмеялась. Она попыталась поднять вверх большой палец руки, но это получилось в первый раз очень неуклюже.

— Ну и что? — раздался спокойный голос оператора. — У всех у нас бывают взлёты и падения. Теперь у вас позывной — «Четвёртый». У Смита — «Пятый», у Лю Синь — «Шестой», у Марковича — «Седьмой», у Снегова — «Восьмой», у Браговича — «Девятый», ну, и у Васильева — «Десятый». Я программу больше не буду переделывать. Все жалобы и предложения — в письменном виде, заверенными в отделе кадров базы.

Эль усмехнулась. Парень-оператор с юмором. Это очень хорошо.

— Так, господа! Попробуйте встать с виртуальных кресел и походить по салону челнока. Места всем хватит. — сказал оператор.

Эль, а вслед за ней и Ольга, встали с кресел. Очень осторожно встали. Но, к своему изумлению, они обнаружили, что двигать руками-ногами и всем телом очень легко.

Складывалось впечатление, что они сейчас находились в спортивной форме. Андроиды — не люди. Им не нужен запас кислорода, они не выделяют продукты жизнедеятельности организма, они не чувствительны к перепадам температур. Нет, ограничения, конечно, есть, но это несравнимо с ограничениями для человеческого тела.

Эль присмотрелась к скафандру Ольги. Классический белый цвет, громадный шлем, затемнённое стекло. На шлеме — слева-справа — видеокамеры, сверху стекла — продолговатый фонарь. Все соединения костюма гибкие, нет за спиной громоздкого модуля жизнеобеспечения. Вместо всего этого безобразия — аккуратный реактивный ранцевый двигатель.

На левой руке — большой по размерам прибор, регистрирующий ряд температур, как внутри скафандра, так и снаружи. Эль пролистала меню этого удобного гаджета. Всё просто и понятно. Заряд батареи, виды излучения, таймер, обратный таймер, состояние андроид-системы, повреждения критические, не критические, управление магнитными зацепами.

Эль с ужасом вспомнила, как была на выставке-продаже андроидов. Особенно поразили её модели десятого поколения, которые имитировали поведение человека, дыхание, улыбку, мимику и так далее.

С открытием и началом выпуска биорезины, всё это стало возможным. Нет громоздких скелетов, нет необходимости в управлении роботом с помощью электродвигателей. Нано-импульс электрического тока и биорезина приводится в действие. Чем не человеческие мышцы? Титано-керамический остов, несколько видов резины, пластик, гели, электроника, индивидуальный искин, заменяющий человеческий мозг — пожалуйста, робот-андроид готов. Но после этой выставки, у Эль осталось неприятное чувство. Искать равных себе среди неживого, искусственного, это… отвратительно.

Тем не менее, андроиды многое делают вместо людей, заботятся о их безопасности. Эль попробовала тактильные ощущения. Да, она ощущала кожный покров андроида, как свой. Моторика — удивительная. Андроид повторял все движения человека. Вдеть нить в иголку — нет проблем, взять мелкий предмет размером с горошину — легко. Но при всём при этом, Эль сейчас могла с лёгкостью поднять груз в пять раз превышающий её собственный вес тела. Если не больше.

— Оля, ты как? — спросила Эль. — То есть, Второй, как прошло знакомство с… ну, ты поняла.

— Это просто фантастика, Первый! — ответила Ольга. — Вот меня только одно смущает. Представь только. У нас первый контакт с другой цивилизацией, мы снимаем, то есть андроиды снимают, с головы шлемы. И что? Все мы, как под копирку сделаны. Без бровей, ресниц и так далее. От нас все пришельцы разбегутся.

— Это да… первые модели андроидов-астронавтов. Могло быть и хуже, как я понимаю.

— Всё, господа хорошие. Час времени истёк. Вы, я надеюсь, привыкли и к вирткостюмам и к телам андроидов. Два часа перерыва, потом погружение на четыре часа. Обстановка — внутри корабля пришельцев. Отдыхайте, господа. — прозвучал голос профессора. — Эль, то есть Первый, когда снимите костюм, меня найдите.

Невозмутимый Безликий сбился с шага, споткнулся.

— Это всё как это? — произнёс он. — Это что такое?

В ответ ему была тишина. Я почувствовал, как по телу пробежала дрожь. Невероятно. Находка на Гальвано по сравнению с тем, что мы сейчас видели — ничто.

Я посветил мощным фонарём по сторонам, рассматривая это сооружение. Затем луч света скользнул по ступеням. Вкрапленя в материал ступеней отражал лучи света, добавляя волшебства в картину происходящего.

Под раскидистым огромным деревом, которое мне сейчас напоминало плакучую иву, на высоте примерно пятнадцати метров, находилась арка из блестящего жёлтого метериала. К ней и вели тридцать две ступени. Через каждые восемь ступеней, шириной четыре метра — горизонтальная площадка. Восемь ступеней — горизонтальная площадка. И так до самого верха.

— Это что за скульптуры? Не узнаёте, отцы командиры? — восхищённо произнёс Малыш.

Вид самого сооружения отвлёк наше внимание от основания лестницы, где находились, на полуторометровом возвышении, две скульптуры, несомненно, волков. Даже при свете фонаря, можно было различить, что эти скульптуры сделаны из небесно-голубого камня.

И опять же — с вкраплениями в этот камень блёсток жёлтого цвета. В голове промелькнуло сразу — золото, но я это списал на свою богатую фантазию. Для Земли — золото это эталон. На других планетах — это не обязательно.