Андрей Фролов – Стратагема несгораемой пешки (страница 21)

– Вообще‑то большинство считает, что мы сражаемся на стороне откровенно плохих парней…

– Ничего в этом мире не происходит без благословения Легбы, – спокойно парировал Сантейро, поднимая сумку. – Даже когда мы убиваем себе подобных, невинные остаются целы. По большей части. Не Данст призвал меня согласиться с контрактом, он лишь орудие. И не бхикшу «Хитоде». А Избавляющий, чей голос слышат немногие…

Зеркальные очки не отрывались от Варгаса. Тот глубоко вздохнул, словно подбирая меткий ответ, но тут вмешался Мартин.

– Нам пора.

– Конечно, – выключив терминал управления системами дома, Фаусто направился к двери. И обернулся, еще раз кивнув лично Исмаэлю: – Если партия затянется, я постараюсь помочь тебе увидеть…

– Благословенная Мария и терпеливый Иосиф, – тот театрально закатил глаза и отер лоб влажным платком. – Доппи, пойми меня правильно, но ты умеешь подбирать людей…

Данст едва успел к назначенному Молтоном часу.

Придорожный мотель оказался полностью автоматизирован, не требуя тратить время на регистрацию и оплату, и не опоздать на сеанс связи Доппельгангер смог только благодаря этому обстоятельству. Высадив его на парковке, Варгас и Сантейро укатили в сторону Форт Лодердейла.

Активировав одну из липовых кредитных карт, Мартин поднялся в забронированную для него комнату – жестяную коморку, одну из сотен одинаковых нор мотеля, собранного из старых грузовых контейнеров. Внутри оказалось на удивление уютно – залитые звуконепроницаемой пеной бежевые стены, двуспальная кровать, биотуалет и, конечно же, прикрученный к стене терминал.

Разложив откидной столик, Данст опустился на шаткий стул из прессованных опилок и глины. Вошел во внутренний спатиум гостиницы и торопливо ввел адрес зашифрованного канала. Бенджамин, мрачный и немногословный, вместо приветствия лишь постучал себя по наружной стороне запястья безнадежно устаревшим жестом.

– Уровень сопротивления «центурион», – сразу перешел к делу поверенный, все еще хмурясь и невольно нервируя пешку. – Есть возможность появления «детских» групп, в таком случае вам будут противостоять еще и стажеры. Уорберг и Рито ответили отказами. Без объяснения причин, но я думаю, они ждут решения Комитета. Не звони ни одному, ни другому: нарвешься на грубость.

– Это плохо… – Мартин подстроил громкость одноразовых наушников, отбросил драную упаковку из быстроразлагаемого пластика. – С Рито мы неплохо сработались во время «Силиконовой» заварушки…

– Как твой алкоголик?

– Выкарабкается. Я нашел ему друга, им есть, о чем поболтать…

– Значит, ты все‑таки отыскал шамана?

– Мы на пути в Альянс. Ночной стыковочный на челнок в Норфолке.

– Попробую шевельнуть заокеанские контакты, – старик откинулся на спинку кресла. В его пальцах материализовался стакан с виски и кубиками льда. – Однако, пусть Синеокий Арджуна станет свидетелем моему предостережению, я бы на это особенно не рассчитывал…

Он глотнул, задумчиво разглядывая потолок. Побренчал льдом, покрутил пальцами протеза.

– Впрочем… Отправь кого‑нибудь в Женеву. – Молтон кивнул, приняв решение и что‑то помечая в личных записях. – Я постараюсь наладить контакт с Эйрин Маршалл, она дала о себе знать. Одна из моих бывших стажерок, сейчас поднялась до «беты». В основном балуется диверсиями, но отлично водит технику. Я проведу предварительные переговоры, много она не запросит…

– Новичок?

– Мы все когда‑то были новичками. В общем, на твоем месте я бы носа не кривил…

– У меня тоже есть пара мыслей на этот счет. – Пальцы Мартина заскользили по исцарапанной столешнице, управляясь с голографическим трекболом и клавиатурой. – Вот список имен. Пробей. Если в партию вступят хотя бы двое из них, я буду считать подготовку успешной. Если упрутся, покажи им цифры. Даже если для этого придется рассекретить контракт. С Маршалл тоже обещаю связаться.

Какое‑то время Молтон молчал, изучая поступившие на его терминал данные. Седые брови агента двигались, будто жили собственной жизнью, то сходясь, то разбегаясь. Наконец он кивнул, делая еще один глоток виски.

– Сделаю все, что смогу, – признал он, поджимая губы.

– Что‑то еще? – Данст вздохнул, внимательно изучая лицо поверенного менеджера. – Выкладывай.

– Ребята из «Хитоде» соизволили поделиться кое‑какой информацией, – Бенджамин несколько раз причмокнул, словно пытался вычистить соринку, застрявшую между зубами. – Еще до выдвижения на объект тебя ждет сюрприз.

– Твое лицо не располагает к хорошим новостям.

– Об этом позже… В общем, мой мальчик, япошки нащупали фортификатора. Аарона Донахью. Человека, который проектировал цитадель «Конро». И сливают мне его координаты.

– Ты шутишь?

– Нисколечко… – Молтон вздохнул и повел широкими плечами. – Конечно, я заподозрил подвох. Умники вроде Такешиге никогда не ведут войну до победного конца. Довольствуются ритуальными уколами, щипками и укусами. Но я пробил данные… и это действительно он. Мозг, создавший оборонительные сооружения и рассчитавший планометрику двух испанских высоток «Конро» и Кей‑Джи‑8621 в частности. Офисная пешка высочайшего уровня. Хранитель ключей. И тем не менее, японцы его слили. Чуешь, к чему я веду?

– К тому, что суп получается густым.

– В точку, мой мальчик. – Бенджамин побарабанил по столу, и на терминал Данста посыпались зашифрованные пакеты. – Сейчас Донахью вкалывает на один из арабских Статусов. Неофициально, в качестве консультанта. Стал важной птицей. Настоящий шейх – охрана, почет и роскошь. Однако раз в год – в точности в Рождественскую ночь… да‑да, именно ночь Рождества, и не смей морочить мне голову своими Декадами Терпимости!.. так вот, в ночь Рождества Христова он седлает личный самолет и прилетает в Марсель. Провожаемый батальоном охраны, и встречаемый не меньшим количеством вооруженных крепышей. В момент перелета с ним лишь дюжина телохранителей, эдаких парадных гвардейцев для виду и устрашения хулиганов. Кстати, в одном из пакетов его точный курс и ключи входа в воздушное пространство Альянса. Есть идеи на этот счет?

Мартин окаменел. Превратился в статую, вычисляющую в уме сразу несколько сложнейших уравнений. Бенджамин, заметив его отвердевшие скулы, улыбнулся и плеснул в бокал еще виски. Поторапливать своего любимого сотрудника он не спешил.

– Коды, ключи доступа и многослойность охранного спатиума? – на всякий случай уточнил Мартин.

– Уверен, Аарон найдет, чем поделиться…

– Завтра вечером. Не позднее восьми. – Доппельгангер заговорил быстро, но внятно, словно надиктовывал запись, которую позже предстоит расшифровать. – Зафрахтованный «Суперстрим», или нечто аналогичное, на полосах Монпелье, Безье, или, на худой конец, Тулузы. Список снаряжения сброшу во время перелета в Альянс. И еще, даже если придется подключать стажеров: нужен пилот. Пусть временный, пусть не самого высокого ранга, но надежный и не болтливый. Уточни уровень сопротивления на борту. И данные по самолету.

– Сделаю.

– Что по поводу пенса в гостинице?

– Ну… – Бенджамин хмыкнул. – Полагаю, сейчас черти сношают парня в дырку, которую ты проделал в его голове. – Он хохотнул и поднял руку в перчатке, словно призывая успокоиться. – Это не филиппинцы. И не Комитет. И даже не твой бывший приятель. Ничего серьезного, я предполагаю в нем волчонка, решившего свалить вожака…

– Такое бывает. Спасибо. Хорошая работа.

– Однако…

– Бен, а вот это настораживает.

– Это вообще не полноценная пешка.

– Ты серьезно?

– Клуб до сих пор не может идентифицировать стрелка. А вот его связи с русской группировкой бруклинитов нашлись. Не самые прочные, но…

– Местная мафия точит на меня зубы?

– Не спеши с выводами. Я еще покопаю, будь уверен. Но пока держись начеку.

– Я всегда начеку. У нас что‑то еще? – Несмотря на необычность новостей о стрелке из гостиницы, Мартина трясло от переполнявшего приятного возбуждения, и он чудом удерживал себя на месте. Хотелось бежать, лететь, действовать. В голове зрел план, рискованный и оправданный в равных степенях. – Я так и не услышал главной печальной новости, заставившей моего старичка помрачнеть…

– Да в целом, мой мальчик, ничего сверхъестественного… – Бенджамин допил виски, с громким стуком отставляя пустой стакан, в котором еще оставались тонкие пластинки льда. – Противник готовится к удару, собирает группу, выстраивает стратегию, чего уж тут необычного?

– Молтон?..

– Я еще помню свое имя, малыш… – Седые брови сошлись, разбежались. – В общем… через старые подвязки я вышел на одного вербовщика‑норда. Матерый парень, ведет сразу дюжину групп, очень трудолюбивый. В общем, он по старой памяти поделился нотным листом ТрансСтата «Конро».

– Слил всю партию?

– Нет, конечно! – Поверенный Данста даже опешил от такого бестактного предположения. – Но фамилию рекрутера назвал. – Молтон невесело вздохнул, будто заранее извиняясь перед Доппельгангером, и даже развел руками. – В общем, мой мальчик, мне стало известно, что группу обороны собирает Киллиан Финукейн.

Бонн

24 декабря 2068 года

17‑00

Официантка поставила на стол два высоких заиндевевших стакана с «Гибсоном». Внутри сверкало фиолетовым и едва заметно дымилось через край. Девушка – невообразимо высокая украинка с пышной оранжевой прической, была одета в длинное желтое платье без рукавов. По предплечьям струились голографические татуировки, шею поддерживал жесткий корсетный воротник со встроенной электроникой.