Андрей Фомин – Аномалия Франго (страница 9)

– Про вас, Катя, мне уже рассказали. Мы решили назначить стипендию космофлота в тысячу π-астров в месяц победителю гонки 18-летних. Хоть вам, Екатерина, еще нет 18, сегодня вечером на комиссии я попрошу, чтобы вас допустили. Мне кажется, вы способны побороться за победу!

– Спасибо! Надеюсь, меня допустят. Хотя я бы и на Большой гонке всех победила!

– Ха-ха! Вы очень самоуверенны – мне это нравится. Кстати, победитель Большой гонки гарантированно получит контракт на обучение в академии космофлота. Поэтому, Екатерина, может быть, года через три вас допустят и до Большой гонки выпускников и вы сможете побороться за наш контракт.

Новость о контракте победителю Большой гонки очень взволновала Катю. Она мечтала о космических сражениях с пиратами среди звезд. Здесь, на планете, невозможно было увидеть звезды своими глазами. Бесчисленное множество астероидов, окружающих планету, не позволяли напрямую пройти лучам света. Свет звезды Люмии доходил до планеты в рассеянном, многократно отраженном от поверхностей астероидов виде. Отраженный свет попадал и на противоположную от Люмии сторону планеты, поэтому ночь на Франгō не сильно отличалась ото дня. На равномерно-сером небе никогда не было видно звезд.

Поддавшись внезапному порыву, Катя задала наивный вопрос:

– А как это – летать среди звезд?

– Хм… это довольно сильно отличается от ваших гонок среди астероидов. Такие сгустки материи, как звезды и планеты, не образуют привычную вам мешанину камней Аномалии. Вам, Екатерина, показалось бы, что вы летите в пустоте. Я думаю, вы безусловно знакомы с основами устройства Вселенной, но вы вряд ли представляете, какая бездна отделяет звезды друг от друга. Корабли космофлота, в масштабе бесконечной пустоты Вселенной, всего лишь неподвижные точки, могущие, однако, совершать иногда мгновенные скачки в пространстве.

На задумчивом лице Кати появилось сомнение, и она спросила:

– Если там у Вас все по-другому, то зачем космофлоту такие пилоты, как мы?

– Отличный вопрос, Екатерина. Позвольте я начну слегка издалека. Столетие за столетием человечество улучшало технологии и наращивало мощь искусственных интеллектов. Возможно, вы знаете, более трех тысяч лет назад огромная сеть AI научно-исследовательского института вычислений совершила открытие способа бесконечной упаковки квантовых процессоров – квантовой свертки. Технология сверхсветовых перемещений была применена на микроуровне для создания схем с практически бесконечным количеством квантовых процессоров. Более того, передача информации между процессорами и модулями памяти осуществлялась бесконечно быстро. Такой прорыв в развитии компьютерной техники привел к прорыву в исследованиях в области искусственных интеллектов. Были созданы SupremeAI – искусственные интеллекты колоссальной мощности, обладающие самосознанием.

– А SupremeAI – они… как люди?

– В некотором смысле да. Человеческое общество развивалось в направлении гуманизации. Неприкосновенность личности постепенно становилась абсолютом. Любую мало-мальски опасную работу выполняли роботы с SupremeAI. Но постепенно человечество стало признавать наличие личности и у SupremeAI. Для искусственных интеллектов с самосознанием был разработан свой свод законов.

– Жаль, у нас не могут существовать SupremeAI!

– Вот тут, Екатерина, я с вами полностью согласен. Я без своего персонального ассистента как без рук, ушей и глаз… Да и без мозгов, – лейтенант рассмеялся. – Но вернемся к вашему вопросу. В космофлоте миллиарды пилотов, но все они – SupremeAI. Человек-пилот просто не способен конкурировать с ними. Поэтому пилоты-люди нам, в принципе, нужны только на всякий случай. Ведь если есть такая аномалия, как Франгō, в которой не могут работать SupremeAI, то нет гарантии того, что такое действие аномалии нельзя организовать искусственно в другой области пространства. Пока нам не известно, что такое возможно, поэтому на миллиард пилотов космофлота мы предлагаем контракты только двум людям с вашей планеты – драйверу и стратегу.

Увидев растерянное выражение Катиного лица, лейтенант Андрей Коротаев, улыбнувшись, спросил:

– Не все так романтично как вы думали, Екатерина? Могу вас заверить, что несмотря на то, что я вам сейчас рассказал, обучение в академии будет очень интересным, а при поступлении на службу вы будете находиться на самой передовой. Пираты столетиями пытаются совладать с нашими SupremeAI, и если им это вдруг удастся, то вы – наш единственный шанс.

Катя надолго задумалась. Лейтенант с заинтересованным видом терпеливо ожидал ее реакции. Наконец Катя спросила:

– А если я завтра выиграю Большую гонку, вы предложите мне контракт?… Даже если меня после гонки отчислят из школы?

Лейтенант внимательно посмотрел на Катю:

– Вы – разумная девушка, Екатерина, надеюсь, вы не будете совершать необдуманных поступков.

Сделав небольшую паузу, он добавил:

– В условиях контракта не оговаривается, что победитель должен быть студентом выпускного курса или вообще быть студентом школы полетов. Кто победит – тому и будет предложен контракт.

– Понятно, спасибо. До свидания.

Катя развернулась и быстрым шагом пошла к ангарам с райдерами. Лейтенант Андрей Коротаев задумчиво посмотрел ей вслед, а затем направился в булочную, очень уже ему нравилась местная выпечка.

ГЛАВА 2. Вычислительный центр школы полетов

– Вы слышали Тимур, что сегодня вечером на комиссии будут два неожиданных участника?

Надежда Москвина готовила заварку из семи видов трав, разложив в ряд выбранные емкости с ингредиентами на свободном пространстве своего стола. Правую половину стола занимали мониторы, а левая была завалена хаотично расположенными коробочками, баночками и чайничками. Надежда любила заваривать травы и угощать посетителей полученным раствором, который по старинке называла чаем. Может быть, поэтому директора вычислительного центра школы Надежду Москвину студенты называли Провидцем.

– Ха, уже двое? Я слышал только про одного – рекрута с космофлота.

Бывалый зашел к Надежде, чтобы обсудить планы правительства по организации парка развлечений на одном из астероидов. Но по сложившейся традиции перед серьезным разговором осуществлялась магия заваривания трав. Как Провидец выбирала, какой набор трав заварить в этот раз – никто не знал. Иногда чай успокаивал, иногда будоражил, иногда развязывал язык. В этот раз Бывалый, уловив первые нотки запаха заварки, ощутил, что его мысли стали проясняться. Как будто система жизнеобеспечения райдера влила порцию тонизатора ему в кровь.

– Будет еще один: не совсем обычный участник – это АИДА.

– Вот это да! Вы добились своего, профессор, поздравляю! Но как вам удалось уговорить администрацию, чтобы АИДА участвовала?

Надежда не спеша разлила чай в кружки и только после этого ответила:

– Тимур, ваше стремительное продвижение по служебной лестнице школы настолько повысило ваш уровень допуска к секретной информации, что мне позволительно рассказать вам некоторые детали разработки АИДЫ. Эта информация засекречена.

– Хорошо. Я понял.

– Я разрабатываю систему искусственного интеллекта уже более двух десятков лет. Вы знакомы с моей точкой зрения, что несмотря на то, что наши технологии не позволяют производить процессоры для SupremeAI, собрав большой транзисторный суперкомпьютер, мы можем создать полуразумный AI. Год за годом наш вычислительный центр наращивал мощность суперкомпьютера школы и совершенствовал алгоритмы искусственного интеллекта. Десять нижних этажей этого здания заняты под систему с четвертью миллиарда ядер. Вы не задумывались, зачем космофлоту, меценату нашей школы, тратить такие деньги на устаревшую на тысячи лет технологию?

– Да, я задавался таким вопросом. Более того, мне не совсем ясно, зачем вообще космофлот тратит деньги на содержание нашей школы. Всем студентам, конечно, объясняют, что цель колонизации планеты – это исследование аномалии, и человечество поддерживает и защищает нашу планету. Но мы уже несколько сот лет не нуждаемся в экономической помощи, все необходимые ресурсы мы добываем сами. А военную защиту космофлот спокойно может организовать и снаружи, раз уж они не могут на своих кораблях заходить к нам в аномалию. Зачем же им содержать школу полетов и финансировать разработку боевых райдеров, если область применения этого устаревшего оборудования, да еще и управляемого людьми, всего десять световых минут? Во всей остальной Вселенной мы не нужны.

– Ответ, возможно, находится в легендах планеты Франгō.

– Конечно. Космофлот прочитал нашу легенду о «Каменной армии» и поверил в то, что астероиды аномалии превратятся в боевые корабли и начнут уничтожать человечество. А мы тут типа как стражи.

– Ну, про аномалию много чего еще не известно. Однако у космофлота другой расчет. Если пираты смогут создать технологию, которая воспроизводит эффект действия аномалии, то космофлот окажется безоружным. Мы – запасной вариант на такой случай. Причем в самом космофлоте не очень-то верят, что пираты на такое способны. Иначе как объяснить такое скудное финансирование? Каждый миллион приходится выбивать!

Было видно, что Надежду задевает тема недостатка финансирования ее проекта. Она отпила еще глоток чая:

– Вернемся к суперкомпьютеру. Вы знаете, что полгода назад нам удалось-таки создать полуразумный AI, который мы назвали АИДА.