Андрей Федин – Статус: студент. Часть 3 (страница 40)

Я всё ещё надеялся, что верну Корейцу долг в ноябре, как и обещал (не провалю очередное скрытое задание). Поэтому папку с романом «Последний из клана Волковых» я вручил Тане Высоцкой уже в субботу утром, когда явился на смену. Татьяна пообещала, что завтра же передаст книгу своему дяде. Потребовала она и экземпляр книги для себя. Но бумажный вариант моего романа существовал пока лишь в единственном экземпляре. Это упущение мы с Высоцкой исправили вечером: распечатали текст на принтере в директорском кабинете (Татьяна получила на это разрешение у Виктории Владимировны).

В воскресенье вечером я вскипятил в чайнике воду; с чайником в руке всё же явился в комнату соседа, включил компьютер. Системный блок поприветствовал меня писком, зашумел. Я растворил в кипятке гранулы кофе (растворимый кофе я не пил с той ночи, когда завершил работу над второй книгой). Знакомый шум и аромат будто бы подстегнули мою фантазию и пробудили зуд в кончиках пальцев. Я загрузил текстовой редактор, посмотрел на пока ещё пустой экран. Пальцы резво пробежались по клавишам – на экране появился текст: «Максим Клыков. „Целитель из проклятого клана“. Роман».

Я откинулся на спинку стула и провёл взглядом по тексту.

Произнёс:

– Неплохо звучит. Очень… оригинально.

Улыбнулся и напечатал: «Смена проходила обыденно и ненапряжённо: одиннадцать вызовов, два из которых оказались ложными. Дежурившая вместе со мной сегодня молоденькая фельдшер Шурочка Петрова без устали рассказывала мне о своих планах на отпуск, до которого оставалось чуть больше трёх недель. Мы посетили Раису Павловну, которой едва ли не каждую ночь мерещились признаки инфарктов и инсультов. Заглянули в ресторан „Меркурий“, где будто бы по расписанию снова случилась поножовщина. На одиннадцатый вызов отправились за город, в коттеджный посёлок „Заречный“, где…»

Стихли звуки общежития. Они сменились на сирену машины скорой помощи, на скрежет тормозов и на испуганный вскрик Шурочки Петровой. Я будто бы наяву увидел свалившуюся на грудь голову водителя, сидевшего за рулём в кабине лесовоза, который резко свернул на встречную полосу. Водитель скорой помощи выкрикнул ругательства и крутанул рулевое колесо. Я вскинул руку. Грудь мне будто бы сдавил ремень безопасности. Вместо щелчков клавиатуры – грохот удара, звон разбитого стекла и резкий звук смявшегося металла. Жалобный вопль не дожившей до отпуска Шурочки Петровой…

…Первую главу я написал за три с половиной часа.

Подсчитал знаки: чуть больше двадцати тысяч.

Напечатал: «Глава 2».

Допил холодный кофе и подумал: «Вот вам и новый попаданец».

Четырнадцатого ноября я поехал на работу в новом пальто. То и дело снимал с него чужие волосы – те прилипали к ткани пальто, словно металлическая стружка к магниту. Посматривал в вагоне метро на текущие статусы пассажиров, продумывал сюжет нового романа (на дискету я сохранил уже пять глав). Подумывал и о том списке «на отчисление», который появился вчера на информационном стенде около деканата. Моя фамилия в этом списке значилась одной из первых: фамилии студентов-первокурсников в списке разместили не в алфавитном порядке, а в зависимости от количества прогулов. От зарплаты у меня остались лишь жалкие гроши, которых мне хватит разве что на питание до начала декабря. В планах значились зимние ботинки – покупка справок для оправданий прогулов в учебной части в мой текущий бюджет не укладывалась.

Я вышел из метро на станции «Отрадное» и обнаружил, что площадь около кинотеатра «Байконур» припорошена снегом. Снежный покров на площади уже притоптали пешеходы и разукрасили отпечатками своих лап голуби. Торговали рядом со спуском в метро наряженные в старенькие пальто и в тёплые платки женщины. Над ларьком с вывеской «Куры гриль» поднимался столб пара. Серый пёс распластался на земле у тёплой стены – он поприветствовал меня: подмёл хвостом землю. Я прошёлся по площади, жестами поздоровался с продавцами, помахавшими мне руками из ларьков и киосков. Заметил, что ко входу в кафе «Виктория» вели четыре цепочки следов (до меня на работу обычно приходили тётя Галя, официантка, бармен и кто-то из поваров). Дверь мне открыла темноволосая Евгения. Она поздоровалась со мной, улыбнулась.

Я закрыл за собой дверь и моргнул, привыкая к тусклому искусственному освещению. Вдохнул запахи кофе и табачного дыма.

Бармен Вадим, который сидел с сигаретой в руке за столом у барной стойки, резво вскочил при виде меня со стула.

Он указал на меня сигаретой и воскликнул:

– Макс! Ты обещал мне автограф! Помнишь?

Глава 19

В большом зале кафе «Виктория» звучала тихая музыка (голос Наташи Королёвой бормотал песню «Маленькая страна»). Гудела вентиляция – она усердно выталкивала на улицу табачный дым. На кухне грохотала посуда, шумела тестомесительная машина, звучал звонкий смех Тани Высоцкой. Бармен Вадим поспешно положил сигарету на край пепельницы и метнулся к барной стойке. Я отметил, что официантка Женя разглядывала меня с любопытством, словно ещё не видела моё новое пальто. Она радостно улыбалась, отработанными движениями (не глядя на стол) заворачивала в бумажные салфетки приборы (ножи и вилки).

Я расстегнул на ходу пуговицы на пальто, но до директорского кабинета (где мы оставляли верхнюю одежду) не дошёл. Потому что из-за стойки выскочил Вадим. Он растянул на своём лице улыбку, протянул мне книгу и шариковую ручку. Я удивлённо вскинул брови. Посмотрел на книжную обложку – сразу же заметил на ней знакомую надпись: «Фантастический супербестеллер». Взглянул на полуголую девицу с мечом, которая на блестящей обложке сражалась с темнокожим рогатым чудовищем. И лишь теперь пробежался глазами по имени автора и по названию книги: «Максим Клыков. 'Наследник древнего клана».

Вадим взмахнул ручкой и потребовал:

– Макс, с тебя автограф. Ты обещал. Я ради автографа твою книгу и купил.

Я удивлённо хмыкнул и переспросил:

– Где ты её купил?

Мне показалось: мой голос прозвучал тихо и сипло.

– В метро, – ответил Вадим. – На «Арбатской».

Бармен улыбнулся и сообщил:

– Прикинь, Макс, я твою книгу ещё в вагоне метро увидел. Тётка держала её в руках. Я засмотрелся на картинку. Бабенция с мечом на ней зачётная нарисована. А потом сообразил, что название книги знакомое. Не сразу понял, откуда его знаю. Потом… гляжу: написано «Максим Клыков». Я и вспомнил, что это же твоя книжка! Ты мне её название говорил, помнишь? Я перешёл с «Библиотеки» на «Арбатскую» и сразу рванул к книжному лотку. Гляжу – точно: там она лежит. На самом видном месте, между прочим. Я даже проверил, не померещилось ли мне её название. Нет, всё точно: «Максим Клыков. 'Наследник древнего клана».

Вадим указал на книгу и спросил:

– Макс, ты почему не сказал, что твою книжку напечатали?

– Я бы тоже её сегодня купила, – сказала официантка. – Ради автографа.

Я пожал плечами.

В очередной раз едва ли не по буквам прочёл фамилию и имя автора на обложке.

Ответил:

– Я и сам не знал…

– Максим, ты уже видел?! – прокричала Таня Высоцкая (она ворвалась в большой зал со стороны кухни). – Ковров издал твой роман!

Татьяна замерла в шаге от меня. Опустила взгляд на книгу, которую я вертел в руках.

– Максик, – сказала она, – это же круто! Ура. Поздравляю!

Высоцкая привстала на цыпочки и поцеловала меня в щёку.

Я почувствовал, что от Татьяны пахло свежей выпечкой.

– Молодчина, Максим! – сказал Костик, который явился в большой зал следом за Таней.

«Шеф» пожал мне руку, похлопал по плечу.

– Блин, – сказала Высоцкая, – я сегодня в метро, как назло, даже не взглянула на книжные прилавки. Уже здесь про книгу узнала. От Вадима. Я бы первой взяла у тебя, Максик, автограф. А рядом с нашим кафе книги не продают. Иначе я бы уже сбегала. Вот же!.. засада. Что ж это получается? Максик, ты мне только в пятницу книгу подпишешь?

Татьяна вздохнула и покачала головой. Она обиженно поджала губы.

Вадим протянул мне ручку и потребовал:

– Подписывай, Макс. Ты обещал.

Я уселся за стол, осторожно открыл книгу – та тихо хрустнула. Мне показалось, что к запаху кофе и табачного дыма добавился аромат типографской краски. Я отметил, что бумага в книге не лучшего качества: серая, невзрачная. Задержал взгляд на титульном листе. Прочёл: «Максим Клыков. Наследник древнего клана. Издательство „Пётръ Ковровъ“. Москва. 1995». Женя и Таня замерли справа от меня. Они вытянули шеи, следили за действиями моих рук. На столешницу легла тень от головы стоявшего у меня за спиной Вадима. Кашлянул «шеф» Костик. Я занёс над книжной страницей ручку… задумался.

Пока я даже в фантазиях ни разу не раздавал читателям автографы. Появление отпечатанной в типографии книги до сегодняшнего утра представлял, как очень неблизкое событие. Надежду на издание своего первого романа я всё же сохранил. Вот только это издание (если бы оно случилось) виделось мне в очень уж далёкой перспективе. В моём представлении появлению книги на прилавках непременно предшествовали редакторские правки, их согласование с автором романа, просмотр автором отпечатанных книжных гранок – всё это обещал в своих лекциях по писательству Стивен Кинг.

Или эти обещания Кинга мне померещились?

Или те обещания не касались российского книгоиздания?

На фоне титульного листа книги в воздухе засветились золотистые надписи: