Андрей Федин – Статус: студент. Часть 2 (страница 7)
— Бери с него пример, Сержант. Кореец не пьёт, не курит, деньги не спускает. Да ещё и вкалывает, как проклятый. Я слышал: у него нехилые связи среди братков есть. Думаю, потому для нас и есть работа на товарке. Сами бы мы её не получили. Кореец, наверняка, отстёгивает от своей доли кому следует.
Голоса на пятом этаже стали громче: на перекур к лестнице вышла новая группа студентов. Туда же переместился и бард. Потому что гитара бренчала теперь уже в коридоре.
— Дождь стучал по крышам, — запел бард, — словно мне назло…
Студеникин взглянул за перила и улыбнулся.
Я вынул из кармана ключ от комнаты.
Андрей поднял на меня глаза и спросил:
— Что будешь делать, Сержант? Ты сейчас со своими гуляешь?
Он выдержал секундную паузу и уточнил:
— С первокурсниками?
Я покачал головой.
— Нет. У меня сегодня отсыпной. Был.
— Тогда идём к нам! — сказал Студеникин. — С нами весело. Почти всех наших парней ты знаешь: мы вместе работаем. С остальными я тебя познакомлю. Или у тебя спортивный режим? К бою с Тайсоном готовишься?
Я усмехнулся и произнёс:
— Нет, но…
Я замолчал.
Потому что у меня перед глазами появилась золотистая надпись:
Я вскинул брови и сказал:
— Серьёзно?
— Конечно, серьёзно, — сказал Студеникин. — Я тебя со своей девчонкой познакомлю. Пойдёшь?
Я заметил, как нижняя строка мне издевательски подмигнула.
Снова прочёл:
— Вы издеваетесь? — сказал я. — Это уже не смешно. Нет, конечно!
Студеникин удивлённо вскинул брови.
Игра сообщила:
Тут же добавила:
— Это ещё почему⁈ — возмутился я.
Андрей пожал плечами, приоткрыл рот…
…Но я не услышал его слова.
Выронил пропуск и ключ от комнаты.
Схватился за голову и во весь голос проорал ругательство.
Потому что появилась БОЛЬ.
Глава 3
— … Говорила: подействует!
Я закашлял: едва не задохнулся от запаха аммиака. Моргнул — убрал с глаз мутную пелену из слёз. Увидел над собой лица студентов. Узнал Андрея Студеникина, Наташу Зайцеву и двоих парней из первой бригады грузчиков. Вскинул руку и прикрыл нос рукой. Скривил губы. Извлёк из памяти имя: «Майк Тайсон».
Тут же вздрогнул от нахлынувший воспоминаний. Снова выругался — вслух. Слова получились похожими на мычание. Я сообразил: головная боль исчезла. Лишь слегка побаливало правое плечо, будто от ушиба. Но это было почти приятное ощущение — в сравнении с той БОЛЬЮ, которую я только что пережил.
— Слава Богу, — произнёс Студеникин. — Очнулся.
Он неуверенно улыбнулся. Не сводил с меня глаз.
Я увидел его лицо на фоне покрытого трещинами и тёмными пятнами белого потолка. Оно было ближе, чем прочие лица.
— Ещё бы, — сказала Зайцева. — Нашатырь для таких случаев и нужен.
Наташа продемонстрировала собравшимся вокруг меня студентам кусок ваты. Я непроизвольно вздрогнул. Выделил главное в Наташиных словах: «Нашатырь». Это слово пояснило причину того мерзкого запаха, который я всё ещё ощущал. Я понял, что лежу на полу, на грязном линолеуме.
— Что за… — произнёс я.
Точнее, невнятно пробормотал: едва шевельнул языком — помешал кляп.
Я дернулся, но не стряхнул навалившегося на меня Андрея Студеникина. Тряхнул головой.
— Отпустите его, он очнулся! — сказала Зайцева.
Я увидел перед собой Наташины ноги, обутые в знакомые тапки с потёртыми текстильными носами. Они пришли в движение. Зайцева присела. Надо мной нависли Наташины голые колени и раскрасневшиеся будто бы на морозе лицо Зайцевой. Кляп выскользнул из моего рта — я увидел в руке Студеникина кожаный ремень.
— Максим, как ты себя чувствуешь? — спросила Наташа.
— Слезьте с меня, — произнёс я.
Язык едва пошевелился.
Но давление на мои рёбра уменьшилось: Студеникин встал рядом со мной на колени.
Андрей пригладил рукой свою причёску и произнёс:
— Блин, Сержант, ты меня напугал.
Студеникин покачал головой.
— Я чуть не обделался со страху, когда ты заорал, — признался он.
Андрей ухмыльнулся и сообщил:
— Мой дядька вот так же орал, иногда. Его контузило. В Афгане.
Студеникин показал мне ремень.
— Вот, в рот тебе вставил, — сказал он. — Чтобы ты язык себе не откусил. Мой батя всегда так делал, когда у дядьки… начиналось.