Андрей Еслер – На зов шторма (страница 39)

Однако совсем без стычек не обошлось, ещё трижды мы напоролись на небольшие группки, которые обойти не было никакой возможности, но с ними расправлялись довольно легко и слаженно, уже отработав определённую стратегию бойни в лесу.

В итоге к вечеру мы вышли к горе и осторожно двинулись по её периметру. Храм показался неожиданно, за очередным витком вдруг оказалась заросшая, но всё-таки слабо угадываемая тропа. Идя по ней, я вертел головой, замечая по сторонам куски камня, который пусть из-за разросшейся на нём растительности и казался естественным, однако было заметно, что это осколки когда-то бывшей на острове цивилизации.

Тропа поперёк была местами протоптана следами чудовищ, что заставляло быть предельно внимательными.

Сам храм оказался довольно внушительным каменным строением. Второй этаж наполовину обрушился, но по оставшимся стенам можно было мысленно достроить здание до былого состояния. Сделанный из чёрного камня, храм словно бы поглощал солнечные лучи, делая всё пространство вокруг себя темнее и напряжённее.

Но самым неприятным было не это гнетущее чувство, а неослабевающее ощущение того, что кто-то смотрит мне в спину. Резко обернувшись, я вгляделся в ближайшие кусты и деревья, но никого не увидел. Однако ощущение не пропадало, заставляя только сильнее увериться в том, что на меня смотрит множество глаз, чьих владельцев я почему-то не мог почувствовать магически, но продолжал отслеживать на уровне интуиции.

Глава 22

Старый храм

Проход на первый этаж перегораживала большая каменная дверь. В лучшие времена на ней был высечен какой-то замысловатый орнамент, но сейчас, спустя дикое количество времени, сложно было угадать, что именно было изображено когда-то. В данный момент я лишь мог сказать, что какие-то крупные животные повадились точить об этот камень свои когти.

Что меня удивило, так это фрукты, которые лежали недалеко от входной двери. Сорванные явно не с деревьев неподалеку, они были выложены ровной пирамидкой. Пусть давно, так как некоторые уже подгнили, но факт оставался фактом — здесь кто-то бывал и оставлял подношения древнему богу или богам.

Пока поднимались к храму, я напряжённо думал о том, как же нам попасть внутрь, минуя каменную дверь. Но, когда подошли, вопрос отпал сам собой: серая плита была не полностью закрыта, оставшийся зазор был достаточного размера, чтобы даже самый плечистый из нас Никс спокойно прошёл внутрь.

— И нам точно туда надо? — скрипуче проговорил Змей, приподнимая голову и принюхиваясь. — Оттуда тянет смертью.

— А конкретнее? — Никс свёл брови к переносице, невольно всматриваясь в черноту в зазоре.

Но Змей в ответ лишь пожал плечами.

— Там кого-то убивали, много, — с ленивой интонацией протянул он. — Но я ещё не проголодался.

Командир с немым вопросом в глазах посмотрел на меня, а я только кивнул в ответ. Потому что, чем бы оттуда ни пахло, нам всё равно нужно было попасть внутрь. Других храмов, чтобы привередничать, у нас в округе не было, или мы о них просто не знали. Гулять по джунглям, полным тварей, в надежде, что нам повезёт, было бы слишком самоуверенно.

Не дожидаясь, пока мы придём к единому мнению, Асил изящно скользнула в проход, тем самым прекращая наши возможные споры, потому что и Никс, и я тут же рванули за ней, а за нами в храм просочился Змей.

Как только мы вошли внутрь, по сторонам от каменной двери вдруг зажглись жёлтым огнём небольшие чаши, подвешенные на цепях под потолком. Кинув на них взгляд, я чуть было не рванул обратно наружу, потому что пламя осветило рыцаря. Только через пару мгновений, которые наверняка стоили мне десятка седых волос, я осознал, что на меня таращился шлем от старинных доспехов, которые находились в нише. Я слышал, что во времена, когда магия была уделом избранных, обычные люди воевали с применением подобной защиты.

Точно такой же доспех стоял и с противоположной стороны от дверей, Змей подошёл к нему, бесцеремонно постучал пальцем по латам: звук был звонким. Когда глаза привыкли к полумраку, я смог рассмотреть, что таких полых рыцарей не два, а шесть, по три с каждой стороны.

В храме пахло пылью, затхлостью и чем-то отдалённо сладковатым. Я сделал ещё пару шагов внутрь, заставляя загореться очередную пару чаш, как в храме Игникальда, и в их свете оглядел храм: стены, выложенные чёрным камнем, высокий потолок, тёмные ниши и колонны по периметру, а чуть дальше по центру зала находился постамент, на котором стояла какая-то причудливая статуэтка. Пол был покрыт толстым слоем пыли, на котором не угадывались следы. То ли здесь уже тьму времени никого не было, то ли они сумели скрыть факт своего присутствия.

Наши шаги гулким звуком разносились по залу, я, стараясь ступать как можно мягче, подобрался к постаменту, оставляя отчётливые росчерки на пыли, но мне-то сейчас скрываться было не от кого, мои враги и так знали, где я. Присмотрелся к маленькой статуе: странная, словно мастер, её создавший, хотел показать несколько абстрактный образ молящегося человека. Воздетые в небу слившиеся руки, голова без лица, плавно переходящая в плечи, коленопреклоненная поза…

Но это я видел в этой фигурке что-то подобное. Почему-то мне казалось, что каждый в ней сможет разглядеть что-то своё из-за расплывчатости образа. Хотел уже спросить у остальных, оглянулся, но тут стоящий неподалеку Змей вскинул руку и зашипел:

— Тихо! — сам замер, настороженно смотря на полоску света, которая падала от зазора между стеной и плитой.

Я инстинктивно тоже стал прислушиваться и уловил, как за дверью что-то словно зашуршало, фыркнуло, в храм пахнуло незабываемой вонью грязной шерсти и полуразложившегося мяса…

По спине пробежал холодок: замкнутое помещение могло стать для нас ловушкой, если твари нас найдут и решатся гурьбой полезть внутрь. Их дури с лихвой хватит, чтобы расширить проход и хлынуть сюда рекой, снося нас.

Мы все с напряжением всматривались в проход, желая, чтобы чудовища потеряли интерес и ушли. Но тут на пути полосы света кто-то встал, перегораживая, раздалось шумное дыхание — и тварь взревела, когти заскребли по каменному полу, плита двери со скрипом начала отодвигаться.

— Да чтоб тебя Даст в засос поцеловала! — выдохнул я, зажигая молнии в руках.

Первые твари просочились внутрь: тут была сборная солянка из черепоголовых и каких-то более мохнатых существ, сверкающих зубастыми пастями в свете чаш, но больше рассмотреть в этом полумраке было сложно. Никс и Змей сделали по шагу вперёд, перегораживая путь к нам с Асил.

— Спрячьтесь где-нибудь, укройтесь! — крикнул Никс.

Мы с Асил переглянулись и синхронно покачали головами. Во-первых, весь периметр и так просматривался, а потому было очевидно, что открытых путей отхода у нас просто нет. Искать скрытые, когда твоих друзей поедают монструозные твари — увольте, на это я не подписывался. И пусть Змей под определение друга явно не попадал, продавать его вот так бездарно я не собирался. Так что, слегка подлетев над закипевшим боем, начал точечно поражать тварей молниями.

— Даже не думай повторять тот фокус с грозой, — строго проговорил Раззарт, и его голос однозначно давал понять, что он не шутит. — Твои магические каналы пусть и не надорвались, но поизносились изрядно. Тебе сейчас не собрать столько магии, сколько получилось тогда. Ищи другие способы выжить!

— Нет чтоб подсказать хоть один! — буркнул в ответ, но со стариком был внутренне согласен, мои ощущения согласовывались с его выводами.

Пусть магию здесь и сейчас я накапливал в ускоренном и странно удобном для себя темпе, у моего резерва ещё были существенные ограничения, несмотря на все тренировки.

Вдруг от двери раздался нехарактерный грохот. Вскинув голову, я чуть было не упал, потеряв концентрацию, потому что с треском осыпающегося камня с постаментов сошли древние рыцари! Доспехи с лязгом попрыгали на пол, частично приземляясь прямо на тварей. Те заверещали, придавленные тяжёлыми латами, но многие тут де потеряли головы от ударов больших двуручных мечей, которыми были вооружены рыцари. При этом магии в них я практически не чувствовал, что было очень странно.

— Что это за?.. — Никс выпалил что-то явно ругательное на северном наречии, однако так быстро, что конкретных слов я даже попытаться разобрать не смог.

— Охранная магия храма, — со знанием дела проговорил Раззарт. — Интересно, почему же тогда наше вторжение они не посчитали нападением…

А меня вот этот вопрос совсем не волновал, больше интересовало, продолжат ли они так считать и дальше или нападут на нас в купе с монстрами? Но нет, доспехи, даже приблизившись к стоящему дальше всех от нас Никсу, словно стали работать с ним в связке, обеспечивая оборону.

Однако твари прорывались, одна, с разбегу сделав несколько шагов по стене, прыгнула, раскрывая пасть и планируя откусить мне голову. Однако один из рыцарей в рывке дотянулся до неё мечом, отсекая раззявленную нижнюю челюсть. От толчка монстр пролетел мимо меня, врезался в постамент и снес статуэтку.

— Их слишком много! — закричал Змей под грохот разрываемых чудовищами доспехов одного из рыцарей. — Делай что-нибудь своей магией, чудо-мальчик, иначе нас тут сожрут!

— Вот кто бы об этом говорил, — пробурчал Раззарт.