Андрей Елфимов – Девичья фамилия матери (страница 3)

Он брёл целый день, делая короткие остановки для отдыха. Лес как будто вымер, даже птиц было не видно, но он чувствовал потенциальнную добычу. Волк пошёл на запах косуль, но подойти бесшумно не смог. Косули заметили его и ушли на махах4[1]. Преследовать их у него не было сил. Он залёг у валежины и сразу отрубился без надежды проснуться. Волк спал сутки. Проснувшись вечером следующего дня, он сразу учуял слабенький и неприятный запах, похожий на запах гари, в котором едва различались оттенки крови и плоти. Волк, не мешкая, выдвинулся в его направлении. Внутреннее чутьё подсказывало ему, что гарь – это не пожар. Пожар и его последствия пахнут по-другому. Манил именно запах крови и плоти, который он ни с чем не мог перепутать. Путь был около двадцати километров. Стемнело. По мере приближения к источнику запаха Волк начал различать странные звуки. «Жжжжиииууу» повторялось много раз, то сильнее, то слабее. Ночь скрывала его. Он это знал, но проявлял осторожность. Дойдя до цели, Волк высунул морду из кустов и впервые в жизни увидел автомобильную дорогу, по которой изредка проносились неведомые ему создания на круглых лапах с горящими глазами, издавая тот самый странный звук и источали гарь. Некоторые из них были просто огромными. Волка они не видели, и он был им не интересен. Прямой угрозы для него они не представляли, но показываться им Волк не рискнул. Немного понаблюдав и дождавшись, когда очередное существо скроется за поворотом, он вышел на дорогу, ориентируясь по запаху плоти, и тут же увидел раздавленного зайца. Зайца, а точнее – то, что от него осталось, Волк проглотил целиком, практически не пережёвывая, и сразу скрылся в придорожных кустах, поскольку приближалось очередное существо на круглых лапах.

Голод постепенно отступал. Волк отошёл от дороги на километр, нашёл укромное место среди поваленных деревьев и уснул под иногда доносящийся звук «жжжжиииууу».

Проснулся он уже днём. Звуки, исходящие от существ, участились. Волк понял, что зайца убили именно эти создания. Но почему не съели? Он решил понаблюдать. Найдя подходящее местечко с хорошим обзором на возвышенности, он залёг в кустах. Ветер дул от него в сторону дороги. Не унюхают. Идеально! Его взору представился большой участок дороги протяжённостью примерно пять километров.

Ветер разогнал тучи, и вышло солнце. Снег начал подтаивать. Создания на круглых лапах проносились по дороге в обоих направлениях, поднимая клубы грязной мокрой взвеси. Лес их не интересовал. Внезапно одно из существ остановилось. Из него выпрыгнуло другое существо, передвигавшееся на задних лапах. Так Волк впервые в жизни увидел человека и запомнил, как он пахнет. «Двулапое» существо помочилось, после чего залезло обратно в «круглолапое», которое затем снова двинулось по дороге.

Постепенно смеркалось. Волк вновь учуял запах свежей плоти и двинулся в его сторону. Километрах в семи на дороге он обнаружил сбитую «круглолапыми» существами мёртвую лисицу, которую утащил в лес и неторопливо съел.

Волк плотно обосновался у трассы, найдя источник пропитания в сбитых на дороге мелких животных. Однажды ему повезло: фура сбила крупного кабана, которого хватило на две недели. Шли дни, недели, месяцы. Зима выдалась холодной, но Волк не мёрз, потому что был сыт. Раны затянулись. Боли прошли. Волк набрал вес и даже немного подрос, словом – заматерел. Он стал охотиться на косуль, загоняя их в низины, где снег был поглубже. Косули вязли в снегу, и одинокому хищнику не составляло большого труда их догонять. Но далеко от трассы он не отходил, продолжая наблюдать за проезжающими «круглолапыми» созданиями.

Однажды он увидел, как одно из них, небольшого размера, свернуло в молодой березняк у дороги, скрывшись за деревьями. Волка это взволновало и насторожило. Раньше он не видел, чтобы «круглолапые» совались в лес. Сразу с той стороны он почувствовал запах человека с примесью каких-то других, неизвестных ему запахов. Откуда ему было знать, как пахнет порох и оружейное масло? С человеком была собака. Запах собаки тоже ему был незнаком. Любопытство заставило его подойти и увидеть своими глазами, что будет происходить.

Приблизившись к цели, Волк увидел человека с какой-то палкой в руках и существо, похожее на него самого, только значительно меньшего размера, с белым брюхом, чёрной мордой и спиной и с закруглённым хвостом.

Коля Скрябин не был заядлым охотником, но иногда выезжал в лес поохотиться на зайца. Лицензия была вполне по карману. Ружьё ИЖ 12 досталось ему от отца, а тому – от деда. Несмотря на годы, оно находилось в идеальном состоянии, было бойким и не давало осечек. Кобелёк по кличке Буран, которого Коля взял четыре года назад, был обычным беспородным псом, жившим в уличной будке во дворе Колиного частного дома. На охоте он вполне справлялся с тем, чтобы обнаружить и поднять зайца, но иногда угонял его так далеко, что Коля до вечера занимался поисками собаки, а не охотой. Но иногда всё получалось: Буран выгонял зайца прямо под выстрел – чему Коля был несказанно рад: кобель работает, не зря свою пайку получает! За сезон им, как правило, удавалось добыть нескольких зайцев. В общем, Коля Скрябин со своим полубестолковым псом был, выражаясь охотничьим сленгом, обычным заурядным «зайчатником».

Буран почувствовал хищника и, кинувшись к нему, начал громко и раскатисто лаять. Коля напрягся и вскинул ружьё. Сквозь подлесок он увидел Волка, поначалу приняв его за чью-то собаку. «Ну вот и поохотился! – подумал Коля. – Кто-то уже здесь промышляет». Волк оскалился на Бурана, и тот, жалобно взвизгнув, кинулся наутек. «Волк!!!» – дошло до Коли.

Прогремел выстрел, за ним – второй. Коля стрелял дробью-нулёвкой, предназначенной для зайца. Других патронов у него с собой просто не было. Пристрелить волка дробью на расстоянии шестидесяти шагов – нереально, но зацепить удалось.

Волк увидел, как человек направил на него свою палку, которая с громким грохотом изрыгнула огонь, и сразу почувствовал острую боль в правой лопатке. Он бросился бежать. Страх гнал его несколько километров. Погони не было. Волк нашёл укромное местечко и, повинуясь инстинкту, лёг на рану, придавив её своим телом, чтобы остановить кровь.

Коля обнаружил кровь на снегу по месту стрельбы, поняв, что ранил зверя. Преследовать не стал. О произошедшем он решил никому не сообщать, поскольку стрелял в волка без соответствующего разрешения. Он вспомнил, что волк считается пушным зверем и требуется лицензия на его добычу. Коля забрал Бурана и уехал домой от греха подальше.

Волк успокоился и отлежался. Кровотечение остановилось. Он встал и медленно побрёл к своей «нычке», где у него была припрятана косулятина от предыдущей его охоты. Опыт от стычки с человеком пригодился ему на всю оставшуюся жизнь.

Постепенно зима стала отступать, весеннее солнце прогревало лес. Снег начал таять, зажурчали ручьи. Оживились птицы, наполнив лес своим звонким щебетанием. В воздухе появились новые вкусовые оттенки. Оправившийся от огнестрельной раны Волк активно изучал их, пополняя свою личную картотеку запахов.

Иногда ветер доносил букет запахов человеческого жилья: запахи людей и собак, человеческой еды и каких-то других животных, живших рядом с человеком, запахи домов и машин. Это было огромное многообразие ароматов, но Волк не решался отправиться на их исследование, помня о встрече с человеком.

Он продолжал охотиться в одиночку, но снег уже не был его союзником, и пищу становилось добывать сложнее. Ему даже иногда приходилось прибегать к своему старому промыслу: выискивать на дороге сбитых животных. Благодаря своему потрясающему нюху ему это удавалось легко, несмотря на необходимость преодоления больших расстояний.

Однажды игривый весенний ветерок принёс вместе с запахом человеческого жилья едва уловимый аромат, всколыхнувший волка до кончиков волос. Это был запах течной волчицы. Он знал этот запах по жизни в стае, но раньше он не вызывал у него столько эмоций. Но он исходил от человеческого жилья! Не может быть!? В волчьей голове это не укладывалось. Однако он уже привык доверять своему обонянию и, повинуясь инстинкту, уверенно отправился в путь — навстречу своей будущей судьбе.

Глава 3. Приют.

Зоя Павловна Копырина в 90-е годы после окончания медучилища работала медсестрой в районной больнице. Профессию свою она любила, любила помогать людям, умела сопереживать, сочувствовать больным. Она в совершенстве умела ставить уколы, делала перевязки и даже иногда ассистировала врачам на мелких операциях. Её уважали и ценили коллеги и пациенты. Но зарплаты катастрофически не хватало. Постепенно её вообще перестали платить. Квитки выдавали, а деньги не выплачивали. Благодарные пациенты несли конфеты и шоколад, что и стало в итоге причиной её полноты. Зоя не отличалась внешними данными, была толстой и совершенно не умела одеваться. Парни не смотрели в её сторону. Личная жизнь не складывалась. Выживать ей помогали родители, которые сами едва сводили концы с концами. Зоя была единственным и поздним ребенком в семье. От бабушки в наследство ей достался дом с двадцатью сотками земли на окраине райцентра. Она переехала туда жить и, поскольку обожала животных, сразу завела себе кошку и собаку. Однажды к ней в дом пришёл бесхозный выброшенный кем-то серый полосатый кот с гноящимися глазами, которого она приютила и вылечила. Затем подобрала собаку-дворняжку, голодную и покусанную до полусмерти другими псами. Зоя вы́ходила и её. Она была доброй от природы и сердобольной. Зоя жалела животных, и ей доставляло удовольствие заботиться о них, словно она чувствовала какую-то свою миссию и предназначение в этом, как будто у неё это было в генах.